Нектар на губах - Тесса Рэдли

С тех пор как он узнал, что Роланд был ее братом, барьеры между ними рухнули. Ей не хотелось обманывать его. Когда вечером он вернулся домой, она поймала его в холле.

— Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

Джошуа взял ее под руку, и они вышли на балкон. Эллис почувствовала дрожь, то ли от холода, то ли от его прикосновения.

Он облокотился на перила.

— Выкладывай.

— Я сказала редактору, что напишу статью о винных конкурсах.

Джошуа медленно кивнул, его охватило разочарование. Эллис не изменится, работа всегда будет для нее на первом месте.

— Что ж, я не отказываюсь сотрудничать и отвечу на любые твои вопросы.

Эллис пристально посмотрела на него.

— Ничего не скрывая?

Он кивнул.

— Но есть одно условие: вопросы должны быть адресованы только мне. Больше никто из Саксон-Фолли в это втянут не будет.

— Значит, ты даешь мне слово? И не откажешься от него?

— Почему я должен отказаться?

— Тебе может не понравиться, к примеру, моя точка зрения.

— Сомневаюсь, что ты способна оскорбить память Роланда.

— Я уже отослала некролог о Роланде. Теперь давай поговорим о тех слухах, будто вино, которое было представлено на конкурс, отличается оттого, что доступно в магазинах. Моего редактора не устроит какая-нибудь туманная история, — предупредила она.

— Но ты можешь скомпрометировать своего брата. — Его скулы были напряжены, подбородок выдвинут вперед. — Возникнет, так сказать, конфликт интересов.

Эллис понимала это. Все отрицательное, что она написала бы о Джошуа или Саксон-Фолли, легло бы темным пятном и на Роланда. Очень жаль, что, связав себя обещанием Кей, она не могла сказать об этом Дэвиду.

— У меня нет выбора, я должна пойти на этот риск. И вряд ли меня кто-нибудь мог бы упрекнуть в излишней мягкотелости.

— Если бы я тебя не знал, то мог бы подумать, что ты пытаешься напугать меня, — усмехнулся Джошуа.

На ее лице появилось улыбка.

— «Трусливый» — это единственное слово, которое я никогда бы не использовала по отношению к тебе.

— Спасибо. — Он наклонил голову, мышцы на его скулах немного расслабились. — А какие слова ты бы использовала?

Сексуальный. Эффектный. Очень нежный. Но это могло бы завести слишком далеко.

— Та-ак, дай подумать. — Сощурив глаза, она пристально изучала его. — Подозрительный…

— Точно. Я не спущу с тебя глаз, пока ты не закончишь свою статью. Буду контролировать каждый твой шаг.

— Недоверчивый…

— Ну, нет, — запротестовал он. — Я разрешил тебе написать статью и даже согласился сотрудничать.

Очень скоро Эллис поняла, что его слова были не просто шуткой. Джошуа следил за ней, как коршун, и было ясно, что он не позволил бы никому из его работников давать ей интервью.

Едва она успела вынуть из кармана свой диктофон, увидев неподалеку Кейтлин, как Джошуа с хмурым видом двинулся на нее, подобно карающему ангелу с огненным мечом.

— Это не то, о чем мы договаривались, Эллис.

Кейтлин с виноватой улыбкой исчезла, пробормотав что-то насчет работы.

Джошуа молча смотрел на Эллис, сдвинув темные брови.

— Но ведь Кейтлин не возражала, — сделала она попытку оправдаться.

— Ты используешь ее расположение к тебе.

— Она взрослый человек.

— Но не так осторожна, как следовало бы. За сверкающей белизной твоей улыбки она не видит безумной жажды получить материал для статьи.

Ее плечи поникли.

— Я только хотела узнать правду. Кейтлин стала мне другом. Но я бы не использовала это как возможность задавать ей вопросы, на которые ей трудно было бы ответить.

— Спрашивай у меня, как мы и договаривались. К тому же я сейчас свободен.

Эллис с сомнением посмотрела на него, но все же дала проводить себя к грубо обструганному столу под тремя березами на южной стороне винодельни. Диктофон со стуком опустился на стол.

Вызов, решил Джошуа.

— Не возражаешь, если я запишу нашу беседу? — спросила она.

— Мне все равно.

— Тогда ты не сможешь меня обвинить, что я приписала тебе чужие слова.

Джошуа сдержал колкий ответ, удовлетворившись негромким вопросом:

— Как твоя рука?

Эллис смутилась. У Джошуа хватило великодушия не указывать ей, что он был задет ее замечанием.

— Уже лучше, благодарю.

— Рад это слышать. — Он был доволен, что к ней вернулась ее привычная самоуверенность. Глядя, как она одной рукой пытается справиться с диктофоном, он придержал его и нажал кнопку записи.

— Значит, ваша компания никогда сознательно не обманывала своих клиентов? — задала свой первый вопрос девушка.

— Когда вы производите такое количество вина, — начал Джошуа, с осторожностью выбирая слова, — какое производим мы, то практически невозможно гарантировать, что все партии будут одинаковыми. Конечно, мы говорим о настоящих винах, а не о дешевом заводском «продукте». Мы никогда не следуем трафарету. Изготовление вина — это наука, соединенная с искусством. Это очень текучий, изменчивый процесс. Винодел всегда стремится извлечь лучшее из урожая, сочетая его с теми характерными качествами, какими славится винодельня.

Эллис нажала на паузу.

— Мне все же надо поговорить с Кейтлин — иначе у меня не будет полной картины.

— Нет!

Выражение лица Джошуа было непреклонно. Эллис видела, что ей не удастся уговорить его. Таков он был, Джошуа Саксон. Надменный. Упрямый. Всегда уверенный в своей правоте.

— Какой может быть от этого вред? — сделала она еще одну попытку.

— Какой угодно, — рассмеялся он.

Но в его смехе не было ничего веселого.

Эллис задала еще несколько вопросов. Ответы были развернутыми и продуманными. Статья могла получиться очень интересной. Наконец время подошло к полудню, и она решила вернуться к их центральной теме.

— Я, конечно, понимаю, что всегда возможна небольшая разница между партиями вина… но это не то, о чем мы сейчас говорим. В данном случае создалось мнение, что публика была специально введена в заблуждение.

— В Саксон-Фолли на такое никогда бы не пошли.

— Значит, вы не пытались завоевать награду, выставляя лучшую партию вина на конкурс, а на рынок выбрасывая его худшие вариации?

Он тряхнул головой.

— Если только случайно. Как я уже говорил, различия между партиями возможны, но только специалист может почувствовать эту едва уловимую разницу. Я пробовал их и могу сказать, что по существу они совершенно одинаковы. Можешь не верить мне на слово, но, клянусь, и ты ничего бы не уловила. — Неожиданная мысль пришла ему в голову. — Я предлагаю дегустацию вслепую. Давай посмотрим, сможет ли твое нёбо ощутить различие.