По ту сторону льда - Татьяна Минаева

Марина мигом натянула узкие джинсы и объемный свитер, мазнула по губам помадой, капнула немного духов на шею и запястья и вышла в прихожую.

- Я скоро вернусь, - бросила она вглубь квартиры, зашнуровывая ботинки.

Мама тут же показалась из комнаты и, одарив дочь изучающим взглядом, осведомилась:

- Ты куда на ночь глядя собралась?

- Да так… - не отвлекаясь от своего занятия, ответила Казакова. Потом, закончив со шнурками, выпрямилась, посмотрела на маму и улыбнулась. – Появилось одно о-о-очень важное дело.

- А до утра твое дело не подождет?

- Не-а. – Марина снова улыбнулась. В ее карих глазах блестели лукавые искорки, и Яна не смогла не улыбнуться в ответ.

- Только позвони если будешь задерживаться, ладно?

- Ма-а-ам, - Марина состроила рожицу. – Ну я уже большая девочка, правда. Не потеряюсь.

- Для меня ты всегда будешь ребенком. – Яна поправила отороченный мехом капюшон на куртке Марины и сказала: - Позвони, если что.

- Ладно. – Марина чмокнула маму в щеку, проверила, взяла ли телефон и, убедившись, что все в порядке, вышла из квартиры.

Утро застало Марину в постели. Ни будильника, ни сборов на тренировку, ни привычного городского траффика… Она перевернулась на живот, зевнула и ткнулась носом в подушку. Сон уже отступил, но торопиться было некуда, и она лежала, кутаясь в мягкое одеяло. Если бы Ваня был рядом, он бы обнял ее… Но он не рядом, и проснулась она одна в своей собственной постели. Он где-то далеко, с друзьями, а она тут. Эти мысли снова расстроили ее, но вместе с тем что-то нежное и теплое не давало этой грусти заполнить ее существо, поглотить ее, затянуть. Марина потянулась, прогибаясь в спине, выдохнула и закрыла глаза. Совсем скоро возможности вот так просто поваляться в постели у нее не будет, и хотя она с нетерпением ждала, когда же врачи разрешат ей приступить к полноценным тренировкам, сейчас хотелось просто насладиться этим неспешным утром.

Марина дотянулась до тумбочки и взяла в руки телефон. Новых уведомлений не было и она, немного подумав, все-таки зашла в контакт.

Маришка Хорошая: (фотография)

Иван Москвич: А ты жестокая!

Иван Москвич: Мне нравятся эти рюшки сзади (три подмигивающих смайлика)

Иван Москвич: А что прикрываешься-то? (три смеющихся смайлика)

Иван Москвич: Учти, Маринка, вернусь – припомню тебе все.

Марина фыркнула, вышла из контакта, швырнула телефон на соседнюю подушку и сощурила глаза. Она и сама понятия не имела, чего хотела от него добиться, но явно чего-то другого! Но это же Воронов. Его ничем не проберешь.

Она полежала еще несколько минут, потом встала и прошлась по комнате, обдумывая, что бы такого ему написать, но на ум как на зло ничего не шло. Разве что дурацкая улыбка в сугробе припоминалась…

На глаза попался пакет, с которым она вернулась после своей вечерний вылазки. На пакете красовался логотип известного салона нижнего белья, и Марина поджала губы. Идея уже не казалась столь удачной. Глупо, по-детски… И бестолково!

Психанув, она вышла из комнаты.

Утренний душ привел настроение в порядок, а чашка черного чая прибавила сил. Вернувшись к себе в комнату, Марина выбрала открытый комплект из серебристо-серого атласа и тонких ленточек. Белье нежно льнуло к коже, подчеркивая достоинства фигуры. Надев его, Марина тут же почувствовала себя лучше – к ней вернулась прежняя уверенность, а огонек, заставивший ее накануне выбраться из дома, вспыхнул с новой силой. Ну что же…

Марина облокотилась спиной о дверцу шкафа и согнула в колене ногу. Томно приоткрыла губы, бросила в зеркало взгляд из-под ресниц. Черт! Да будь она мужиком… Казакова нервно усмехнулась. Первая фотография получилась смазанной, и она сделала ещё одну. Потом приспустила одну лямку и сделала еще пару снимков.

Немного поэкспериментировав с раздеванием, натянула черные чулки с ажурными подтяжками и сфотографировала себя ещё несколько раз. Глянула на экран смартфона. Боже-Боже-Боже… И это она?!

12:17

Маришка Хорошая: (фотография)

Маришка Хорошая: (фотография)

Маришка Хорошая: (фотография)

Довольно улыбнувшись, она закрыла приложение и надела шоколадно-коричневый комплект с золотисто-розовой вышивкой. Хотелось чего-то особенного, и она, раскрыв шкаф, принялась осматривать его содержимое. Как на зло, ничего подходящего тут у нее не было. Разве что пара свитеров, джинсы, несколько футболок и так, по мелочи. В углу стояли обувные коробки. Открыв одну из них, Марина увидела свои старые туфли. Не то чтобы очень старые, просто давно не ношенные. Значит, самое время…

Коричневый комплект сменила черная кружевная сорочка на тонких, словно веревочки, лямках. Сорочка едва доходила ей до середины бедра, шелк обрисовывал контуры тела. Мариша спустила обе лямочки, и нежная ткань тут же поползла вниз. Поймав сорочку в районе груди, Марина придержала её и сделала еще один снимок. Вот и отлично. По крайней мере, настроение она себе уж точно подняла. Ну а что уж она там подняла Воронову – надо спрашивать у него. Марина хмыкнула, сняла сорочку, надела черные стринги, туфли, чулки, черные сетчатые перчатки, встала к зеркалу в профиль. Слегка повернула голову. От прохладного воздуха соски ее топорщились, и на этот раз прикрываться она не стала.

13:22

Маришка Хорошая: (фотография)

Маришка Хорошая: (фотография)

14:02

Маришка Хорошая: (фотография)

14:54

Маришка Хорошая: (фотография)

Воронов молчал, хотя она знала, что в сеть он заходил уже несколько раз и сообщения ее прочитал. Решил игнорить? Ну уж нет. Вот что-что, а игнора она не потерпит. Выбрала снимок в черной сорочке и нажала отправить.

15:37

Маришка Хорошая: (фотография)

Ответа снова не было, и Марина, поджимая губы, отправила еще пару фотографий.

16:11

Маришка Хорошая: (фотография)

Маришка Хорошая: (фотография)

И по-прежнему никакой реакции. Ваня заходил в сеть, читал, а вернее просматривал ее сообщения, но ничего не писал. Марина хмурилась и на вопросительные взгляды мамы только отмахивалась. В конце концов Яна оставила дочь в покое и ушла по своим делам. Оставшись одна, Казакова негромко включила подборку любимой музыки, собрала разбросанные вещи и положила их в шкаф. Внезапно телефон известил о входящем сообщении, и Марина с необъяснимым недовольством зашла в контакт. Воронов был немногословен.

18:23

Иван Москвич: Доиграешься

Маришка Хорошая: Напугал ежа голой задницей

Маришка Хорошая: Как горы поживают?

Марина выбрала самую удачную… вернее, самую откровенную фотографию в черных стрингах и нажала «отправить».