Марсала - Ника Чёрная

— Марго… — раздалось вслед, когда она развернулась и уверенно пошла в сторону припаркованного в нескольких метрах автомобиля с лейблом фирмы на жёлтых боках. — Рит! Рита, ну постой… — он снова догнал её, сделав несколько широких шагов, и остановил рукой уже открывающуюся дверь такси, не давая девушке сесть внутрь. — Да, Лика позволила себе лишнего! — выдохнул он, соглашаясь. — Но я ведь тут не причём! Чёрт, да она вообще замужем!

— И тем не менее это не мешает ей лапать тебя за задницу! — припечатала начинающая выходить из себя Маргарита. — И не надо сейчас строить из себя невинность, Стрельцов! Я ведь действительно, чёрт возьми, всю жизнь тебя знаю! И я не вчера родилась, чтобы не понимать элементарных вещей.

— Рит, не ревнуй, — примирительно произнёс Павел. — Не к ней. Да, у нас было… — он запнулся, явно не в восторге от того, что приходится обсуждать это, — пару раз… Но это было давно. И не моя вина, что некоторые женщины не слышат отказа. Что предлагают себя, чуть ли не на глазах собственного супруга, стоящего буквально в паре шагов!

— Да пойми ты, Паш, это не ревность… — устало выдохнула девушка. — Кто я тебе, чтобы ревновать? Холодно, — поёжилась она, резко отходя от темы, — пусти меня.

Он убрал руку, позволяя Маргарите забраться внутрь машины, но сам дал знак водителю, чтобы тот не уезжал, тут же обошел автомобиль и, распахнув пассажирскую дверь с противоположной стороны, уселся рядом.

— Если ты думаешь, что я сейчас просто так отпущу тебя, ты глубоко ошибаешься.

И он назвал водителю её адрес.

— Что, возьмёшь силой? — ощетинилась Рита в ответ.

— Разве только силой своей неотразимости, — шуточно предположил Павел, снова как ни в чём не бывало улыбаясь.

Маргарита лишь хмыкнула в ответ, отворачиваясь к окну. Сейчас ей действительно хотелось одного — чтобы её оставили в покое. Решение принято, и теперь вряд ли что-то сможет на него повлиять. Ни оправдания, ни объяснения, ни шуточки и улыбочки не в силах ничего изменить.

— Рит, ну хватит дуться, — раздалось спустя пару долгих минут молчания.

— Дуться?! — возмутилась Маргарита, поворачиваясь к мужчине, сидящему рядом. — Прикрути регулятор ЧСВ, Стрельцов, показатели зашкаливают даже для тебя.

— Хорошо, — согласился он, поднимая руки. — Я в смирении и у твоих ног. Делай со мной, что вздумается. Можешь привязать к кровати и жестоко надругаться.

Со стороны водителя послышался плохо заглушенный сдавленный смешок.

— Остановите машину, пожалуйста, — жёстко обратилась Рита к нему, и тот стал сдавать вправо, чтобы встать у тротуара, разделяющего дорогу со зданиями по этой стороне улицы. И как только такси остановилось, она тут же покинула салон, пытаясь не запутаться в длинном подоле платья.

— Ну прости! Я идиот, — выскочил следом Стрельцов и тут же приблизился к ней.

— Слушай, что бы ты там себе не надумал, участвовать в этом цирке я не собираюсь, — Рита посмотрела в упор и гневно ткнула в его грудь пальцем. — Поищи себе для развлечений кого-нибудь ещё. И да, Стрельцов, ты идиот, — она порывисто вдохнула, всё ещё пытаясь сдержать подступающие слезы, а потом полезла в сумочку, которую, убегая из банкетного зала, захватила с собой, в поисках собственного смартфона.

