Вишнёвая истина (СИ) - Марсия Андес

Хотя какой там парень… Теперь передо мной мужчина, широкие плечи, щетина, осмысленный серьёзный взгляд, хотя почему-то я сразу же узнала в нём Стаса Скворецкого, мою первую любовь, принёсшую столько хорошего и так много плохого.

— Ира?

Кажется, он до конца не верит. Да и, признаться, если бы я из прошлого встретила бы себя теперешнюю, то тоже с трудом смогла бы узнать в офисной даме с красными волосами ту Ирку Ольханскую, наивную девчонку, подрабатывающую на нескольких работах ради одного лишь выживания.

— Ого, — он растерянно смотрит на меня. — Тебя не узнать.

— А что? Костюмчик смутил? Или красные волосы? — шучу.

Стас не отвечает. Весь его запал увидеться с моим начальником сдувается на глазах подобно воздушному шарику, и теперь вместо нетерпения и решимости я вижу потерянного мальчика. Воспоминания обрушиваются с невероятной силой, принося в сердце тоску и неловкость, и столько сил потрачено было на человека, который не оценил стараний, для которого работа была выше, всегда важнее. И на мгновение мне хочется вернуться, броситься в его объятия и начать всё с начала, но теперь между нами пропасть. Стена, не позволяющая прикоснуться друг к другу. И, наверное, мне пора бы смириться и уйти подальше туда, где нет преград.

— Да нет, просто… — он прокашливается.

— Чай? Кофе? — решаю предложить, но Стас качает головой.

— Нет, спасибо.

Аккуратно присаживается на диванчик, сцепив руки в замок.

— Так ты теперь секретарь адвоката?

— Вроде того. А ты какими судьбами здесь?

Я решаю сложить бумаги, чтобы хоть чем-то себя занять, и поставить от греха подальше кружку.

Скворецкий откидывается на спинку дивана и смотрит на меня — я вижу это краем глаза — но когда я открываюсь от бумаг, Стас отворачивается.

— Нужен адвокат. Можешь передать начальнику, что я хорошо заплачу за срочность?

Задумчиво прикусив губу, откладываю в сторону стопку бумаг, и шумно вздыхаю.

— Почему мы? В Москве полно хороших адвокатов, которые бросят все дела, лишь бы ты им заплатил.

Стас молчит. Смотрит в окно, где властвует шумный город. Протерев уставшие глаза, он достаёт телефон, проверяет его, после чего убирает обратно в карман. Тянет время?

— Много слухов ходит о начинающем адвокате, — наконец-то говорит Скворецкий. — А мне нужен лучший, и как можно скорее. Думаю, моя проблема как раз впишется в тематику его работы.

Я жду, пока парень продолжит, но он опять замолкает.

— И что же у тебя случилось?

Мы встречаемся взглядами, и что-то внутри меня щёлкает. Возникает желание уйти и больше не возвращаться, но я не могу позволить себе подобную роскошь. Именно в этот момент я понимаю, что нам пора бы уже простить друг друга и отпустить.

— Спрашиваешь как старый друг или как секретарь адвоката?

— Как друг.

Стас качает головой, недолго молчит. В какой-то момент ему становится душно, и он снимает пиджак, небрежно бросив его рядом на диванчик.

— Отец очнулся, — коротко говорит Стас. — Вышел недавно из комы. Как ты знаешь, по договору я владею компанией, пока он не в силах этого делать.

Ого. Столько лет прошло, показатели здоровья его папы, как я знаю, были неутешительными. Никто не думал, что он придёт в себя, даже поговаривали, что его хотели отключить от аппарата. Интересно, каково ему будет проснуться и осознать, что его жена убила старшего сына, хотела прикончить второго, а теперь отсиживает срок в тюрьме?

— И ты боишься, что он захочет вернуть себе «Бигарро»?

— Да, — признаётся Стас. — Это моя компания, я всего себя вложил в развитие и восстановление, после всего, что случилось… Я просто не могу взять и уйти на второй план. Не могу отдать ему компанию, понимаешь? — парень в отчаянии смотрит на меня, и я, не выдержав, отвожу взгляд в сторону. — Хочу найти лазейку в договоре.

— А ты говорил с ним? С отцом? Может быть, он не захочет вновь заниматься бизнесом…

— Шутишь? — смеётся Скворецкий. — Бизнес — его жизнь. Он пока ещё не в силах нормально воспринимать информацию, врач говорит, что он долго будет на реабилитации, что его нельзя травмировать шокирующими новостями. Отец лишь знает, что пробыл в коме несколько лет, а я занялся компанией. Даже о смерти Артёма пока не в курсе. Я просто хочу подстраховаться, на случай, если произойдёт худшее. Не смогу перенести потерю «Бигарро».

- И в этом весь ты, — вздыхаю я. — Думаешь только о компании.

Вспоминаю момент, когда предложила Стасу всё бросить и уехать, а он отказался. Выбрал не меня, а работу.

— Я помогу, — бросаю я, прежде чем Стас что-либо скажет. — Поговорю с Алексеем Васильевичем. Не обещаю, что получится. Его деньги особо не интересуют, ему главное, чтобы работа была интересная. Встречу тебе выбью, дальше сам.

— Спасибо, — выдыхает Стас. — Спасибо, правда. Буду должен. Если что-нибудь понадобится, только попроси…

— Ага, — грустно киваю.

И мы вновь замолкаем, погружённые в свои мысли, в воспоминания. И молчание это кажется совсем неуместным, душным и отвратительным.

— В последнее время у меня одни встречи с прошлым, даже перестаю думать, что это случайность.

— В смысле?

— Ну, сначала Назаров, потом Элли, теперь ты, — смеюсь. — Сговорись?

Стас неуверенно пожимает