Лора - Ана Сакру

— В связи с этим нам нужно решить: кто будет следующим наместником. Мы должны отдавать себе отчет, что ему придется, помимо управления городом, разобраться, что произошло и по возможности найти виновных, если они есть. И что это может повториться.

Все молчали. Макс оглядел присутствующих, на лицах было написано явное нежелание брать на себя подобную ответственность. Он взглянул на Стайлса и вопросительно поднял бровь. Они знали друг друга с детства, и маг сразу понял немой вопрос принца, он пожал плечами и подмигнул.

— Что ж, я могу поехать, — сказал Макс, поворачиваясь к дяде, — возьму Стайлса с собой, он согласен.

— Ты не можешь, — отчеканил верховный лорд, — это опасно.

— Я думал, именно вам, милорд, эта идея понравится, — Макс в упор посмотрел на отца, — Вы же все время говорите, что я сбегаю от ответственности и веду праздный образ жизни. Ну а насчет опасностей, я участвую в сражениях с 15 лет и научился прекрасно отдавать себе отчет о всех рисках.

Лорд Родэн был явно был взволнован:

— Макс, это не бой! Ты что, планируешь со Стайлсом не есть и не пить ничего пару лет? Да ты просто попробуешь яблоко на рынке, а потом к вечеру высрешь собственный желудок! Ты единственный наследник мужского пола, пока у тебя не будет хотя бы двое пацанов, будь добр, не ищи возможность умереть раньше меня.

Макс усмехнулся:

— А я то уж думал, вы обо мне лично беспокоитесь, но оказывается дело в фамилии… как обычно.

— Не говори глупостей, ты мой сын и тебя люблю и уж точно не хочу тебя хоронить, — буркнул Азар.

Это было настолько неожиданно слышать от верховного лорда, что все на секунду замерли. Сам он нервно кашлянул, видимо сам от себя не ожидав подобной откровенности. Макс опустил глаза и покрутил фамильную печатку на пальце.

— На самом деле я могу объяснить плюсы моей кандидатуры. В сражении участвовало большинство присутствующих тут лордов. Как и в последующей чистке, — он выразительно взглянул на отца, — кроме меня. Возможно, мне будет легче найти общий язык с местными жителями, т. к. они прекрасно знают, что лично я к казням непричастен.

Император задумчиво почесал бороду:

— На самом деле в этом есть рациональное зерно, но это правда может быть очень опасно, Макс…Я не знаю, давайте пока ждать новостей из Мергейла, я подумаю над этим.

— Не позволяй ему, Агор, — возмутился верховный лорд и махнул рукой, чтобы Лора налила ему легкого вина. Девушка подошла.

— Я сказал, что подумаю. На самом деле я считаю, что твой сын справится с этим лучше, чем кто-либо.

— Я лучше сам поеду, — лорд Родэн был неумолим.

— Вот уж кого-кого, а тебя точно быстро отправят в лоно рода, и недели не пройдет, — напророчил Макс.

— Да уж, тооочно, — протянул Император.

Лора в это время аккуратно наливала вино в бокал Азара. Верховный Лорд скользнул по ней взглядом и отвернулся, но тут же опять уставился на нее, прожигая глазами шею.

Лора замерла, поняв, что он заметил узоры своего дома на обруче.

— Это что? — Лорд перевел вопросительный взгляд на сына.

Макс неопределенно пожал плечами, он не считал нужным объясняться с отцом по поводу его общения с рабыней, это не его дело.

— Ты сколько ее знаешь? Три дня? — Азар вскочил на своего любимого коня осуждения сына.

Принц спокойно смотрел ему в глаза, продолжая молчать.

Тогда верховный лорд переключил свое внимание на рабыню:

— Что? Так хорошо сосешь?

Брови Лоры непроизвольно поползли вверх от подобной бесцеремонности, а с губ уже готова была сорваться дерзость, но она перехватила взгляд Макса, заставляющий ее промолчать, и подчинилась.

— Ну что ты на нее так смотришь, — не унимался верховный лорд, — пусть отвечает, язык есть поди, чем-то же тебя облизывает.

— Простите, — Лора все-таки не выдержала, — не совсем понимаю, какого ответа вы ждете? Я не могу сказать хорошо или нет, так как сама себе подобную услугу оказать не могу к сожалению. А официальных отзывов мне не предоставляли.

Макс страдальчески прикрыл глаза, а вот император и, что поразительно, лорд Родэн дружно засмеялись.

— Ладно, живи, — вдруг смягчился отец Макса. Удивительнейший человек, подумала Лора, и, выдохнув, отошла от него на безопасное расстояние.

12. Не отпущу

В большом бальном зале все было готово для спектакля: поставили сцену, расставили кресла для вельмож высшего ранга и стулья для тех, кто попроще. Слугам предлагалось встать у стен. Я была так рада, что смогу еще раз увидеть эту чудесную труппу, что некоторое неудобство меня мало беспокоило. Тем более Макс говорил, что можно будет познакомиться с ними лично после спектакля, а ведь там будут и земляне. Этого я ждала в тысячу раз больше, чем представления.

В течение получаса все расселись, свет приглушили, лорд Тэрк, владелец театра, выступил с приветственной речью о важности обмена культурным наследием среди разных миров и занавес подняли. Под приветственные аплодисменты волшебство началось.

Это была очень интересная, пронзительная пьеса о непонимании между поколениями, первой неразделенной любви и пропасти между разными слоями общества. Хотя это произведение принадлежало другому миру и некоторые детали были мне не понятны, но чувства и проблемы видимо везде одинаковы, так что история нашла в моей душе живой отклик и я даже всплакнула в конце. На поклонах зал взорвался овациями, главных актеров вызывали на бис раз 5, все как у нас, опять подумала я.

Наконец занавес упал. Внутри все сжалось от предвкушения. Сердце лихорадочно забилось. Я начала пробираться сквозь толпу к сцене. Поискала глазами Макса, надеясь, что принц мне поможет познакомиться с артистами. Но он о чем-то беседовал со своим отцом и лордом Тэрком и, конечно, я не решилась подходить.

Достигнув закулисья, я глубоко вздохнула и проскользнула внутрь. Там царил полнейший хаос: кто-то переодевался, кто-то пил шампанское, чокаясь и обнимаясь, кто-то снимал грим. На меня никто внимания не обращал. Приглядываясь к лицам, я пыталась вычислить, кто здесь может быть мой сородич. Из-за обруча на своей шее я понимала речь всех народностей в Элии, сама говорила на элийском и не чувствовала разницы в акцентах. Как, впрочем, и артисты. Большинство из них были с такими же ошейниками, как я.

Вдруг меня кто-то тронул за плечо, я повернулась. Передо мной стоял приятный чернокожий мужчина лет пятидесяти и внимательно разглядывал мое лицо:

— Простите, вы так похожи… на певицу