Кодекс сводника - Рэйчел Ван Дайкен

– Слушай, как ты относишься к восточной кухне?

Не дожидаясь ответа, я встал в очередь и быстро продиктовал заказ: жареный рис с чем-то похожим на цыпленка под странным серым соусом.

– А ты что будешь?

– Ничего, – прозвучал мгновенный ответ.

Мои брови поползли вверх.

– Хочешь сказать, что не голодная? Совсем?

– Я… – она покраснела, – не взяла с собой сумочку.

Я открыл рот от удивления.

– Черт возьми, да у тебя есть сумочка?

– Очень смешно.

– Фирмы Guess? – улыбнулся я. – Tommy Hilfiger? Calvin Klein? – Я выдавал одно предположение за другим. – Проклятие. Пожалуйста, скажи мне, что это пластиковый сундучок Caboodles. Это сделает мой день, а может, и неделю.

Покраснев, девушка щипнула меня. Судя по всему, я был не далек от истины.

– Coach? – я вздохнул. – Мы купим тебе сумку Coach.

– Но она же совершенно не подойдет к тому, что я ношу.

Я посмотрел, что на ней надето, и с трудом сдержался, чтобы не выдать оскорбительный комментарий. Если честно, мне было чертовски интересно, что вообще могло бы подойти к ее одежде. Но страх услышать ее ответ оказался сильнее любопытства.

– Что? – Руки на бедрах, вызов в глазах.

– Так ты будешь есть или нет?

Парень за стойкой выглядел так, словно сейчас развернется и уйдет.

– Я уже тебе сказала, что у меня нет с собой сумки.

– Мы в курсе, – раздраженно вмешался чувак за кассой. – Но почему-то мне кажется, что Папочка Уорбакс^[14] с удовольствием одолжит тебе пятерку.

Я закатил глаза.

– Так ты голодная?

Блейк кивнула.

– Значит, ты поешь. – Я ткнул пальцем в сторону меню. – И лучше быстро заказать, чтобы в нашу еду никто не плюнул, – прошептал я уголком рта.

– Роллы с яйцом. Четыре.

– Ну наконец-то, – пробормотал парень, открывая кассу и забирая у меня двадцатку. Отдавая ему деньги, я почувствовал, как по телу прошла дрожь.

Но не такая, что сопровождается мощным оргазмом.

Ощущение было неприятным, как если бы девица грубо схватила тебя за яйца.

Вздохнув, я отошел от кассы и нахмурился. Как такое может быть? Похоже, я в первый раз плачу за девушку с тех пор, как закончил школу?

Я уставился на чек так, будто это был смертный приговор, и быстро сунул его в карман. С глаз долой – из сердца вон. Это было не свидание. Я угостил Блейк не потому, что она мне нравилась. А просто потому, что был голоден и мне было бы некомфортно жевать в одиночку.

– С тобой все нормально?

Блейк коснулась моего плеча.

– Конечно.

Изо всех сил стараясь забыть о неприятных ощущениях, я забрал наш поднос и отнес его на столик в дальнем углу заведения. И пока мы пробирались через толпу, вокруг зашептались. Никогда не устану от этого.

От того, как девушки смотрят на мое тело.

Как они напрягаются, когда я подхожу чуть ближе, чем принято, и они чувствуют аромат моего одеколона, или когда «случайно» их касаюсь, протискиваясь к своему месту.

– Ты отвратителен, – заявила Блейк, как только мы сели.

От еды шел пар.

– Вот она, благодарность за то, что твой сводник поделился куском хлеба в час нужды.

– Ты мне не сводник, – мрачно заметила Блейк. – Как тебе это удается? Быть настолько привлекательным для девушек? Каждая на тебя пялится. Одна из них даже фотографировала.

– Вообще-то две, – ответил я и пожал плечами.

– Почему они это делают? – Блейк сняла мою тарелку с подноса. – Можно подумать, ты местная знаменитость.

Мои руки застыли. Тело напряглось. И не потому, что я о чем-то сожалел. Просто девушка коснулась больной темы, о чем и понятия не имела. Чертова фантомная боль вернулась. Я закашлялся и потянулся за бутылкой воды. Блейк смотрела на меня с таким видом, будто я загадка, которую она безуспешно пытается разгадать.

– Так ты знаменитость? – наконец спросила она.

– Был. Раньше. Где этот чертов соевый соус?

Я пошарил по столу, переворошив салфетки, пока Блейк не протянула мне пакетик.

– Спасибо.

– Оставим эту тему? Или расскажешь, что произошло?

– Тут нечего рассказывать.

А по ощущениям было все-таки похоже на свидание. Вот дерьмо. От одной этой мысли я моментально покрылся испариной. Я же именно поэтому и не обедаю с клиентками! Это заставляет их думать, будто между нами есть что-то личное, большее, чем деловые отношения. Дьявольщина!

– На втором курсе у меня был шанс войти в состав НФЛ. Я тогда играл за «Сихокс», но я… – Хруст гнущегося металла выдернул меня из кошмара наяву и вернул к жизни. – …получил травму. Вот и все.

Блейк широко открыла глаза.

– И после этого ты вернулся в универ?! После всего, что случилось?

– Не разговаривай, когда ешь, пожалуйста. Помогает пищеварению. А почему нет? – Я бросил пустой пакетик на поднос и стал перемешивать рис. – Я хотел закончить образование.

– Но…

– Мы, конечно, можем поговорить обо мне, но ты ведь платишь мне за то, чтобы мы говорили о тебе. Итак?

Блейк напряглась.

Да, это было жестоко – напомнить, что я просто сводник, которого она наняла, а не ее друг. Я заплатил за ее роллы с яйцом, и на этом личное между нами закончится. Она платит мне за услуги, а не за увлекательные рассказы о моем прошлом. Просто нужно было еще раз сказать об этом: я не делюсь своими переживаниями с клиентками. Закрыли тему.

Блейк вдруг побледнела как полотно и пригнулась. Словно она пыталась стать невидимой, но эта суперспособность внезапно исчезла.

– Вау, что такое?

– Он здесь, – сквозь зубы прошипела Блейк.

– Я знаю.

Я даже не обернулся. Парень только что вошел в кафе с Ди-Джеем, старшекурсником-защитником, и еще парочкой ребят из команды.

– Проведем небольшую разведку. В анкете ты написала, что знаешь его с четырех лет. Вы часто ходили вместе купаться. Так почему же ты вдруг стала его стесняться? Он и так все видел, сестричка!

– Тогда у меня под одеждой не было ничего интересного!

– Так, может, у тебя и сейчас там ничего интересного нет, – пожал плечами я. – Ты все время ходишь в мешковатых футболках и кофтах, откуда мне знать? Ты вообще лифчик носишь?