Мужчина в окне напротив - Олег Рой

Действительно, спрашивать о чем-то не было нужды – Алла так и сияла, так и полыхала счастьем, вся, от медно-рыжих локонов до высоченных каблуков.

– Хорошо – не то слово! – промурлыкала она.

– Ильнур тебя проводил?

В душе Иры не было ни тени зависти или досады, она искренне радовалась за подругу.

– И проводил, и остался!

– Что, прямо так сразу?

– А чего тянуть-то? – пожала плечами Алла. – Все люди взрослые. А пока будешь невинность из себя строить, мужика кто-нибудь другой к рукам приберет.

– Тоже верно… – вынуждена была согласиться Ирина. И добавила, слегка смутившись: – Ну, и как он?..

– Орел! – Алла, будучи куда более раскованной и откровенной, чем ее подруга, явно жаждала поделиться всеми подробностями. – Представляешь, четыре раза за ночь!.. Да еще… Ой, здрассьте, Федор Борисович! – перебила она сама себя на полуслове.

Действительно, на лестничной площадке появился, как всегда прихрамывая и опираясь на свою палку, зам главного.

– Здравствуйте, здравствуйте, милые дамы! – ФБР галантно поклонился. – Ирочка, а я тебя ищу, хотел успеть поговорить с тобой до «летучки». Зайдешь ко мне?

– Сейчас я ее вам отдам! – клятвенно заверила Алла. – Только еще два слова по секрету шепну – и все.

– Намек понял, удаляюсь, – очень серьезно ответил Ривкин и ретировался, а Ира в очередной раз подумала, как же ей повезло с начальником. Не каждому достается такое демократичное руководство, чтоб и человек был деликатный, и с замечательным чувством юмора, и специалист, каких мало, и наставник отличный… Так что зря она, конечно, сетует на судьбу. В природе все распределяется равномерно, если где-то избыток, значит, в другом месте недостает. И раз ей, Ирине, так повезло с любимой работой и не менее любимым начальником, стоит ли удивляться, что в личной жизни все не так гладко?..

– Иренция, ты что, не слышишь меня?

– Извини, задумалась…

– Вот вечно ты так! Я тут распинаюсь перед ней, а она – задумалась! Для тебя ведь старалась между прочим!

– Ну прости, пожалуйста. Повтори еще раз, как ты старалась.

– А вот так: позвонила вчера Аньке, имениннице, разведала про тебя, что и как. Она говорит, ты Саше этому, ну стилисту, вроде понравилась. Сказал, что приятная девушка, только… Как это он выразился, я забыла, эксцентричная, что ли? А, нет, своеобразная. Точно, своеобразная. Так что давай-ка быстро придумаем, как тебе еще раз с ним увидеться… Может, дать Аньке твой телефон, чтобы Димка…

– Ой нет, нет! – от одного воспоминания о субботнем курьезе Ира залилась краской. – Ни за что на свете! Мне перед ним так стыдно!

Брови Аллы взлетели на лоб.

– Ну-ка, ну-ка, это что-то новенькое! За что это тебе стыдно, чего это я не знаю? Давай рассказывай!

– Как-нибудь потом, ладно? Сейчас некогда, меня ФБР ждет…

В тот день у Иры не было записи, и она вернулась домой пораньше. Переоделась, поела, стала поливать цветы на подоконнике в гостиной и решила, что «денежное дерево» хорошо бы пересадить – горшок ему уже маловат. Значит, нужно было отправляться в цветочный магазин за землей и новым горшком. А заодно и зайти в супермаркет за продуктами, а то в холодильнике хоть шаром покати… Сказано – сделано. Ирина быстро оделась и отправилась за покупками, благо идти было недалеко – в соседний дом.

