Музыкальный приворот. Книга 1 - Анна Джейн

— Это с тобой, — по-хозяйски положила она ухоженную руку на плечо парню, — мой Арин уехал в тот день? А ты молодец. Кей, Арин — хороший выбор.

Парень, стоящий рядом, внимательно посмотрел на девушку. В его взгляде не было ничего плохого или хорошего. Только, как показалось мне, совсем немного беспокойства.

— В смысле? — не поняла я.

— Оу, Катя, как же они поругались в тот день, мои мальчики, — с удовольствием произнесла девушка, поправляя сбившийся на бок пышный локон. — Кей так кричал, так нервничал. А я не люблю видеть его в гневе.

— Алина, не начинай, — произнес Арин.

Кажется, в присутствии этой дамы он все-таки тушевался. Странно… И что вообще они делают вдвоем здесь, если Алина — девушка Кея? Может быть, они тайно встречаются? Или эта Алина вертит длинноволосым как хочет, а он слушается ее?

— А что? — делано удивилась брюнетка. — Я просто рассказываю все как есть. Катюша, — ехидно произнесла она, прожигая меня насквозь большими блестящими темными глазами, — Кей ведь не псих — вернее, он умело это скрывает, и вывести его из себя сложно даже мне. Да, Арин? А Катюшка смогла это сделать влет, за самое короткое время. Он так психовал, — обратилась она ко мне, говоря это с каким-то садистским удовольствием, — что даже я, даже я, представляешь, не смогла его сразу успокоить. Пришлось применить кое-какие меры.

А мне-то что с того?

Давай покажем ей средний палец, что ли, а?.. Или сразу два?

— Алина… Может быть, мы пойдем? — вновь нерешительно спросил Арин, касаясь ее руки ладонью.

— Пойдем, я как раз очень тороплюсь. Пока, Катюша.

— Пока, Алиночка, — отчего-то разозлилась я. Эта «Катюша» звучала как-то противно и небрежно. Да что б ты знала, «катюшами» называли те самые знаменитые боевые машины реактивной артиллерии в Великую Отечественную, от которых у наших врагов волосы на пятках шевелились! Так что «Катюша» звучит гордо и непобедимо, а не так отталкивающе, как это произносишь ты.

— Эй, Катенька, — близко-близко подошла ко мне Алина, дав мне почувствовать тонкий и очень терпкий аромат дорогих духов, который исходил от нее, и даже зачем-то потеребила мне пуговицу на кофте, — я не люблю, когда меня так называют, милая.

— Я тоже не люблю, дорогая, — улыбнулась ей я.

— Я и сама знаю, что я не дешевка, а дорогая вещь. Нет, правильнее будет так: я ценная штучка. А, да, если хочешь, могу передать привет Кею.

— Зачем? — искренне удивилась я.

— Мы скоро с ним встречаемся, — осветилось красивое лицо какой-то злой улыбкой, совсем не подходящей этой яркой девушке. Она что, ревнует ко мне Кея?

— Ну, если хочешь, передай. Хотя мы виделись с ним на праздниках, в понедельник, и, думаю, не успели соскучиться друг по другу.

— А что вы делали в понедельник? — показушно безразлично спросила эта ненормальная, чуть склонив голову и приближаясь ко мне вновь на опасно близкое расстояние.

Мне пришлось сделать шаг назад.

— В зоопарк ходили, — дернуло меня сказать правду.

Надо было сказать, что в отель… Эта девочка точно бы лопнула и самоустранилась бы таким образом. Тебе нужно было бы только подальше отпрыгнуть, чтобы не забрызгаться кровью…

— Куда? — звонко рассмеялась Алина, и даже на лице Арина появилась едва заметная улыбка.

— В зоопарк, — пришлось повторить мне.

— Ого, я думала, этот мальчик любит только дорогие места, — протянула девушка. — Особенные. У нас с ним есть пара таких мест, личных… Как ты на него влияешь, Катюша. М-м-м, а ты не так проста.

А ты так тупа… Ну, скажи ей это, скажи!!

— Кей просто поражает меня, — с ехидной улыбочкой продолжала девушка, обращаясь не ко мне, а к Арину.

Этот мальчик вообще сумасшедший. И ты со странностями. Оставьте меня в покое. Меня Антон ждет, а идиота Кея забирайте себе и не надо на меня так пристально смотреть, я не инфузория-туфелька под лупой.

— Я не знаю, что он любит, а что не любит. Мне до него дела нет, — сказала я.

— Это хорошо. Строить иллюзии — самое опасное дело, дорогая. — Преувеличенно заботливо произнесла спутница Арина.

— Я тоже всегда так считала, — хмуро ответила я, понимая, что меня косвенным образом оскорбляют.

— Мой девиз: «покончим с иллюзиями», — как-то совсем издевательски произнесла девушка, и я уже больше не могла относиться к ней объективно, вняв внутреннему злобненькому голосу.

— «Покончим с иллюзиями!» — с этого-то они и начинаются. — Вовремя вспомнила я одну из Нинкиных любимых фраз.

Алина сдвинула брови к переносице. А я продолжала как ни в чем не бывало, изумляясь собственной глупости.

— Могут ли эти слова быть твоим девизом?

— А у меня девиза нет, я просто живу свободно, без условностей и глупых фраз.

— Любишь свободу?

— Я люблю быть свободной, — кивнула я.

— М-м-м, да ты девушка с горячей кровью? Цыганочка просто, — эти слова заставили меня вспомнить зоопарк. Арин почему-то вновь едва заметно улыбнулся. — Свобода, говоришь? А разве свобода — это ли не самая большая иллюзия?

Я пожала плечами. Философские вопросы…

— Понятия не имею. И это… знаешь, я реалист, а реалист, кстати, всегда учитывает иллюзии. Ведь у всех нас их очень много, — и я посмотрела в ее глаза.

— Да ну? — уже с открытой неприязнью глянула на меня девушка своим черными глазами, искусно подведенными и накрашенными так, чтобы они смотрелись естественно. Когда я говорю: «Да ну?», Нинка всегда вставляет: «Ну да». Но передразнить таким образом Алину я не смогла.

— А я думала, что иллюзии учитывают романтики, а не реалисты, милая, — слово «романтик» в ее исполнении стало каким-то двусмысленным синонимом «психически больного».

— Кей — романтик, — тут же дернуло меня заявить подобную глупость. Хотя, из него романтик, как из меня ободок для волос.

— Мы точно знакомы с одним и тем же Кеем? — возвела подведенные глаза к потолку черноволосая девушка.

— Кажется, с одним. Их же не может быть два, — кивнула я в ответ, понимая, что наш во всех смыслах странный разговор затягивается.

— Не может, — сказал Арин. — Хотя…

— Да, мой Кей один, — выделила слово «мой» Алина.

— И мой тоже, — еще больше рассердилась я, хотя виду и не показывала.

Алина повела плечом, одновременно склонив голову набок. Какие-то странные у нее жесты, медленные, плавные, вальяжные и противные одновременно.

— Все, нам пора. Катя, мне приятно было видеть тебя, сегодня ты очень хорошенькая, — схватил брюнетку за запястье Арин, словно что-то почувствовав, попрощался с милой улыбкой и, пока Алина не видела, послал зачем-то мне воздушный поцелуй. Настоящий джентльмен…