Невинность и страсть - Линси Сэндс

Дэниел снова перевел взгляд на окно и увидел, как Кристиана обвила ногу вокруг торса Ричарда, а тот поднял голову, чтобы поцеловать ее, потом подхватил Кристиану на руки и унес в глубь комнаты. Дэниелу показалось, что друг не собирается встречаться с ним этой ночью. Однако вопрос, что он сделал с телом Джорджа, оставался открытым. Дэниел решил, что следует вернуться в дом и нарушить идиллию в супружеской спальне. Все-таки дело важное.

— Ты забыл это, — прервала его размышления Сюзетта, протягивая галстук.

Дэниел с удивлением заметил, что она выскочила на улицу, даже не успев привести в порядок свой туалет, и вырез платья придерживала рукой. Пока Дэниел разглядывал все подробности ее наряда, раздался стук подков о мостовую. На дороге показалась карета. Она двигалась в их сторону.

Мгновенно осознав свое положение — он сам стоит без галстука, в распахнутом сюртуке, а она — явно в растрепанном виде, — Дэниел выругался, распахнул дверцу экипажа, втолкнул туда Сюзетту, запрыгнул сам, одной рукой захлопнул дверцу, а другой — опустил шторку на окне. Закончив со шторами, он решил, что пассажиры встречного экипажа не могли ничего заметить, опустился на Сиденье напротив и улыбнулся кривой улыбкой.

— Простите, миледи, но я подумал… — Он попытался откинуться на спинку, но ощутил нечто твердое, оглянулся, чтобы понять, что именно занимает место рядом с ним, и только тут заметил покрытые простынею ноги, которые свисали с соседнего сиденья. Все остальное покоилось на сиденье.

Дэниел пришел в ужас. Обернувшись к Сюзетте, он одной рукой схватил ее руку, а другой — ручку дверцы, намереваясь вытолкнуть девушку из кареты, но тут заметил, что стук копыт раздается совсем рядом — очевидно, экипаж как раз проезжал мимо. Пробурчав под нос ругательство, Дэниел снова захлопнул дверцу и резко повернулся к Сюзетте. Та привстала с сиденья, видимо, полагая, что, взяв за руку, Дэниел хотел притянуть ее к себе.

В карете было темно, но его глаза успели привыкнуть к мраку, он уже хорошо различал темную массу у себя за спиной и понимал, что, поверни Сюзетта голову, она тоже ее заметит, а потому Дэниел быстро привлек Сюзетту к себе и боком усадил на колени, надеясь отвлечь ее внимание.

Сюзетта легко вздохнула и подчинилась. Ее рука легла ему на плечо, она быстро поцеловала его в уголок рта и прошептала:

— Вам незачем извиняться, милорд. Я тоже вся горю и не могу ждать.

Дэниел не был уверен, что правильно понял смысл ее слов, но у него был и другие заботы. Нельзя допустить, чтобы она заметила присутствие Джорджа. Как только чужой экипаж будет достаточно далеко, они выйдут из кареты, а сейчас, чтобы отвлечь ее, он сделал единственное, что смог придумать, — поцеловал ее. Он сам искренне верил, что другой причины у него не было. Во всяком случае, Дэниел считал именно так, заставляя Сюзетту приоткрыть губы и с жаром впиваясь в них поцелуем.

Когда она застонала и плотнее прижалась к нему, он — разумеется, чтобы отвлечь ее, — положил ладонь на ее отвердевшие груди, скрытые под уже высохшей тканью. Сюзетта опять застонала и зашевелилась у него на коленях…

Дэниел, не останавливаясь, сжимал и разжимал ладонь в одном ритме с движениями языка до тех пор, пока Сюзетта не прервала поцелуй и не откинула голову в бессильной истоме. Ее бедра непроизвольно подрагивали, она, сама того не ведая, все больше возбуждала Дэниела, и он не смог устоять — сдвинул вниз корсаж ее незастегнутого платья. Чтобы помочь ему, Сюзетта убрала руки с его плеч и вдруг задрожала, когда ее обнаженная грудь оказалась прямо у него перед глазами. Ему потребовалось лишь чуть-чуть наклониться, чтобы поймать губами сосок. Лаская его языком, Дэниел слышал низкие грудные стоны, вылетающие из ее груди, и чувствовал, как нежный бутон соска превращается в твердый камешек. Он чуть сильнее стиснул его зубами и услышал короткий крик.