В супермаркете вышло небольшое, но досадное происшествие. Идя через торговый зал, Ира одной рукой толкала перед собой тележку, а другой держала баночку с новым, дорогим, но еще незнакомым ей видом соуса и внимательно вчитывалась в мелкие буковки на крышке – есть в нем пищевые добавки «Е» и прочая гадость типа красителей, «идентичных натуральным»? Этого словосочетания Ира вообще никогда не понимала. Как так вообще может быть? Продукт – он либо натуральный, то есть естественный, выросший в природе, либо искусственный. А раз искусственный, то из чего бы его ни сделали – все равно химия, а значит – есть такое вредно, и никакая «идентичность» не спасет. Ирина мама тоже так считала, а подруга Алла клялась-божилась, что видела однажды на бутылке с лимонадом надпись «ароматизатор «Буратино», идентичный натуральному» – видимо, натуральный из давленных пеньков делается…

Увлеченная чтением этикетки, Ирина не заметила высокого мужчину в черной кожаной куртке, вышедшего, тоже с тележкой, между рядов полок ей прямо наперерез.

Бац! Тележки столкнулись, Ира вздрогнула. Стеклянная баночка вылетела у нее из рук, шмякнулась на пол и раскололась. Содержимое брызнуло во все стороны и, по закону подлости, бóльшая его часть оказалась на Ириных джинсах.

– Осторожнее! – бросил мужчина, даже не взглянув на нее. И пошел себе к кассе. А возмущенная Ира осталась один на один с соусовыми кляксами на полу и штанах.

«Ну что за мужики пошли, – ворчала она про себя, плетясь домой с увесистым пакетом в каждой руке. – На вид вроде симпатичный, а воспитания вообще никакого! Разве мог бы так поступить мужчина в эпоху графа Шереметева?! Тогда бы небось и извинения просили чуть не на коленях, и джинсы бы помогли в порядок привести, и домой бы проводили, сумки отнесли… А этот только нахамил. Эх, жить бы мне лет двести назад!.. Одно плохо – супермаркетов тогда не было…»

Вернувшись домой, Ира закинула продукты в холодильник, переоделась и поспешила к заждавшемуся цветку. Разложила на подоконнике рекламную газету, чтобы ничего не запачкать, и принялась за работу.

Жила Ирина высоко, на седьмом этаже – учитывая величину потолков в «сталинских» домах это немало. Поэтому в окно ей хорошо был виден весь двор, а также окна в другом крыле их же дома, имевшего П-образную форму. От подъезда напротив Иру отделяла какая-то сотня-полторы метров, а может, и меньше – она не слишком хорошо разбиралась в таких вещах.

Ей всегда нравилось вот так, незаметно, наблюдать за людьми: что они делают, как себя ведут, пытаться представить, кто они такие, каковы по характеру, чем занимаются и чем живут. Вот бегают во дворе дети, вот молодая женщина в белом пальто и такой же шапочке катит коляску, а сама разговаривает по сотовому, вот остановился у подъезда напротив красный автомобиль, из него вышел высокий мужчина в черной куртке, показавшийся Ире смутно знакомым, взял с заднего сиденья два битком набитых пакета, захлопнул дверцу, проверил сигнализацию, вошел в дом… Наблюдать за окнами было еще интереснее. Во многих из них горел свет и бурлила своя жизнь. Девушка с длинными светлыми волосами, в кофточке и колготках, без юбки, водит утюгом по гладильной доске и пританцовывает – не иначе на свидание собирается. Счастливая… Через два окна от нее парень сидит за компьютером, экрана не видно, но судя по тому, как парень двигается, нет никаких сомнений – играет в какую-нибудь игру-стрелялку. Этажом выше пожилая пара смотрит телевизор… А вот вспыхнул свет в квартире на шестом этаже, точь-в-точь напротив Ириной квартиры. Значит, хозяева пришли домой. Вернее, не хозяева, а один хозяин: стройный, подтянутый, видимо, еще довольно молодой мужчина в темной куртке. Пришел с пакетами, тащит покупки на кухню, а вокруг него носится, мешая хозяину идти, собака…