Исцеление любовью - Юлия Слободян

Дашка хмурилась. Она, конечно, всегда ценила доверие своей подруги, но тут не понимала масштаб трагедии. Что случилось такого страшного?

– Даша, пойми, мы не могли приблизиться друг к другу в темноте, находясь вдвоем. А как смотреть теперь друг на друга при свете дня и в обществе кого-то?

– Так чего ты хочешь? – наморщила лоб Дашка. – Снова дождаться ночи и позвать его сюда?

– Нет, – Юля покачала головой, затем повернулась к своему беленькому шкафу и вытащила оттуда черный пиджак. – Это его. Он забыл его вчера здесь.

Даша поглядела на предъявленную ей вещь. Действительно трудно поверить в то, что подобное может носить ее хрупкая подруга. Очевидно, что пиджак мужской.

– Ты хочешь, чтобы я передала его? – спросила она.

– Нет, – покачала головой Юля. – Я сама отдам. Но я не хочу, чтобы кто-то при этом присутствовал.

– Кто-то – это Диди?

– Ну да, – кивнула Юля, бросив пиджак на кровать рядом с Дашкой. – Я не выдержу, если придется объясняться с Сережей при нем. Он всегда так на меня смотрит, да и вообще его присутствие в доме будет не к месту. Всё же, то, что случилось вчера – это личное. Не для чужих ушей. Тем более – не для Димкиных.

– Ладно. Допустим, я уведу Димку из дома, а ты уже придумала, что будешь говорить Сереже?

– Нет, я не знаю, что сказать, – Юля села на стул и плечи ее поникли.

Она понимала, что должна сделать, но совершенно не представляла, что при этом говорить. В ее жизни не случалось подобных ситуаций и как из них выходить, девушка не знала. А посоветоваться можно было только с подругой. Потому она ее и позвала.

– Тогда может пока ничего не делать?

– Я хочу его видеть! – Юля подскочила и начала бегать по комнате, будто ее преследовали комары или другие насекомые. – Даша, я всю ночь не могла уснуть. Я все о нем думала.

– А он тебе не звонил?

– Нет. Да он и не может. Я ему номера не давала.

Даша наблюдала, как подруга мельтешит туда-сюда и понимала, что она слишком взвинчена. Да и вообще как-то слишком близко к сердцу восприняла, в общем-то, безобидную ситуацию. Ну поцеловались, ну забыл Снегирев свой пиджак. Что так кипишить из-за этого? В конце концов, если ему нужна его вещь, пусть он сам за ней придет. Адрес-то знает.

– Юль, а может не стоит к нему ходить?

– Почему?

Даша сделала выразительный взгляд и развела руками. Мол, догадайся сама. Но Юля продолжала смотреть непонимающим взглядом. Вообще весь ее вид говорил о том, что она собирается бежать в дом Снегиревых и необходимость этого такая же острая, как оборона Москвы или форсирование Днепра во время Великой Отечественной войны. Даша, в свою очередь, подумала о том, что если Сергей не дал себя знать, возможно, есть другая причина.

– Вдруг он не хочет тебя видеть? – осторожно сказала она, хотя и не желала такого исхода. – Вдруг он жалеет о том, что так произошло? Может, лучше пусть он первым даст знать о себе, а ты подождешь?

– Нет, я сама, – Юля поднялась со стула, взяла в руки Сережин пиджак и прижала его к груди, как будто это было полковое знамя, изодранное в боях.

Мысль о том, что надо будет сидеть в ожидании, ужалила ее точно оса. Мало ей было семи лет, так и дальше мучиться? Она просто не вынесет этого. Юля могла как-то терпеть ожидание, когда Сергей был далеко, за океаном. Но терпеть сейчас, когда он живет в пригороде? Нет, это невыносимо!

– Безумие, – прошептала Дашка. – Ладно, я понимаю, ты, – сказала она громче, – семь лет в него влюбленная, но он… Юля, он здесь только две недели. Вы виделись всего дважды. Неужели ты думаешь, что у него что-то к тебе есть и это что-то серьезное?

Юля отвернулась, сдерживая слезы. Ну почему так? Почему все считают, что любовь может быть только в книжках, да в кино? Почему в жизни никто в это не верит?

– Прости, подруга, – сказала Даша, подойдя, и обняла Юлю за плечи, – но мужчины так легко увлекаются. Особенно молодыми девушками.

– Ты не была на моем месте вчера, – возразила Юля.

– Милая моя, – Даша развернула подругу лицом к себе, – пойми, я тоже очень хочу, чтобы ты была счастлива, но это жизнь. А в жизни редко бывает, как в кино. Тебе кажется, что твой билет выигрышный, только потому, что ты – это ты. Но, Юля, перед богом все равны. Если бы ты писала сценарий своей жизни, ты бы, безусловно, выбрала счастливый финал, но в этой жизни не мы решаем, чем все кончится.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, что ты можешь быть для него очередным номером в списке девушек, которые ему понравились, – сказала Даша. – И едешь ты не до конечной, а всего лишь до следующей станции. Как транзитом.

– Даша, не надо, – попросила Юля, закрыв глаза.

– Прости, – сказала Даша, еще раз обняв.

– Сергей – не бабник вроде нашего Сани. Это с ним все очевидно. С ним ясно, что у него через пару дней вместо Маши будет Наташа.

– А откуда ты знаешь, как будет с ним?

– Я знаю, Даша, что мы не знаем наверняка, – сказала Юля. – Но что если он – моя судьба? Что если он здесь специально для меня? Что если бог нарочно развел его со всеми его девками, чтобы он приехал сюда и встретил здесь меня? Что если так?

– А что если нет?

Юля села на стул и задумалась.

– Семь лет, – сказала она. – Семь лет я ждала и надеялась. И вот это произошло. Он здесь. Он рядом со мной. Не где-то за океаном за тысячи километров, а рядом. И он обращает на меня внимание, а не просто смотрит, как на часть обстановки. Это мой шанс, Даша. И я его использую. Я рискну.