Любимая для эльфа - Astra Maore

— А? Что?

— Я же говорил, что сам все тебе расскажу, а вместо этого Эстелла сделала мне комплимент, как хорошо я умею подбирать кадры. Ты явно общалась с ней.

Тамико пристально взглянула в его темные при таком освещении глаза — эмоции Лу было невозможно угадать.

— Вообще-то она моя родня по мужу. Не стоило меня интриговать. Чтобы я не знала что-то, известное всем в доме Троюродных!? Смеешься?!

Лукас не смеялся.

Похоже, он страшно волновался. Тамико не увидела это напрямую — уловила чутьем.

Она подошла к Лукасу вплотную и обняла его нежно, почти по-матерински.

— Она мне понравилась, Лу. Она вообще из тех, что не нравятся только соперницам и завистницам, а я себя к ним не отношу.

Лукас обнял Тамико в ответ.

— И правильно делаешь. Мне важно твое мнение, ты знаешь…

Тамико отстранилась.

— Знаю-знаю. И что ты сам себе указ, тоже. Расслабься, Лу. Эс мне нравится, — и Тамико зловеще добавила: — И так будет, если только ты вконец не забудешь обо мне.

Лукас улыбнулся — высокий, красивый. Любимый и родной.

— Тами, ты навсегда в моем сердце. К тому же мы работаем вместе.

Тамико вернулась в свое кресло.

— Ага. Не, Лу, я не настолько ревнивая, чтобы мешать тебе быть счастливым. Наоборот я хочу, чтобы ты стал счастлив! Если, конечно, мы с тобой продолжим дружить.

Низкий обволакивающий голос подтвердил:

— Продолжим, не сомневайся.

Эстелла воплотилась не где-то, а в клане Магнуса, а все, связанное с мужем, виделось Тамико легким-легким.

***

Они были равны богам друг для друга, и когда на пышных загнутых ресницах Колетт показывались слезы, Роберт ощущал, словно дождь идет над землей.

Он постоянно носил Колетт на руках, неустанно целовал, а с какого-то момента полюбил заплетать роскошнейшие волосы хрупкой смуглянки в косы, иногда легонько придушивая ее тонкую шею.

Колетт не особо возражала, Роберт больше не переходил границы по-настоящему жестокого, и диапазон приемлемости каждого за время совместной жизни существенно расширился.

Между ними искрилась химия. Казалось, пространство и время искажаются, открывая портал в горние выси, но вопрос о преображении Колетт не стоял. Роберт не заговаривал об этом открыто, выжидая время, чтобы окончательно убедиться в своей любви и лишний раз не общаться с Кэйли.

Он был очень ревнив и приписывал Кэйли свои чувства, опасаясь, что без веского основания и долгих совместных дней Кэйли может неадекватно воспринять его девочку и по каким-то причинам отказаться сделать ей бесценный подарок.

Оливер в недоступном Роберту мире дорос до подростка лет четырнадцати на вид и часто приходил теперь телепатически пообщаться с Робертом.

Его так не хватало! Роберт ужасно хотел увидеть друга живьем.

Глава 245. Солнечный зайчик

Море вздыхало, шипело и пенилось. Лукас шел по самой его кромке, окутываемый сотнями прохладных брызг. Ему хотелось промокнуть, пропитаться водой, проникнуться ее свежестью, чтобы подумать…

Со времени его знакомства с Тамико прошли годы. Годы страсти и нежности, борьбы и преодоления, отчаяния и экстаза. Они умирали и возрождались, приходя к тому, с чего начали, но становясь на каждом витке этой спирали сильнее и сплоченнее.

Вкус соли на губах, вкус крови и слез.

Они никогда не могли быть по-настоящему вместе, и это душило Лукаса, как слишком плотный воротник…

Другие отношения на этом фоне — вспышки-сполохи, Лукас хотел отвлечься от драмы, но только больше запутывался, создавая новые связи, давая очередные обещания и покрываясь сетью обязательств…

И вдруг Эстелла — происходившее между ними напоминало Лукасу морской ветер, неожиданно ворвавшийся в распахнувшееся со звоном окно.

Безумие, совершеннейшее безумие… в пустоте.

На свободе.

Никто не стоял между ними. Отсутствовали непреодолимые обстоятельства.

Это было так странно и непривычно.

Лукас, сражавшийся каждую секунду своей жизни, оказался внезапно в тишине.

Ему ни на миг не было скучно. Лукас еще не любил Эстеллу, он был в нее влюблен…

Лукас вспоминал, как привольно дышится полной грудью.

В последнее время Эстелла занималась оценкой предметов искусства, и владения Лу, полные прекрасных образцов, вызывали ее неподдельный восторг, впрочем, любые чувства Эстеллы были какими-то очень живыми, искренними. Она щедро делилась эмоциями со всеми, кого знала.

Чудо, подобное мистическому, ускользающему солнечному зайчику — Лукас еще не обожал Эстеллу, но уже боялся с ней расстаться.

Он, до последней нотки души магическое существо, будто встретил создание еще более дивное.

Эстелла любила его легко, словно исполняла задорный танец на вечеринке. Она пока не успела прорасти в Лукаса всерьез, привязаться к нему, и пропади Лукас вновь на неопределенный срок, Эстелла приняла бы это как должное.

***

Эстелла хотела разговаривать о Лукасе. Тамико пригласила ее приходить к ним с Магнусом в гости — тут можно было не опасаться сторонних ушей.

Эстелла любила печенье и всегда приносила его, словно запасливая белка. Девушки разводили магический огонь, блеском которого они обе наслаждались, и беседовали.

Эс была задумчива.

— А ведь знаешь, Тами, Лу меня не любит…

Тамико удивленно подняла брови.

Эстелла подтвердила.

— Он влюблен в меня, но любит он кого-то еще… Серьезно и глубоко любит… Это, как темное-темное дно пруда… Ты, наверное, даже знаешь, кого он так любит, но мне не скажешь…

Тамико поразилась прозорливости Эстеллы, но быстро взяла себя в руки.

— Лу уже довольно много лет, конечно, он может кого-то любить. Но тебе-то что с того?

Эстелла была какой-то по особенному светлой. Она явно согревала Лукаса. Исчезни она, он бы совсем пал духом. Тамико слишком любила Лу, чтобы это допустить…

Эстелла поежилась.

— Мне зябко… Я будто на пороге какой-то жуткой тайны… Неотвратимой… Я боюсь не справиться со всем этим… Слишком непонятно…

В бликах пламени лицо Тамико выглядело суровым, ее черты будто заострились.

— Эстелла, не глупи, а? Лукас очень хороший. Кому, как не мне знать? Он не прошел Церемонию, так что никакой любви навечно, мешающей тебе пройти ее с ним, нет. А непонятного будет становиться меньше, когда ты начнешь любить его и заботиться о нем.

Эстелла внимательно слушала ее, забыв о печенье. Тамико рассказывала:

— Если Лу тобой увлекся, это можно и нужно усилить. Во-первых, не сомневаться ни на миг, что он тебе нужен. Во-вторых, есть метод переноса: если ты будешь спрашивать его о дорогих ему женщинах или о любых важных ему объектах, он, рассказывая об этом, начнет испытывать приятные эмоции и связывать их с тобой. Переносить их на тебя. Понимаешь?

Эстелла кивнула, Тамико продолжала:

— Конечно, не про все