Его личная швея - Лора Вайс

И закипела работа.

А Игорь уехал на работу еще до рассвета. Причем так торопился, словно боялся опоздать, на деле просто сбежал до ее пробуждения. Надо все хорошенько обдумать, а еще купить ей что-нибудь. Все-таки вчерашнее зрелище было потрясающим, неповторимым. До офиса Волков посетил ювелирный, где на этот раз подобрал для барашки золотую подвеску в форме катушки ниток с петелькой, а в эту петельку пропускалась цепочка с наконечником в виде иголки. Как Игорь успел понять, шитье для нее не просто работа, а удовольствие, дело, которому барашка отдается полностью. Но он по-прежнему не знал, что же с ней такого приключилось, отчего внутри так и свербело. В силу рода деятельности Игорь всегда стремился получить максимум информации о тех, с кем предстояло работать, будь то заказчики или партнеры. Хорошо бы как-то вывести кудель на откровенный разговор, беда лишь в том, что он последний, с кем Алиса захочет откровенничать. Но есть еще Галя, вроде как между ними сложились доверительные отношения. Все ж подробная информация очень бы помогла в поиске подхода к девчонке.

Алиса тем временем собрала пиджак и села за машинку. При всей ненависти к Волкову, пиджаком она занималась с особым теплом и любовью. Потому что это вещь, вещь, созданная ее руками, и эта вещь не виновата в том, что носить ее будет отпетый негодяй. К вечеру серый пиджак в неяркую полоску был готов.

— Какая прелесть, — раздался голос Галины. — И так быстро, вот только вчера одни кусочки лежали на столе. Я бы если и умела, полгода бы такой шила, — подошла к манекену, на котором висело изделие. — Золотые у вас руки, Алиса.

— Да уж, — нехотя улыбнулась. — Спасибо.

— Игорь будет в восторге. Он, конечно, не покажет этого восторга, но…

— Мне все равно, — резко оборвала ее. Не сдержалась. Меньше всего хотелось слышать об этом подонке.

— Ох, а вот и он, — до ушей донесся писк сигнализации.

А у Алисы аж сердце в пятки укатилось.

— Пойду-ка, ужин организую, — Галя тут же засобиралась.

С Игорем столкнулась в холле, тот подхватил женщину под локоток, да увел в кухню.

— Мне очень нужна твоя помощь, — усадил Галю за стол.

— Слушаю, — уставилась на него во все глаза.

— Я хочу, — заговорил тихо, — чтобы ты разговорила Лаврову.

— Не поняла.

— Ты была права на ее счет, когда сказала, что с девчонкой не все так просто. Алиса почти год посещает центр реабилитации жертв насилия.

— Ой, батюшки…

— Подожди причитать. Выслушай до конца. Я пытался узнать, что конкретно с ней случилось, но не смог. Хотя, мог бы, но не хочу слишком уж глубоко лезть, сама понимаешь, дело крайне деликатное. А ты могла бы выведать у нее, что к чему, по-женски.

— Ох, Волков, — покачала головой. — Это будет не так-то просто. Если вообще возможно. Меня она тоже побаивается и не доверяет.

— Что так?

— Она знает, что я твоя бывшая классная.

— И все-таки. Постарайся. Ты же мудрая женщина, почти сама психолог. Найди подход.

— Почти не считается. Знаешь, я намеренно девочке лезть в душу не буду, ты уж как хочешь. Если она посчитает нужным, откроется. Нет, так нет. И тебе лезть не советую, только хуже сделаешь.

— Одни моралисты вокруг собрались, — засунул руки в карманы, в одном из которых лежала коробочка с подвеской. — Кстати, где она?

— В мастерской. Иди, там тебя сюрприз ждет.

Игорь тогда собрался с духом, ибо что-то вдруг оробел, и пошел в мастерскую. Когда он возник на пороге, Алиса убирала обрезки со стола, приводила рабочее место в порядок. На сегодня хватит, брюками займется уже завтра.

— Привет, — произнес довольно тихо.

— Добрый вечер, — процедила, не оборачиваясь.

— Пиджак готов? — взгляд сразу пал на манекен.

— Почти. Примерить нужно.

— Давай…

Но Алиса так и стояла к нему спиной, ноги точно приросли к полу.

— Повернись, будь так любезна, — снова эти ледяные нотки в голосе.

— Неужели сам не сможешь надеть? — и со злостью швырнула обрезки в урну, прямо как те треклятые колготки.

— Я плачу тебе зарплату, между прочим. И хочу к себе должного отношения. Что-то ты не ерепенилась в своей каморке, за копейки обхаживала всякий сброд.

— Я обслуживала людей, а не сброд, — на ресницах сейчас же повисли слезы, голос дрогнул. — Или, по-твоему, старики, дети, обычные трудяги — это сброд? — развернулась-таки, а глаза вспыхнули. — А ты сам с какой планеты свалился на эту грешную землю? И для чего? Сбродом понукать?

— Все злишься за вчерашнее, — усмехнулся.

— Злюсь? Ты воспользовался ситуацией и превратил меня в шлюху за сто тридцать тысяч в месяц. А договором этим можешь подтереться. Мы оба знаем, что это всего-навсего твоя забава, — что удивительно, говорила тихо, но в ее тихом голосе надрыва было в стократ больше, чем в любом громком крике.

Волков же замолчал. Мог бы ответить, но не стал. Вместо ответа подошел к ней, схватил на руки, и через минуту Алиса уже лежала на рабочем столе. Бедняжка стиснула зубы, сжала руки в кулаки. Теперь надо молчать и терпеть, другого не остается. А он положил ладонь ей на затылок, зарылся пальцами в шелковистых кудряшках. Смотреть продолжал своим жутким суровым взглядом.

— Не смей раскрывать на меня рот в моем же доме, — затем склонился и уткнулся носом ей в шею, вдохнул головокружительный аромат. — Ты ведь кончила вчера, — прошептал чуть слышно. — Смогла преодолеть свой страх, свою злость.

— Я многое могу сделать, — а Игорь в этот момент щекой ощутил ее слезы, — лишь бы избежать боли, господин Волков.

Тогда он отстранился. Внутри все смешалось. Желание, стыд, злость. Такими темпами раньше положенного съедет на кладбище. Девка каждый раз выворачивает душу наизнанку.

— У меня кое-что есть для тебя, — достал из кармана коробочку и положил на стол рядом с головой Алисы. — Надеюсь, гордость не помешает принять. Пиджак примерю завтра, — после чего коснулся ее щеки, провел пальцами по губам. Что за чертовщина вообще происходит? Почему от нее каждый раз крыша едет?

Конец главы

Прежде чем уйти, все-таки подошел к пиджаку и пару минут поразглядывал его.

В какую же бездну он летит с этой куделью? Каждый день уже напоминает Ад. Но и отказаться невозможно. Хотя, после секса все встанет на свои места, должно, все-таки азарт охотника никто не отменял. Ему нравилось добиваться женщин, брать их, однако потом интерес угасал. Да и пассии расслаблялись, полагая, раз захомутали мужика, можно на той заднице и сесть. С Алисой изначально все по-другому. Видно, она не притворяется, боится по-настоящему. И страх ее, нежелание только сильнее раззадоривают. Вчера девчонка буквально через себя переступила. Да, это было неправильно с его стороны, заставить, принудить, но как еще? Приходится идти тараном, выбивать ее из броне скорлупы. И останавливаться на достигнутом нельзя… Единственно, узнать бы ее прошлое.