Любовная история виконта - Джиллиан Хантер

За завтраком Хлоя смотрела на расставленные на буфете аппетитные блюда, но внутри у нее все переворачивалось от волнения. От запаха копченой селедки ее стошнило. Поджаренный хлеб с маслом – комом стал в горле. А вот Стрэтфилд наверняка голоден. Надо взять для него сосисок со стола. Впрочем, нет. Лучше держать его на диете. Покормишь его, он еще сильнее станет.

– Хлоя, дорогая моя, ты же ни крошки не съела, – пожурила се тетенька, театрально вздохнув. – Должно быть, эта кошмарная новость лишила тебя аппетита. Я просто потрясена.

Дядя Хэмфри покосился на Хлою поверх газеты и покачал головой. Видимо, дяди хотел ей дать понять, что «ужасные новости» не имеют отношения к Девону.

– Что еще за новости? – спросила Хлоя притворно равнодушным тоном. В Чизлбери возгорание сажи в печной трубе считалось катастрофой мирового масштаба.

– Стрэтфилдский Призрак нанес сегодня ночью новый удар.

Хлоя отбросила измятую салфетку. Сердце ее бешено забилось.

– Что?

Тетя Гвендолин кивнула.

– Он совратил еще одну невинную молодую особу, пока та спала.

От Хлои не ускользнуло, что дядя закатил глаза.

– Совратил…

– Господи Боже мой, Гвенни, – не выдержал дядя. – Не забивай ты ей голову этой чепухой с утра пораньше.

Тетя обиженно помолчала, но потом продолжила свой рассказ:

– Ребекка Пламли была совращена вчера ночью, тоже в собственной постели, Стрэтфилдским Призраком, – объявила она.

– Не может быть, – сказала Хлоя. Тетенька уверенно закивала:

– Есть свидетель.

– Замужнюю женщину под сорок вряд ли можно назвать невинной молодой особой, – буркнул дядя Хэмфри, не отрываясь от газеты. – Кроме того, Ребекка Пламли страшна как смертный грех. Вряд ли призрак польстился бы на нее.

Памела с улыбкой посмотрела на Хлою:

– Интересно, что по этому поводу говорит муж Ребекки.

– Он по вполне понятным причинам чувствует себя униженным, – ответила тетя Гвендолин. – Тем более что видел это собственными глазами. Это его я имела в виду, говоря о свидетеле.

Дядя Хэмфри оторвался от газеты.

– Хочешь сказать, что Освальд видел, как призрак вступает в сношения с его женой?

– Ну… – Тетя Гвендолин сделала очередную паузу. – Призрак, судя по всему, все же был невидим. Но Освальд отчетливо слышал, как его жена Ребекка воскликнула: «Ах, Стрэтфилд, Стрэтфилд! Прекрати сейчас же, нахал эдакий! Мне щекотно!» И да будет вам известно, в этот самый момент одеяло с простынями взвилось в воздух.

Глубокое молчание воцарилось в столовой. Сквозь приоткрытую дверь Хлоя увидела, как проходившая по коридору горничная остановилась как вкопанная, а рука ее с метелкой для обметания пыли повисла над бюстом сэра Френсиса Дрейка, любимого героя дяди Хэмфри.

Дядя Хэмфри с досадой покачал головой:

– Перестань наконец повторять глупые выдумки очередной истерички, Гвенни! Стрэтфилд был достойным человеком и в расцвете своих мужских сил, когда его убили. Полагаю, бедняга перевернулся в гробу, когда ты предположила, будто ему захотелось пощекотать Ребекку Пламли…

Хлоя опустила глаза. Ее мучила совесть. Раны у виконта действительно были жуткие. Вдруг он не выживет? В этом случае его смерть будет на ее совести. Надо раздобыть для него какие-то лекарства. И отнести ему еду. В каком же рискованном положении она из-за него оказалась! Подумать только, еще недавно она мечтала о том, чтобы какое-нибудь приключение оживило ее скучную жизнь в изгнании, но то, что случилось с ней, никак нельзя назвать приключением. Неужели у него есть ключ к разгадке таинственной смерти Брэндона? Интересно, что стали бы делать в такой ситуации ее братья.

Молодые, склонные к риску, они наверняка присоединились бы к жаждавшему мести Стрэтфилду. Девушка не может себе такого позволить. А как поступила бы ее старшая сестра Эмма? Стала бы обучать виконта высокому искусству воздаяния? Потребовала бы, чтобы впредь он не входил в спальню барышни без стука?

Хлоя развернула салфетку у себя на коленях и, взяв со своей тарелки сосиски и гренки, незаметно завернула в нее.

– А подозревают кого-нибудь в убийстве виконта? – обратилась она к дяде Хэмфри. – По-моему, отыскать убийцу – сейчас самое важное.