— Дэниел… — задыхаясь, произнесла Сюзетта, запустила пальцы в его волосы и подтянула голову вверх.

Он тотчас поднял голову и вернулся к губам Сюзетты. Она ответила ему страстным поцелуем. Их языки сплелись. Тело девушки извивалось в его объятиях, возбуждая Дэниела все больше и больше. Рыча от разгоревшегося желания, Дэниел прихватил зубами ее нижнюю губу. Сюзетта издала сладостный стон наслаждения, колени ее раздвинулись, да так широко, что одна нога соскользнула с его колен.

Дэниел потянул платье вверх и с облегчением вздохнул, когда его рука нашла подол и проникла под юбку. Сюзетта затрепетала от прикосновения к беззащитной коже и губами почувствовала, как он улыбнулся, проводя ладонью по голени, колену и бедру.

Сюзетта застонала еще громче, потом протянула руку, накрыла его ладонь и замерла без движения, ощущая каждым своим нервом, как его пальцы нащупывают горячую, сладкую сердцевину ее женского существа.

— О, Дэниел… — прошептала она, отрываясь от его губ. — Я больше не могу… Пожалуйста, пожалуйста…

— Ш-ш-ш… — негромко произнес он, легонько поцеловал ее в ухо и втянул мочку себе в рот, а сам немного раздвинул ноги, отчего Сюзетта опустилась глубже и еще плотнее прижалась к нему.

Он ободряюще прошептал:

— Да, так, так… — Высвободил ее мочку и рукой сдвинул платье на спине, чтобы до конца обнажить груди. Впервые он видел их полностью и сейчас наслаждался каждым мгновением этого зрелища, тогда как его пальцы продолжали бесчинствовать. Сюзетта распростерлась у него на коленях. Она извивалась, дрожала, выгибалась дугой, своими движениями все сильнее возбуждая его желание. В голове шумело, и хотелось лишь одного — тут же, на месте, оседлать ее. Однако Дэниел не настолько лишился разума, чтобы лишить девушку невинности столь грубым образом, а потому он стиснул зубы и изо всех сил пытался сдержаться.

Сюзетта в который раз удивила его, когда повернула голову и вдруг укусила за грудь. Его жилет и сюртук были распахнуты, и грудь оказалась голой, так что ее зубы впились в него без всякой помехи. Больше Сюзетта никуда не могла дотянуться. Укус был не сильный, просто некий знак неудовлетворенности, которая нарастала в ней по мере того, как зрело желание. Дэниел изумленно хохотнул, а Сюзетта нашла губами его сосок и чуть прикусила. Смех замер у него в горле. Удовольствие, которое он испытал, поразило его самого. У Дэниела было много женщин, но ни одна из них никогда не обращала внимания на его грудь. Разумеется, он и не ждал этого, потому что не думал, что это может принести наслаждение. Оказывается, может. Каждое движение ее губ приносило ему удовольствие, и Дэниел ощутил разочарование, когда Сюзетта вдруг замерла, потом развернулась и заявила:

— Дэниел, я хочу тебя. — И она крепко стиснула его руку.

— Чего же ты хочешь? — переспросил он, уверенный, что она покраснеет и застенчиво уйдет от ответа.

Вместо этого Сюзетта высвободила руку, притянула его голову для поцелуя и яростно зашептала:

— Мне нет дела до того, что в первый раз бывает больно. Я хочу тебя. Хочу, чтобы твой жезл оказался во мне.

— Мой — что? — задохнулся от удивления Дэниел, отстранился и заглянул ей в лицо.