Кто украл мое сердце - Тесс Герритсен

– В больницу мне нельзя.

– Кстати, кого вы боитесь? Полицейских?

– Отпустите меня!

– Вас не арестуют. Вы ничего не сделали. – Он помолчал, а потом тихо спросил: – Или сделали?

Она вырвалась, но попытка стоила ей оставшихся сил. Голова снова закружилась; ее со всех сторон обступила тьма – словно черная вода. Она не помнила, как упала на землю, не помнила, как Джордан взял ее на руки и понес в машину. Она слишком устала, чтобы бороться. От слабости не было даже сил соображать, что с ней происходит. Он осторожно усадил ее на переднее сиденье, и она прислонилась головой к стеклу, пытаясь не потерять сознание, превозмогая очередной приступ тошноты. «Нельзя, чтобы меня вырвало в такой красивой машине, – подумала она. – Жалко будет испортить кожаную обивку». Потом Джордан сел за руль, и они тронулись с места. Клеа похолодела от страха.

Она потянулась к нему, вцепилась в рукав:

– Прошу вас, не везите меня назад в больницу!

– Расслабьтесь. Раз не хотите, то не повезу.

Клеа заставила себя сосредоточиться. Она покосилась на его напряженный профиль. Джордан смотрел вперед, на дорогу.

– В больницу вы не хотите… – задумчиво продолжал он. – Давайте я отвезу вас в отель. Но нужно, чтобы за вами кто-нибудь присматривал.

– Туда я тоже вернуться не могу.

Джордан нахмурился. Ее страх, отчаяние, должно быть, отражались у нее на лице.

– Ладно, Диана! – Он вздохнул. – Тогда скажите, куда вы хотите поехать.

– На железнодорожную станцию.

Он покачал головой:

– Вы сейчас не в том состоянии, чтобы путешествовать!

– Ничего, как-нибудь.

– Вы и на ногах-то еле держитесь!

– У меня нет выбора! – вскричала она и, отчаянно всхлипнув, повторила шепотом: – У меня нет выбора!

Он молча смотрел на нее.

– Ни на какой поезд вы не сядете, – сказал он наконец. – Я этого не допущу.

– Не… допустите?! – Внезапный гнев заставил ее вызывающе вскинуть голову. – Вы не имеете права! Вы и понятия не имеете, что мне приходится…

– Послушайте! Я отвезу вас в безопасное место. Придется вам мне поверить.

Он посмотрел на нее так пристально, что она не могла не поверить ему. Ей вдруг захотелось передать ему ответственность за свою дальнейшую судьбу и надеяться на лучшее. Отчаянно хотелось ему верить. В глубине души она уже верила ему. Значит, для нее все кончено: никто из совершивших такую глупую ошибку не проживет достаточно долго, чтобы пожалеть о своей глупости.

«У меня нет выбора», – подумала она, и новая волна тошноты заставила ее пригнуть голову к коленям.

С таким же успехом она могла бы выкинуть белый флаг. Теперь будущее уже не в ее собственных руках. Оно в твердой хватке Джордана Тэвистока.

– Ну, как дела? – осведомился Ричард.

Измученный, осунувшийся, Джордан вошел в библиотеку и первым делом плеснул себе щедрую порцию бренди.

– Судя по всему, она страшно чего-то боится, – ответил он. – А во всем остальном – вроде неплохо. Сейчас Берил укладывает ее в постель. Может быть, утром нам удастся больше у нее узнать. – Он выпил бренди в несколько глотков и тут же налил себе новую порцию, решив, что сегодня заслужил поощрение.

Ричард не сводил с него подозрительного взгляда. Отпив еще глоток, Джордан рухнул в кресло у камина. Тройная порция бренди в один присест – совсем на него не похоже! Знакомые считали Джордана трезвенником…

И уж совсем не свойственно ему то, что он сделал сегодня: привез к себе домой случайную знакомую. Как еще можно охарактеризовать женщину, которая сейчас устраивается в спальне для гостей? Слава богу, Берил не сразу принялась осыпать его вопросами. Сестра в этом смысле человек хороший; в трудную минуту она молча делает все, что нужно. Пока о пострадавшей Диане Лэм можно не беспокоиться. Однако потом последуют неизбежные вопросы, а Джордан не знал, как отвечать. Во-первых, он не понимал, почему все-таки привез Диану в «Четвинд». Ясно одно: она чем-то напугана, и он не имеет права отворачиваться от нее. Почему-то ему казалось, что он за нее в ответе.

По какой-то еще более безумной причине ему хотелось быть за нее в ответе. Развалившись в кресле, он обеими руками потер лицо.

– Ну и ночка! – пожаловался он.

– Да, ты времени даром не терял, – заметил Ричард. – Взрывное устройство в машине… Ночная беглянка… Почему нас не предупредил?

– Я и понятия не имел о том, что машина Гая взорвется… Мне казалось, передо мной обычная домушница… Или правильнее называть ее взломщицей? – Он потряс головой, прогоняя приятный алкогольный дурман. – Кража со взломом – одно дело… Но ни о каких бомбах она и не заикалась!

Ричард нагнулся вперед и хладнокровно спросил:

– Интересно, кто был намеченной жертвой?

– Что?! – Джордан резко вскинул голову. Он очень уважал будущего зятя.

Годы службы в разведке научили Ричарда никогда не доверять очевидному. Он оценивал факты и улики со всех сторон, рассматривал дело подчас под самыми неожиданными углами. Такой подход позволял иногда прийти к совершенно противоположным выводам. Вот и сейчас он старается понять скрытые причины произошедшего.

– Бомбу заложили в машину Гая Делэнси, – продолжал Ричард. – Возможно, он стал случайной жертвой. А может, кто-то решил покончить именно с ним. Есть и третья вероятность… – Ричард нахмурился.

Джордан понял, что они с будущим зятем думают об одном и том же, и кивнул:

– Тогда жертвой должен был стать вовсе не Делэнси!

– Она ведь должна была возвращаться на его машине, – сказал Ричард. – Она тоже вполне могла погибнуть вместе с ним.

– Ничего странного в том, что Диана напугана. Но она так и не сказала мне, чего боится.

– Что тебе, собственно, о ней известно?

Джордан покачал головой:

– Только то, что ее зовут Диана Лэм. А больше я почти ничего не могу тебе сказать. Я даже не знаю, какой у нее природный цвет волос! Несколько дней назад она была блондинкой, а потом стала рыжей…

– А отпечатки пальцев, которые ты снял с ее бокала?

– Я попросил одного знакомого дяди Хью проверить ее по базе Скотленд-Ярда. Он ничего не нашел, но я не удивлен. Она ведь почти наверняка американка.

– Она заставила тебя потрудиться! Кстати, почему ты не обратился ко мне за помощью? Я бы давно переправил ее отпечатки американцам, и сейчас мы бы знали, кто она!

– Я не имел права ничего говорить. Видишь ли, я дал слово Веронике.

Ричард рассмеялся:

– А джентльмен, как известно, всегда держит слово!

– Совершенно верно – но бывают и исключения. Полагаю, взрывное устройство в машине можно считать исключительным обстоятельством.