Рита, море и Рыжка-царевич - Ева Саева

Рита, цепенея от навалившего страха, резко подняла глаза и встретилась с взглядом Сталина. Он прятал улыбку в усах и смотрел на Риту не мигающим взглядом желтых глаз. Ладони девушки сразу предательски вспотели, а в глубине живота тот самый необъяснимый страх перед этим человеком, начал рости.

— Что вы молчите, товарищ Рита, — неожиданно спросил Сталин и вновь задымил трубкой.

В нос резко пахнуло табаком. Леденящий ужас сковал душу. Непонятная сила заставила Риту резко встать. Она повернулась к Сталину и прямо посмотрела в его ястребиные желтые глаза, в которых переливались смех и осторожность.

— Слушаю вас, товарищ Сталин, — проговорила Рита дрожащим голосом. Всю ее душу окутывал странный холод, а страх, не поддающийся описанию, острой болью пронизал нутро и заставлял сгибаться спиралью. Но, она продолжала стояла на вытяжку.

— А что вы так испугались, — улыбнулся Иосиф в усы и вынул трубку из рта, — вас никто не расстреляет, ни тридцать седьмой и не сорок девятый. Мы с Петром Алексеевичем обсудили ваше пребывание на службе Управляющей санаторием «Красный боец». Петр Алексеевич поручился за вас, он уверен, что вы оправдаете оказанное вам высокое доверие. А мы, со своей стороны, постараемся оказать вам посильную помощь. Но, еще раз напоминаю, что мы откроем вам не все тайны всенародно-любимого санатория. А остальные и не пытайтесь узнать. Успехов вам, товарищ Рита.

Великий друг «детей и полярников» вынул трубку изо рта, еще раз взглянул в окно, как будто увидел там далеко забытое, с улыбкой посмотрел Рите в глаза и так же медленно вышел из кабинета.

Даже когда за ним закрылась дверь и повернулась ручка, за столом продолжала царить полнейшая тишина. Лишь спустя минут пять, все присутствующие резко повернулись к Рите с немым вопросом. А она…открыла глаза и проснулась.

В шоке от увиденного сна, девушка резко села на кровати. В окна светило раннее солнце, извещая о начале нового дня. Рыжка, спавший у нее на плече, шмякнулся на одеяло и недовольно потянулся. Вскочил, выпучив глаза на Риту, выгнулся и позевнул. Ничего не соображая, Рита взяла котенка на руки, встала с кровати и подошла к окну. Парк, утопающий в зелени, умытый ранней росой, переливался в лучах восходящего солнца. Рита открыла окно, в лицо пахнуло свежестью летнего утра, с примесью пахучих трав и морского бриза. Бодрящий воздух привел ее в себя, котенок продолжал дремать на руках. Но взгляд ястребино-желтых глаз Сталина не отпускал, а сжимал сердце и кидал в пот. Надо было что-то сделать, чтобы скинуть наваждение.

Рита быстро надела купальник, накинула халат, подхватила Рыжку и поспешила на пляж. Пустынная улица и утренняя прохлада заставляли двигаться быстрее, за каждым домом, казалось, притаилось прошлое. До пляжа девушка дошла на одном дыхании, посадила котенка на халатик и вошла в воду. Холод покрыл тело мурашками, но она смело шагала в морскую прохладу. Окунувшись, пару минут поплавала и, придя в себя, вышла на берег. Девушка быстро оделась, мокрыми руками прижала своего Царевича, так и не решившегося сойти с халата на гальку. По дороге обратно, она внимательно всматривалась в корпуса санатория, выглядывающие между современными отелями. Котенок пытался лизать ее руки, но от соленого привкуса морщился и фыркал.

Время только подходило к семи, когда они вошли в номер. После горячего душа, Рита сделала утреннюю гимнастику, покрутила обруч, взятый в спортзале. Вскипятила чайник и заварила свежий чай. Рыжка после прогулки успел налакаться молока и ждал ее на диване. Цепкие коготки котенка позволяли ему уже без труда залазить по мягкой оббивке. С кружкой горячего чая, Рита села рядом, перетащила к себе на живот котейку, укрылась пледом и с удовольствием принялась наслаждаться свежим чаем.

Постепенно она успокоилась, согрелась и даже немного задремала. На этот раз никакие сновидения ее не беспокоили и она, блаженно улыбаясь, проспала до восьми часов. В половине девятого, управляющая, подтянутая и собранная, посетила кухню. Поинтересовалась, как идет рабочий процесс, выслушала все претензии Михаила Оганесовича, записала к немедленному исполнению его наказы.

С удовольствием продегустировала молочную рисовую кашу и оценила отличный вкус. Обещала в течение дня решить вопрос по кандидатуре бухгалтера-калькулятора, так как собеседование с кандидатами, были назначены на после обеда. Рита обязательно заглянула к Виталию. Чашка ароматного горячего кофе с пенкой сердечком в общении приятного молодого человека, становились атрибутом начала рабочего дня.

В девять часов утра управляющая, завхоз и горничная Зинаида, начали обход жилого отремонтированного корпуса. Тщательно проверяли все мелочи: чистоту окон и балконов; отсутствие ржавого налета на ванных и унитазах; переворачивали матрасы кроватей, раздвигали диваны и кресла; под столешницами отрывали прилепленные жвачки; даже решетки вентиляции и люстры подверглись строгой экспертизе. Зинаида беспрестанно строила брови домиком и своим детским голосочком уверяла, что только вчера она самолично проверяла все закоулки, и везде блестела чистота. А, неизвестно откуда взявшаяся пыль и вездесущие длинные волосы, появились буквально сегодня ночью.

— Это все ночевальщики Сталина, — говорила она, в очередной раз уличенная в попустительстве, — они уже по всем этажам расплодились. Я только вчера в этом номере все отмыла, а сегодня опять пыль. Окна же открываем для проветривания, вот и нанесло. Вот ей Богу, правду говорю, — доказывала она, построив брови домиком.

Рита не пускалась в спор, она сама проглядывала все уголочки, не только в номерах, но и кроватях, диванах, креслах, тумбочках и т. д. Рита хорошо запомнила наказ преподавателя по организации гостиничного бизнеса, который говорил: «Чтобы требовать с других, начни сам». Управляющая и завхоз постоянно делали замечания горничной, собирали вместе с ней мусор и записывали те моменты, которые требовали дополнительных расходов и времени.

После обследования верхних этажей, по настоянию Риты, они с завхозом перешли в подвал. Сергей Петрович признался, что за все время работы, здесь он был всего пару раз и то мимолетно. Даже удивились количеству столов и стульев, кроватей советских времен, аккуратно уложенных штабелями и укрытых плотными пологами.

— Если придется приютить беженцев или пострадавших от природного катаклизма, — завхоз почесал в затылке, — здесь на полгорода хватит мебели. Полный стратегический запас.

— И сохранилась неплохо, — Рита проверяла качество обивки, — этот подвал видимо хорошо проветривается и сырость сюда не попадает.

В одном из помещений подвала обнаружили небольшой кабинет: стеллажи с инструментом, дверными и оконными ручками, запчастями для сантехники и электрики.

— Настоящий клад, — обрадовался завхоз, — хоть не все это добро подойдет к современной сантехники, но большую часть использовать можно. Тем более, эти запчасти советского производства из настоящего металла, крепкое, а не как сейчас, из сырца ляпают как попало.

— А это что? — спросила Рита, пытаясь вытащить из-под стеллажа громоздкий и тяжелый деревянный сундучок, — какие сокровища мы тут откроем?