Можно ли иметь все? - Миранда Ли

Когда он отпустил ее, в ушах у него звенело и горячая кровь пульсировала в венах. Он смотрел на нее, широко раскрыв глаза и ожидая неизвестно чего.

Она тоже смотрела на него, и постепенно в ее глазах он начинал различать признательность. Он почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Она благодарна ему. Благодарна!

Нет! — мысленно завопил он, пронзенный озарением. Ему нужна не благодарность ее, а любовь!

Джейсон едва не расхохотался. Он-то думал, что все рассчитал! Думал, что навсегда излечился от любовного безумия. От слепой, безрассудной страсти. От запредельной боли.

И вот все это вернулось. И не просто вернулось, а этот раз все это еще опаснее, потому что он не только любит эту женщину, он почитает ее и восхищается ею.

Он никогда не разлюбит Эмму.

Но она никогда не полюбит его.

Так она ему сказала. С полной определенностью.

В глубине души он ей тогда не поверил. И теперь видел, что это было так. Его самомнение сыграло с ним злую шутку. Оно заставило его решить, что в конце концов он сумеет завоевать ее сердце. Но сейчас он уже не уверен, что так все и произойдет. Ее сердце отдано Рэтчитту. Отдано навсегда…

«Нельзя иметь в этой жизни все, сынок».

— Джейсон!

Он моргнул, зрение его прояснилось, и он понял, что она смотрит на него с беспокойством. Тогда он взял себя в руки и нашел в себе силы улыбнуться.

— Все в порядке. — Он погладил ее по руке. — Просто мне нужно поесть.

— Сначала мы должны поставить подписи.

— Да-да, конечно.

— И фотограф хочет сделать еще несколько снимков в церкви.

— А-а…

Каким-то образом ему удалось пройти через все это. И регистрационную книгу. И фотографии. И разрезание пирога. И речи. Но настала минута, когда он открыл перед Эммой дверцу автомобиля и уселся за руль. Доктор — спасибо ему! — убрал жестянки, которые какие-то ребята привязали к бамперу. Джейсон попросил его оставить лишь табличку с надписью «Новобрачные» на заднем стекле. От нее можно будет избавиться, когда они выедут на дорогу.

Настроение его значительно улучшилось, когда они отъехали от церкви. Трезвый разум в очередной раз пришел на выручку. В церкви Джейсон переволновался. Представил себе свое положение излишне мрачном свете.

Он любит Эмму. И это хорошо. Это правильно. Она — его законная жена.

Ну да, сейчас ему нельзя говорить ей о своей любви. Сейчас она попросту не поверит ему. Она в самом начале велела ему не говорить о любви, которой он не испытывает.

Но он докажет ей, что любит. Докажет делом. Он будет таким, каким она хочет его видеть.

Он вспомнил, как она целовала его у алтаря. Она ищет не столько нежности, сколько страсти. Ей нужно нечто такое, что захватило бы ее. Она не желает думать, вспоминать…

Джейсон стиснул зубы, вновь подумав о Рэтчитте. Наверное, было бы даже лучше, если бы этот человек появился. Тогда Джейсону противостоял бы реальный противник, а не романтическое воспоминание. Рэтчитт подобен злому гению, который отныне будет отравлять их жизнь, чей призрак будет маячить между ними и на брачном ложе.

Нет, поклялся себе Джейсон. В эту ночь между ними не будет никаких призраков. Эмма будет знать, кто с ней, кто стал ее первым мужчиной, пусть и не первой любовью.

Джейсон Стил, вот кто. Ее муж, мужчина, который по-настоящему полюбил ее.