В разгар лета - Виктория Холт

Он сказал:

— Скорее, идем к Слэттери и выясним все.

Том Слэттери, мясник, краснолицый человек, похожий на те свиные туши, которые висели в его лавке, с той лишь разницей, что у них во рту торчали апельсины, а у него — гнилые зубы. На нем всегда был передник в синюю и белую полоску, обрызганный кровью. Он постоянно стоял у разделочной доски с тесаком в руках.

Мы оставили лошадей, привязав их к ограде у лавки, и вошли.

Дигори находился в заднем помещении лавки, безуспешно пытаясь скрыть страх. Мы удивились, увидев Люка Трегерна, егеря Хансона, сидящего в компании Слэттери.

— Добрый день, Слэттери, Трегерн, — сказал отец. — Что здесь произошло с моим мальчишкой?

— Добрый день, сэр Джейк, — сказал Слэттери. — Он просто вор. Я отвернулся всего лишь на минуту, и слышу крик. Счастье еще, что вошел мистер Трегерн. Он как раз увидел, как мальчишка кладет мясо в сумку и готов уже выскочить из лавки.

— Я поймал его с поличным, сэр Джейк, — сказал Люк Трегерн.

Он выглядел весьма самодовольно.

— Он ворует всю свою жизнь, — добавил Слэттери. — Скользкий, как угорь. Я так бы и не узнал никогда, что он был в моей лавке, если бы не мистер Трегерн.

— Я рад, что пришел вовремя, — сказал Люк Трегерн.

Дигори поднял умоляющие глаза на отца.

— Это правда? — спросил отец. — Ты действительно украл это мясо?

Дигори не ответил. Я не могла сдержаться:

— Зачем ты это сделал, безумный мальчишка? У тебя ведь достаточно еды.

Он не отвечал.

— Должна же быть какая-то причина? — спросил Джекко.

— Расскажи нам, почему ты украл мясо? — спросил отец. — Ты голоден? Если у тебя есть какая-то причина, ты должен нам сказать.

Какое-то время Дигори молчал, потом пальцем показал на меня:

— Это было для нее.

— Не понимаю…

— Это должно было быть секретное мясо. Чтобы никто не знал, откуда оно, иначе бы не подействовало.

— О чем он говорит? — спросил отец.

— Поцелуй дьявола. Ты же хотела, чтобы я помог, — пояснил Дигори.

Тогда я, наконец, поняла и прикоснулась к виску.

— Я, кажется, понимаю. Дигори хотел что-то для меня сделать. Он заметил это, — я показала на родинку, — и захотел меня от нее избавить. Для этого нужно было мясо, Дигори?

Он кивнул:

— Она будет расти, но я приложу варево и она исчезнет за два дня.

— Но почему ты его украл? Я могла взять немного мяса для тебя на кухне.

— Мясо должно быть секретным. Ты не должна знать, откуда оно.

Я умоляюще посмотрела на отца:

— Он хотел отплатить нам добром, Джекко и мне.

— Я никогда еще не слышал подобной ерунды, — сказал отец. — Видите, Слэттери, это детская игра.

Оставьте мальчика, я с ним разберусь. — Он положил на стол золотой соверен. — Возмещаю вам убытки.

Думаю, то, что было у мальчика в сумке, не нанесло вам большого урона. Я поговорю с мальчиком и дочерью. Не стоит придавать большого значения детским играм.

Мы вышли из лавки. Я заметила, что Люк Трегерн насмешливо посмотрел нам вслед, и у меня появилось чувство, что он явно разочарован исходом дела. Вероятно, он думал, что его должны были похвалить за ловкость.

Отец строго сказал Дигори:

— Никогда не бери ничего, что тебе не принадлежит, мальчик, иначе неприятностей не избежишь. А теперь возвращайся к работе.

Дигори побежал стремглав, и отец повернулся ко мне:

— Я не понимаю, как ты могла оказаться такой глупой? Он мог изуродовать тебя своим колдовским питьем.

— Я только подумала, что он хочет чем-нибудь отплатить нам, а мама говорит, что мы должны помнить о человеческой гордости и уважать ее.

— Думаю, она права, но этот сумасшедший должен быть осторожен. Люди и так настроены к нему враждебно. Они чувствуют вину за то, что случилось в ту ночь, но никто не хочет брать ответственность на себя.

Думаю, мама сказала бы тебе, что люди ненавидят быть виновными и стремятся оправдаться в собственных глазах. Если бы они смогли доказать, что внук мамаши Джинни — вор, это было бы для них хоть каким-то оправданьем. Поэтому, если ты имеешь хоть какое-то влияние на мальчика, скажи ему, чтобы был осторожен.

— Мы ему обязательно скажем, — заверил Джекко.

Я согласно кивнула.

* * *

Когда мы молоды и неиспорченны, мы верим в легкие решения. Волшебные сказки всегда хорошо заканчивались. Я думала, что, если Дигори обеспечен работой, едой, жильем и находится под защитой моего отца, этого достаточно для счастливой жизни Но жизненные удобства не смогли изменить Дигори. Он был диким, свобода была единственным, о чем он мечтал. Когда мамаша Джинни была жива, Дигори был лишен многого. Люди относились к нему с подозрением, потому что его бабка была ведьмой, но он был счастлив и свободен.

Дигори сделал «Собачий дом» своим пристанищем.

Он спал там, отказавшись от комнаты над конюшней.

За «Собачим домом» раскинулась небольшая лужайка, где он разводил костер и готовил себе пищу.

Ему не нравилась компания остальных конюхов.

Ферри был терпелив с Дигори но, как я думаю, надеялся на то, что в конечном итоге мальчик на чем-нибудь попадется. Миссис Пенлок никогда ни слова не говорила против Дигори, зато всегда очень многозначительно фыркала, когда упоминалось его имя.

Это случилось примерно спустя две недели после случая в мясной лавке. Ферри вошел в дом, и по его торжествующему виду я поняла, что с Дигори что-то случилось. Мы с отцом встретили его.

Ферри стоял, комкая в руках шапку все время, пока говорил:

— Опять этот мальчишка, сэр Джейк.

— Что случилось?

— Он в тюрьме, сэр Джейк.

— Что?

— Его поймали в лесах Хансона, сэр. У него в сумке был фазан. Теперь ясно, чем он занимался все это время.

Отец посмотрел на него отсутствующим взглядом:

— Ненормальный. Он что, не знает закона? На что ему фазан? Он сыт…

— Этот мальчишка — прирожденный вор. Его поймал егерь мистера Хансона, мистер Трегерн, и отвел куда надо. Это серьезный проступок, сэр.

— Очень серьезный, — согласился отец. — Хорошо, Ферри.

Ферри потер лоб и вышел. Я посмотрела на отца с отчаянием.

— Кажется, — сказал отец, печально глядя на меня, — на этот раз молодой сумасшедший влип по-настоящему.

* * *