Перекресток всех дорог - Юлия Климова

Она распахнула одну из дверей, и Сашенька увидела сосредоточенно работающих девушек. Все молодые, жутко занятые и хмурые. Почти каждая прижимает телефонную трубку к уху и либо что-то тараторит, либо что-то активно записывает.

– Вот, – с гордостью сказала Наталья Вениаминовна, – а ведь когда-то не знали, с чего начать, как подступиться… а теперь это наша гордость! Идем дальше. – Следующую дверь, прежде чем открыть, она любовно погладила. – А здесь в основном работают мужчины – самое дорогое, что у нас есть. Ты замужем?

– Нет, – коротко ответила Сашенька.

– Ты еще молодая, успеешь, – успокоила Наталья Вениаминовна. – Да и у нас – для брака, для семьи есть подходящие кандидатуры, – она подмигнула. – Хотя холостых разбирают быстро, кто не успел, тот опоздал.

Кандидатуры для брака, для семьи интересовали Сашеньку меньше всего, но так как от нее явно ждали заинтересованности, она с серьезным выражением лица «изучила» представленных мужчин. В комнате у окна сидели две женщины, а остальные столы занимали обещанные «женихи», и они отчего-то вызвали в душе только всплеск удивления и разочарование.

Наталья Вениаминовна еще долго рассказывала о предстоящей работе, затем проводила обратно в свой кабинет и, усевшись в скрипучее кресло, прочеканила:

– Мы тебя берем. Вопросы есть?

Вопросов у Сашеньки было предостаточно – экскурсия особо ничего не прояснила.

– А в чем будет заключаться моя работа?

– Ничего сверхсложного! Справочники видишь? – Наталья Вениаминовна указала на привалившуюся к стене высокую стопку новеньких толстых справочников. – Один твой. Мы продаем канцелярские принадлежности: карандаши, линейки, степлеры, дыроколы, маркеры… Продаем мелким оптом. Ты будешь обзванивать все фирмы подряд и предлагать наш товар, поверь мне, ручки и скрепки нужны всем. Договариваешься, оформляешь заказ, машина со склада отвозит всю эту канцелярию куда следует, а ты получаешь свой верный процент. Постепенно у наших девочек и мальчиков появляются постоянные клиенты, что, конечно же, благотворно сказывается на их заработной плате. Как я уже говорила – твоя карьера в твоих руках!

Себя на таком месте Сашенька представляла с трудом – для торговли нужен особый склад характера, которого у нее нет и никогда не было. «Добрый день, вам нужны карандаши, линейки, ластики…» Справится ли она?

«Я должна попробовать», – твердо сказала себе Саша.

– А когда приступать?

– Завтра, приходи к девяти. Только хочу предупредить… – Наталья Вениаминовна с напускной важностью пролистнула бумаги, лежащие перед ней, – первые две недели считаются учебными и, даже если ты оформишь несколько заказов, процент тебе полагаться не будет. Мы в тебя вкладываем силы и средства, так что все честно и правильно.

Из кабинета Натальи Вениаминовны Сашенька вышла в задумчиво-растерянном состоянии. Вроде она устроилась на работу, вроде есть перспективы… Коллектив молодой, на отсутствие прописки внимания не обратили, но… чувства уверенности, ощущения стабильности – нет. И радости тоже нет.

На улице, около урны, курила худенькая девушка – Саша видела ее в одной из комнат. Будущая коллега выпустила клуб дыма, потерла нос и поинтересовалась:

– Взяли?

– Да, – ответила Сашенька.

– У нас всех берут, – сообщила девушка, и интонация ее голоса показалась весьма зловещей.

– А…

– Завтра не приходи.

– Почему? – Сашенька удивленно приподняла черточки-брови.

– Ну ты даешь… – хмыкнула девушка. – Потому что две недели задарма отработаешь, а потом тебе скажут «до свидания». Штат у нас укомплектован под завязку, а новеньких-глупеньких принимают на время… Два-три заказа фирме обеспечишь и ни копейки за это не получишь. Наша Вениаминовна найдет, к чему придраться, – уволит, а на твое место опять найдет наивную душу. Бесплатная рабочая сила. Понятно?

– Да…

Вернувшись в квартиру Федора Ивановича, Сашенька переоделась, повесила вещи в шкаф, достала из кармана визитку, взяла телефон и набрала номер Марины.

* * *

«Обратите внимание на пункт под номером пять – нести за него ответственность будете именно вы».

– Легко сказать… – буркнула под нос Марина и нажала кнопку на кофемашине. Коричневая струйка устремилась в пластиковый стаканчик, а в нос влетел приятный горьковатый аромат зерен арабики.

«Обратите внимание на пункт под номером пять…» Кошмар, думать больше ни о чем не получается!

Поздоровавшись с проходящим мимо рекламщиком и сделав глоток кофе, Марина направилась в собственный кабинет. После разговора с Белозерцевым прошло две недели, а проект не двинулся с места… Но вчера, кажется, повезло – она встретила ту, которой будет отведена главная роль. Но почему же Саша не звонит?

«Ладно, подожду до завтрашнего утра, а потом сама ей позвоню. Адрес я запомнила, а номер телефона узнать не составит труда. Главное – она подходит… приезжая, нигде не работает, и глаза глубокие… Андрей Юрьевич, для вас я ее из-под земли достану!»

Успешную карьеру Марина умудрилась сделать к двадцати восьми годам – умом и упорством, упорством и умом. Приехала в Москву, поступила в институт, окончила его с красным дипломом и устроилась в газету журналистом «на подхвате», а затем быстро оттеснила таких же, как она, начинающих в сторону и, получив уважение, повышение заработной платы и заказ на крупную статью, уволилась. Душа требовала иного: меньше суеты и однообразия, больше порядка и простора для жизни.

Следующим местом работы стала редакция журнала «Артэль». Здесь Марина задержалась надолго и за четыре с половиной года доросла до высокой должности. Начальник Андрей Юрьевич Белозерцев доверял ей во всем, а она в ответ старательно выполняла его поручения и делала это не просто хорошо, а отлично. «Приступайте» – его любимое слово, которое приравнивалось к благословению.

Журналу за последнее время очень досталось – госпожа Фокина проскакала по его страницам, точно перевозбужденная газель, разбрызгивая собственные идеи направо и налево. Марина терпеть не могла эту заносчивую бабу и искренне сочувствовала Андрею Юрьевичу. Она уже начала бояться, что «Артэль» потонет. До ужаса было обидно, и не всегда удавалось сдержать отчаяние, раздражение и злость, но Белозерцев чудом нашел общий язык с Фокиной, и шанс выплыть все же появился.

Марина поставила пластиковый стаканчик на угол стола, сняла пиджак, повесила его на спинку кресла и заходила по кабинету. В памяти вновь всплыл разговор с Белозерцевым…

– Приступайте, – сказал Андрей Юрьевич.

– Вы хотите, чтобы я нашла девушку – возраст от двадцати двух до двадцати шести лет, незамужнюю, не имеющую никакого отношения к журналистике? Самую обыкновенную и одновременно особенную, – Марина указала длинным ногтем на пятый пункт.

– Да.