Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Я ворочался и ворочался во сне, беспокойство находило меня в темноте, когда я вспоминал ночь, которая разрушила мою жизнь, которая изменила все и заставила меня отослать всех, кого я знал и любил в течение многих лет. Моя империя была украдена у меня, моя корона свергнута. И все из-за той единственной ночи, которую я до сих пор не до конца понимаю.

Мягкие губы встретились с моими, вытаскивая меня из темноты, и я последовал их зову, позволяя им вернуть меня в сознание, пока я пытался оставить эту ночь позади и найти путь к ней.

— Я думаю, тебе приснился кошмар, — пробормотала Аня, и на мгновение я словно оказался там, в переулке на рассвете, с клубящимся вокруг нас туманом и моими братьями за моей спиной, ожидающими моих приказов.

— Вы уверены в этом, босс? — спросил меня Олли, и я повернулся, чтобы взглянуть на него, когда он присел позади меня вместе с Фрэнком и Черчем.

— Конечно, уверен. Когда я когда-нибудь ошибался? — спросил я в ответ, как всегда самоуверенно, пока мы рассматривали склад, на который планировали напасть. Свечник слишком долго создавал проблемы для нашей банды, и хотя я был за то, чтобы убрать его, Дэнни упорно сопротивлялся этому плану, наслаждаясь своим вкладом в десятину, несмотря на мое неприятие его способа зарабатывать деньги.

Это был компромисс, урок, который я хотел преподать этому ублюдку за то, что он пожадничал своей власти и попытался проникнуть в Уайтчепел. В такие моменты я часто задумывался, не лучше ли нам просто признать тот факт, что мы были настоящей властью в Лондоне. Черт возьми, мы были настоящей властью во всей Европе, если не за ее пределами. Анонимность Фирмы иногда служила нам хорошую службу и свела угрозы нашей жизни к минимуму, но это также означало, что наглые ублюдки, такие как Свечник, думали, что они могут вольничать с бандой Батчера. Это заставляло их думать, что у них есть шанс вытеснить нас. Они бы не делали таких глупых решений, если бы знали всю правду.

С другой стороны, мне всегда нравилось пачкать свои руки.

— Дэнни и его люди должны быть на позиции сзади прямо сейчас, — сказал я, оглядываясь в поисках кого—нибудь, кто мог бы наблюдать за улицей, и не найдя никого слишком очевидного. — Мы просто сделаем это быстро, войдем, возьмем плату, которую он приготовил для следующего контейнера, полного бедных душ, которых он ожидает сегодня вечером, а затем снова уйдем.

— Как будто отбираешь конфету у ребенка, — ответил Черч, мрачно усмехаясь.

— Это должно напомнить этому засранцу, с кем он связался, — сказал я.

— Насколько кровавыми мы готовы стать? — спросил Фрэнк, и Олли посмотрел на меня в поисках ответа, он не выглядел таким кровожадным, как его брат, хотя я знал, что он способен убить человека, если понадобится.

— Не больше, чем мы должны, — ответил я. — Этот урок может быть финансовым. Это даст нам время, необходимое для того, чтобы я смог убедить Дэнни покончить с этим дерьмом навсегда. Я не знаю, почему он так суетится из-за этого, но я не хочу давить на него, если это не нужно. Дайте мне пару недель, и я заставлю его думать, что это он в первую очередь хотел убить Свечника. Черт, я даже могу позволить ему нанести удар.

Черч захихикал, остальные кивнули, а я подбородком указал в сторону склада, отправив Дэнни быстрое сообщение, чтобы сообщить ему, что мы на месте, а затем направил Черча и Фрэнка направо, а нас с Олли — налево.

Аня легонько встряхнула меня, и я глубоко вдохнул, открыв глаза, пытаясь выкинуть эти воспоминания из головы.

— Расскажи мне об этом, — настоятельно попросила она.

Я взглянул на часы, и мой желудок заурчал, когда я понял, что проспал весь день.

Я провел рукой по лицу, прежде чем оглянуться на жену: она была одета в одну из моих футболок, ее волосы были слегка влажными после душа, и она стояла на коленях на кровати рядом со мной.

Я положил руку на ее голое бедро, стараясь избегать порезов, поглаживая ее гладкую кожу и пытаясь закрепиться в настоящем.

— Есть причина, по которой я не мог просто вернуться в это место с собственной личностью, когда меня выпустили из тюрьмы, — медленно сказал я, размышляя, не стоит ли мне просто пропустить все это через себя, но потом напомнил себе, что я хотел, чтобы между нами была честность, а это значит, что она должна знать. — Меня подставили, — добавил я.

— Кто? — спросила она, хотя я был готов поспорить, что выражение ее темных глаз говорило о том, что она уже знает.

— Дэнни, — подтвердил я. — Хотя и по сей день я не знаю, что именно произошло.

— Так что же ты знаешь? — надавила она, и я вздохнул, выпрямился и прислонился спиной к изголовью кровати.

— Однажды ночью мы отправились к Свечнику, — объяснил я. — Он вел себя вольно и создавал нам проблемы. Я хотел убить его за это, но Дэнни сопротивлялся. Мы долго спорили, пока я не был вынужден уступить, и мы разработали план, как обокрасть его вместо простого убийства.

— Почему Дэнни не хотел его смерти?

— Не совсем уверен в этом, — признался я. — Хотя, зная, что у них есть какие-то дела сейчас, я думаю, может, они уже тогда были дружны. Одного этого было бы недостаточно, чтобы убедить Дэнни отказаться от насилия, но если он получал от Свечника что-то такое, чего не мог получить от нас... наверное, наркотики, если быть до конца честным. К тому моменту я уже год или больше работал над тем, чтобы Дэнни было труднее питать свою привычку, и если этот засранец делал ее легкодоступной для него, то, возможно, это все объясняет. Не знаю, правда.

— Так вы пытались его ограбить? — спросила она, и я кивнул.

— Таков был план, потом я подумал, что смогу убедить Дэнни в убийстве, когда пыль уляжется. Либо так, либо я бы все равно его осуществил и позволил ему устроить скандал. Думаю,