Мы невозможны… - Алла Полански

Мне с трудом удалось уговорить её сходить в больницу и сдать анализы, после чего врачи вывели вердикт — болезнь Альцгеймера, которая будет прогрессировать и дальше. Наша семья на время воссоединилась: Сергей вернулся из плаванья, и на целый месяц все окунулись в семейный уют и тихие семейные вечера. Но постепенно всё забывая, мама стала раздражать отца, который возвращался домой с работы голодный, а в холодильнике не находил ничего, кроме бутылки кетчупа и старого заплесневелого сыра — мама просто забывала, что надо готовить.

Я в то время часто летала по командировкам и просто физически не могла ничего готовить. Дела у отца стали ухудшаться. Денежные доходы резко упали, и, в конце концов, и сам он оказался разбит и сломлен. В итоге — сердечный приступ и очень интересное завещание, в котором все имеющиеся средства он передавал на благотворительность, оставив свою семью полным банкротом.

Второй раз я была в парке в свои пятнадцать, после того как мне разбил сердце Димка из девятого «Б». В этот день, шёл дождь, а я одна каталась на карусели и плакала, считая жизнь разбитой и даже подумывая резко спрыгнуть с крутящейся карусели вниз. Но, к счастью, передумала.

Прогуливаясь по парку с Николасом, я размышляла о ситуации в своей семье. Как же всё-таки быть? Мать я пригласить однозначно не могла. Это выдаст меня с ног до головы. Остаётся очередной обман, о котором часто думала, потому что ничего другого в голову не приходило.

Подмена.

Всего на один день и больше никто и никогда не увидит мою мать, которая потом исчезнет.

Да.

Решено.

Подмена.

Я просто приглашу кого-нибудь исполнить роль моей матери на свадьбе. Что же касается брата, то он будет в плаванье, и его присутствие необязательно.

— Ты хочешь покататься? — прервал мои мысли Ник.

— Да, безумно, — улыбнулась я, в то время как в голову лезли чёрные мысли.

— Тогда у нас огромный выбор! — Николас махнул в сторону аттракционов. — Выбирай любой!

Парк Берлина очень отличался от российский парков отдыха. Карусели сверкали в свете солнца яркими красками, в отличие от облупившихся и скрипящих каруселей моего родного города. В толпе ходили озорные клоуны с разноцветными шарами различной формы. Звучала весёлая музыка. Многие пары с детьми просто расположились в траве на газоне и устроили себе пикник. Приятно пахло сладкой ватой, попкорном и свежими хот-догами, от чего желудок стал жалобно урчать.

Николас рассмеялся, услышав этот характерный звук:

— Кажется, кто-то голоден, — он чмокнул меня в щёку и, взяв за руку, повёл к трейлеру с едой.

Он сделал заказ и стал дожидаться приготовления, а я в это время разглядывала пару, нежно обнимающуюся на газоне. Почему-то безумно захотелось вот так просто прийти сюда, сесть на траву и прижаться к любимому.

— Ник, может мы пойдем на газон? — неуверенно спросила я, кивнув на парочки. Николас проследил за моим взглядом.

— Давай как-нибудь в другой раз, хорошо? — он попытался сказать это как можно мягче, но я чувствовала, что ему эта затея пришлась не совсем по душе.

— Ладно, — выдавила улыбку на лице, тут же скусившись, но Ник этого не заметил и протянул мне дымящиеся хот-дог, обильно политый кетчупом, майонезом и ещё каким-то соусом.

— Ваш обед, милая фройляйн.

Я-таки с удовольствием откусила кусок, да так, что соус брызнул на мою кофту, оставив жирные следы.

— Вот чёрт!

— Подожди, я вытру, — Ник достал платок и стал оттирать соус с кофточки. — Ты как ребёнок, — улыбнулся он.

— Хочешь сказать, что я такая же неуклюжая и смешная?

— Ага, — Ник чмокнул меня в нос. — Но это мне в тебе и нравится больше всего.

Сначала хотелось высказать ему всё, что думаю в ответ на услышанные “неуклюжая и смешная”, но после милого признания я блаженно улыбнулась от его слов.

— Угадай, кто идёт? — Ник подмигнул мне, кивнув в противоположную сторону.

— Кто? — я как-то неуверенно переступила с ноги на ногу. Сейчас только знакомых мне здесь не хватало.

— Андрес и Лили.

Твою мать! Ну почему именно сейчас?!

— Привет, какие люди! — бодрый голос Андреса разозлил меня ещё больше. Как будто не было той утренней сцены — быстро же он опохмелился.

— Привет, братик! Лили! — Николас приветственно кивнул им головой. — Я смотрю, вы тоже решили прогуляться.

— Да, Лили обожает карусели, и мы решили устроить пикник на траве, — добавил он, указывая на корзину, которую неёс в руках. — Присоединитесь?

Я в этот момент почувствовала досаду. Ну почему этот несносный грубиян делает именно то, чего бы хотелось мне? Пикник… трава… корзина с провиантом… улыбки и смех…

— Нет, — Ник улыбнулся, похлопав брата по плечу, — спасибо, но мы хотели только на карусели.

Я готова была разреветься, а Андрес бросил на меня ехидный взгляд. Ник, ну как ты так можешь?! Ну разве можно так?..

— Я вижу, вы уже пообедали…

Мои щёки вспыхнули — и от гнева, и от разочарования, и от стыда за мужчину, за которого собираюсь выйти замуж. И за свой ужасный внешний вид.

— Да, есть немного, — рассмеялся Ник.

— Ну, удачи, — Андрес улыбнулся брату и, обняв Лили, повел её на газон.

Я проводила их завистливым взглядом и прошептала Нику:

— Я не могу в таком виде находиться в городе.

— Прекрати, это всего лишь маленькое пятнышко, его совсем не видно, — Ник недовольно скорчил гримасу.

— Прости, но я больше никуда не пойду.

— Как знаешь…

Домой шли молча. У меня не было желания о чём-либо говорить с Ником — все мысли были заняты Андресом и Лилией. Что он нашёл в этой миловидной кукле? И какого чёрта он заигрывает со мной, раз встречается с другой? Что вообще у него на уме? И у этих вопросов будет ответ лишь тогда, когда я их ему задам, лично.

— Я уезжаю в командировку завтра утром, — тихо сказал Ник, пропуская меня вперёд и закрывая за собой дверь, когда мы зашли домой.

— Надолго? — на ходу расстегнула испачканную кофту и стянула её. Наконец-то.

— Хм-м-м… На один день, — Ник подошёл сзади и обхватил меня руками. — Ты так аппетитно пахнешь хот-догом. Можно тебя съесть?

Я улыбнулась, понежившись в его руках:

— Думаю, что это возможно.

Как просто. Такое лёгкое и непринуждённое перемирие. Ведь так и должно быть между двумя любящими людьми…