— Рит, ну постой! Признаю, я правда веду себя, как последний придурок. Но… не отталкивай… Я… я…

— Ты просто заигрался, Паш. Вот только не все с радостью берут на себя роль безвольных марионеток. Не на всех твоя неотразимость действует настолько гипнотически, чтобы растерять последние крупицы здравого смысла. Пойми, я не хочу и не могу быть куклой в твоих руках. Одной из тысяч твоих резиновых кукол. Мне это претит. Я не хочу опять случайно застать картину, где очередная твоя бывшая, а может и вовсе настоящая или будущая, будет по-хозяйски тебя щупать, а то и вовсе опустится на колени прямо под твоим рабочим столом. Зря мы вообще всё это затеяли, ведь столько лет нам удавалось комфортно сосуществовать без всей этой пошлости. Я не хочу рушить нашу дружбу, если она ещё есть, да и — чего уж там — свою карьеру, только из-за того, что ты вдруг нашёл в моём лице новый способ поразвлечься.

— Невысокого ты обо мне мнения, однако, — хмыкнул Павел, сунув руки в карманы.

Свет уличного фонаря, падающий на него сзади, не давал разглядеть лица, но в интонациях мелькнула тень обиды. Впрочем, на правду не обижаются, а о его моральных устоях Рита на самом деле была невысокого мнения.

— Нет, — всё же возразила она. — Ты хороший работодатель, отличный начальник и замечательный друг, на которого можно положиться. И да, красивый и небедный мужик. Но мне мне необходимо другое, пойми. У нас с тобой разные взгляды на жизнь, на отношения. Я никогда не смирюсь с тем, что нормально для тебя. Наверное, я и правда ханжа, но я не могу так, на одну ночь, без обязательств. И лучше я буду такой, чем сейчас дам слабину, позволю себе… соблазниться тобой, и этим разрушу всё то, что не так давно восстановила из пепла. Своё достоинство, которое уже однажды изваляли в дерьме, втоптали в грязь… Да что я тебе объясняю! Ты не слеп, не глух и не глуп, ты и сам всё это знаешь. Можешь потешаться, но для меня любовь и верность — слова, не лишенные смысла, а секса ради секса не существует. Поэтому давай оставим всё, как есть. Забудем все эти дурацкие игры. И будем жить дальше, как жили, не пересекаясь в горизонтальных плоскостях. А для любовных утех ты всегда можешь найти человека с меньшим количеством тараканов в голове, более раскрепощённого и менее замороченного.

Павел молчал. Но когда Рита всё-таки выудила телефон из клатча, накрыл её руку своей и не дал набрать номер.

— Не нужно. Садись, совсем замёрзнешь, — кивнул он в сторону ожидающего такси.

— Не валяй дурака…

— Не буду. Просто пройдусь пешком — сто лет не гулял по ночному городу!

Несмотря на такой явно надуманный аргумент Стрельцова, Рита не стала заставлять себя уговаривать, и сама — пытаться разубеждать его, и вернулась в машину, хотя оставаться наедине с водителем, ставшим невольным свидетелем их перепалки, не хотелось совершенно. Но да, на улице действительно было прохладно, и она успела продрогнуть в своём тонком платье с открытыми плечами.

Попрощавшись, Павел уже закрывал за ней дверь, но Рита на секунду остановила его.

— Завтра утром я уезжаю, меня не будет в городе несколько дней. И я беру отпуск. Не потому что ты мне его проспорил, Стрельцов, а потому что имею законное на него право. Заявление скину на почту в понедельник. Лера в курсе всех дел, изменения в твоем расписании на ближайшее время я также вышлю. Она умница. Справитесь и без меня.

Он только кивнул в ответ. Принял к сведению, никак не отреагировав. И уже через несколько секунд одиноко стоящая на тротуаре фигура в белой рубашке и развязанном галстуке-бабочке осталась где-то позади.

Вот и всё, поняла Рита. Сказки не вышло. Золушка отшила Принца, Красавица не смирилась с обликом Чудовища, Красная Шапочка убежала от Волка, не дав ему заговорить себе зубы.