Вендетта - Алекса Мун

Мужчина никогда не считался ни с чьим мнением, даже слова отца, в последнее время стали для него пустым словом. Пора старикам уступать место молодым, пара Марко Бруно наконец возглавить пятерку уважаемых семей.

Осталось дело за малым: поработить Дель Сарто и не дать Луке вернуть родовое имя. Потому что именно он, когда-то был первым и единственным наследником клана Монсано, который сейчас стоял во главе пяти семей.

Но черт возьми, мужчина не может думать ни о чем другом как ни о ней — брюнетке, сидящей напротив. Той, кто всем сердцем ненавидит его. Ту, кого всем сердцем желает он. Остаётся один вопрос: действительно ли у Марко Бруно есть сердце?

Когда все подписи были поставлены, гости выпроводины, а в гостиничном номере с потрясающем вином на Гранд-канал остались они одни. Марко без озарения совести направился к своей законной супруге.

В комнате было темно, но он знал что она не спит. Отвернулась к окну и старалась не привлекать внимание.

Мужчина разделся до нижнего белья и лёг рядом. Преодолев преграду в виде одеяла, он положил руку на горячий живот и медленно стал спускать вниз, чувствуя как кожа под его ладонью, покрывается мурашками.

Маленькая лгунья.

— В договоре указано, что тебе запрещено меня домогаться! — тонкие пальчики перехватываются кисть.

— Я не домогаюсь, я хочу тебя расслабить. — Движется ниже.

— Меня это не расслабляет! — крепче сжимает впиваясь ногтями.

Настоящая кошка.

Мужчина убирает чёрные волосы, что закрывают ему доступ к шее и рассыпает их по подушке, покрывая нежную кожу поцелуями. Вызывая очередную порцию мурашек, чувствуя как хватка ослабевает.

Ныряет под кружевную ткань и собирает влагу, растирая ее по половым губам.

Вот же сука-а-а..

— Будешь послушной и я буду нежным. — касается чувствительных мест, запуская мелкие разряды.

В ответ Марко получает учащенное дыхание и прижимается к девушке всем телом, скользит в углубление и снова задевает набухший бугорок. Быстрее.. быстрее. Ощутимей надавливая, играя в одни ворота. Ублажая девушку, а сам разрывается от желания всадить ей. Грубо. Почувствовать как она сжимает его.

Но единственное, что он сейчас чувствует, это как Ками содрогается в его руках схватившись за простынь сжимая ее в кулак.

Рука мужчины перемещается на упругую грудь и замирает в таком положении, до тех пор, пока она не начинает взымать ровнее.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25

Камилла Дель Сарто

Открываю глаза и первое что вижу - мужскую грудь. Запрокидываю голову и встречаюсь с хитрым взглядом чёрных глаз.

Дежавю какое-то..

— Ты нарушила договор, под утро начала домогаться до моей груди.

Да иди ты!

Глубоко вдыхаю и в нос бьет терпкий запах, который определённо мне нравится. Его запах, запах силы, мощи, власти.

Я как маленькая девочка, неосознанно, во сне, укуталась в его объятья, а сейчас, я должна достойно вынести утреннюю порцию сарказма.

Пытаюсь отодвинуться, но крупная ладонь, что покоится на пояснице, притягивает только ближе.

Затем убирает с лица непослушные волосы и, проводит по контуру нижней губы слегка оттягивая ее вниз.

Это глупое движение действует на меня неправильно, волна возбуждения проходит по всему телу, закручиваясь ураганом внизу живота.

— Мы сегодня возвращаемся домой. — Взгляд из хитрого, тут же становится пожирающим.

— Это твой дом, а не мой.

— До совершеннолетия нашего ребёнка это и твой дом тоже, — не мигая смотрит на губы, — так прописано в договоре.

— Ты меня вечно будешь им упрекать?

— Я предлагаю нам обоим смериться. Сейчас мы в очень выгодном положении и лучше нам быстрее найти общий язык. Думаю можно начать с супружеского долга. — Перекатывается на спину увлекая меня за собой. Оказываюсь сверху.

Упираюсь руками в сильную грудь и поднимаюсь, намеренно обхожу зону возбужденного члена.

Его руки ложатся мне на бёдра, удерживая на месте и Марко поднимается равняясь со мной.

— Ты же меня не отпустишь.. — устало стону.

— Не-а. — стягивает с меня свою же футболку и откидывает ее на пол.

Дёргаюсь чтобы в очередной раз убедиться, что он всерьёз и ахаю, когда губы обхватывают сосок. Прикусывает острую вершину и тут же проводит шершавым языком.

Отодвигает в сторону трусики и медленно входит, так непривычно.

Удовольствие сладкой негой расходится внизу живота и я хватаюсь за шею, чтобы выгнуться и позволить ему войти ещё глубже.

— Моя девочка. — Горячие дыхание обдаёт мою шею.

— Только попробуй причинить мне боль..

— Попробуй, и не раз. Придёт день, когда ты сама этого попросишь.

Глубокий толчок, и мне кажется он достал до самой матки.

— Ты больной на всю голову!

— Я не утверждал обратного.

Сминает мои губы и проталкивает язык вглубь, настойчиво требует ответить на поцелуй, а руки в это время, управляют моими бёдрами, задавая нужный темп.

Он прав, с ним не получается нормально. Рядом с ним хочется быть дикой, сумасшедшей, чтобы его пальцы впивались в кожу, заставляя чувствовать насколько сильно он хочет меня.

Хочется верить что он сможет сдерживать себя, но это ложь. Вера - это всего лишь лазейка для самоуспокоения.

Люди не меняются, особенно в таком возрасте. Человек, только может подстроиться под ситуация, для того, чтобы по итогу - получить личную выгоду.

* * *

В родовое поместье Бруно, мы приезжаем, когда солнце окрашивает розовым оттенком вечернее небо. Во дворе подозрительно тихо и я вижу как Марко напрягает это.

Что-то явно не так, в воздухе повисла какая-то угроза.

Энзо медленно рассматривает территорию, и чуть ли не кидается к входной двери, которая распахивается и, оттуда вылетает перепуганная Мария.

— Синьор! — падает на колени перед Марко, — Катрин..

— Что с ней? — медленно цедит сквозь зубы. — Что с моей дочерью?

— Ее нигде нет, уже несколько часов не можем ее найти.

— Энзо, в Рим! — кидает другу короткий приказ.

— Это ещё не все.. — продолжает служанка, — сегодня приходил Гаспаро Дель Сарто и виделся Катрин.

Услышав имя брата, внутри все оборвалось, а перед глазами всплыла картинка нашей последней встречи, где я ему говорила о дочери Марко. И его реакция была давольно-таки странной.

Марко обходит Марию, а позади слышится пробуксовка шин по щебню и, машина срывается с места.

Я