Невозможный Роман - Юлия Резник

Тишина! Не на шутку испугавшись, Роман быстро разулся и прошел в комнату. Аглая лежала на своем диване, свернувшись в клубок, и тихонько всхлипывала во сне. Ее обычно бледные щеки покрывал яркий румянец. Поляков приложил руку к покрытому испариной лбу и тут же отдернул. Аглая была очень... очень горячей.

- Эй! Аглая... Очнись! Ты меня слышишь?

Ему даже пришлось встряхнуть девушку, потому что никак иначе она на него не реагировала.

- Не трясите меня, пожалуйста...

- Плохо?

- Очень...

- Я звоню в скорую... - побелел Роман.

Глаша не отреагировала и опять тихонько захныкала. Сердце Полякова пропустило удар. Ему, конечно, не давало покоя чувство вины, засевшее в подкорке, но кроме этого было еще что-то. То, в чем даже он сам себе пока не мог признаться.

Скорая приехала быстро. Врач осмотрел слабо реагирующую на происходящее Глашу, спросил, как они лечатся, и, покивав головой, велел продолжать в том же духе.

- Может быть, ее в больницу надо? - стоял на своем Роман.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Не надо! – похлопал его по плечу мужчина, - обычная ангина. Нормальный уход – и скоро все пройдет.

«А кто ей этот уход обеспечит?» – хотелось заорать Полякову, но он смолчал. Его план был прост: дождаться, когда у Глаши спадет температура, и разузнать у нее о близких. Родителях, там, друзьях… В общем, всех тех, кому он сможет с чистой совестью перепоручить заботы о её здоровье.

Укол, который Аглае все же вкололи, подействовал быстрей, чем таблетки. Глаша, кажется, пришла в себя и, подтянувшись на подушках, обвела комнату уже намного более осмысленным взглядом.

- Ну, слава богу! – вздохнул Роман.

- Роман Георгиевич? – моргнула Глаша… Покраснела, побелела, видимо, вспомнив о его утренних подвигах, и вновь опустила взгляд на сцепленные поверх одеяла руки. – А вы почему здесь? – добавила почти шепотом.

- А на кого ты мне прикажешь тебя оставить?

Агаля повела плечом.

- Родители?

Глаша закусила губу и покачала головой из стороны в сторону.

- Любовник?

Еще более отчаянное мотание.

- Друзья?! – не терял надежды Роман, но ведь должен же быть у нее хоть кто-то близкий?

Развенчивая его мечты, Аглая вновь покачала головой и решительно заявила:

- Мне не нужна помощь. Я сама со всем отлично справляюсь.

- Ага. Видел я… - вздохнул Поляков, зарываясь рукой в волосы на макушке. – Ты чуть дуба не врезала! А если бы я не приехал?

- От ангины еще никто не умирал, - запыхтела Глаша. – И вообще… Не считайте, что чем-то мне обязаны после того, что случилось… утром.

- В смысле? – насторожился Поляков.

- Ну, вдруг вы решите, что я вас в чем-то виню, и все такое… - пробурчала Аглая и, вновь скатившись с подушек, закрыла глаза.

- А вы, значит, не вините? – искренне заинтересовался Поляков. Не то, чтобы его интересовала реакция Глаши… Да боже, кого он обманывал?! Очень интересовала! Очень. Он вообще был не прочь повторить. И посмотреть, что из этого выйдет. Когда-нибудь потом, когда Аглая поправится. Проверить, так ли хорошо ему будет, как было утром, когда он думал, что это сон…

Ну, вот он и признался. Дерьмо.

- Нет. Вы не виноваты. Это полностью моя вина!

- Серьезно?

- Угу. Видите ли… я же не знала, что это вы! Последний человек на планете, с которым я хотела бы оказаться в постели.

Так! Минуточку! Постойте… Это он-то последний мужчина? Роман даже головой тряхнул от такой наглости. Как боксер после пропущенного апперкота.

- Вот, значит, как? То есть… секс со мной вас совсем не прельщает?

- Отнюдь.

- А можно поинтересоваться, почему? – задав самый идиотский вопрос во всей своей кобелиной жизни, Поляков сложил руки на груди и подпер задницей подоконник. Выглядел он, конечно, при этом – дурак-дураком, но, может, его хоть как-то спасал тот факт, что Аглая вообще на него не смотрела?

- Вы только не подумайте… Дело не в вас. Вы, безусловно, привлекательный мужчина…

- Безусловно!

- Но не для меня. Я… Понимаете ли, у меня уже был опыт с мужчиной, подобным вам. И я не хочу повторения.

Если что-то и могло ошарашить бедного Полякова еще больше, то только осознание того факта, что Глаша, похоже, нисколько не сомневалась, что он действительно может быть в ней заинтересован. Он, Роман Поляков… может, а она, видите ли – нет. Понимаете всю абсурдность этого допущения?

Нет, с ней точно что-то не так. Наверное, это жар… Ну, не может же она так думать на самом деле?

- Почему же повторения, Глаша? Вдруг все будет иначе? Лучше?

- О, нет! Испытывать судьбу я не хочу. Но учитывая все, что нам с вами довелось пережить, думаю, мы могли бы неплохо поладить. Друзья? – Аглая протянула Полякову ладошку и засияла улыбкой кобры, сбежавшей от заклинателя змей.

Ага. Друзья. Как же… Будь Глаша чуть опытней, поняла бы, что прямо сейчас она фактически бросила ему вызов. Уложить ее на спину и доказать, что он как раз тот, о ком эта дурочка всю жизнь мечтала. Еще до конца не решив, как на этот счет дела обстоят у него самого, Роман тоже улыбнулся. Пожал протянутую горячую ладошку. Кайфуя от выброшенного в кровь адреналина. Что ж… Похоже, он для себя все решил. Это и впрямь может быть занятно. В нем проснулся давно забытый азарт. Азарт хищника, вышедшего на охоту.

Он улыбнулся, неторопливым движением ослабил узел галстука и, преодолев комнату, уселся в кресло.

- Что вы делаете? – подозрительно осведомилась Аглая.

- Располагаюсь поудобнее. Прежде чем забрать девочек, мне нужно немного поработать.

- Вы хотите работать здесь? У меня дома? – удивилась она.

- Конечно. Мы ведь друзья? – выгнул бровь Поляков.

- Да, конечно… - не то чтобы уверенно промямлила Аглая.

- Ну, не могу же я бросить друга в беде? – оскалился Роман.