Просто будь рядом - Нора Робертс

Стиббл снимал крохотное помещение на первом этаже, где устраивал терапевтические сеансы для наркоманов и им подобных. Там Ева с Пибоди его и нашли. Живьем, подумала Ева, Стиббл походил на крысеныша даже больше, чем на фото. Жиденькая кудрявая бороденка лишь подчеркивала его торчащий вперед подбородок, а очки с розовыми стеклами на его микроскопическом крючковатом носу делали его физиономию только глупее.

Очки, белый балахон, тощая косичка и кожаные браслеты на худых лодыжках создавали образ чего-то среднего между экзальтированным фри-эйджером и современным монахом.

Что, вероятно, и было его целью.

Стиббл и еще трое сидели на полу вокруг какой-то пирамидки. На заднем плане побрякивали и звенели арфы с гонгами.

Стиббл прервал беседу и радушно заулыбался вошедшим.

— Добро пожаловать! Мы только что начали нашу визуализацию. Пожалуйста, присоединяйтесь. Как к вам лучше обращаться?

— Лейтенант, — ответила Ева, вытаскивая жетон. — И можешь начать визуализировать поездку в участок.

— Что-то случилось?

— Случилось. Айзек Макквин случился. А ты, так уж случилось, получая от государства зарплату, подрабатывал, устраивая ему собеседования с претендентками на роль напарницы.

— Вас кто-то ввел в заблуждение, — ответил Стиббл, складывая руки на груди. — Давайте все проясним. Через сорок минут у меня закончится занятие, так что если вы соблаговолите…

— Ты сам встанешь, — ласково спросила Ева, — или тебе помочь? Занятие окончено, — оповестила она коленопреклоненную тройку.

— Эй, я за него заплатил! — возмутился один из страждущих.

Ева осмотрела подавшего голос — тощий, небритый, взгляд вымученный.

— И сколько он с тебя содрал?

— Семьдесят пять баксов. Льготный тариф для первого занятия.

— Приятель, тебя надули. Пибоди, дай этому джентльмену адрес ближайшего центра реабилитации. Занятия там бесплатные. На полу там, конечно, не сидят и на пирамиды не пялятся. Зато там дают более-менее съедобный кофе с печеньем.

— Я решительно протестую против намеков на то, что я…

— Рот закрой, — бросила Ева Стибблу. — Простите, что прерываем занятие, — обратилась она к остальным. — Вашему преподавателю требуется кое-куда проехать.

— Давайте встретимся в другой день! — вскакивая, возопил Стиббл в попытке остановить паству. — Пожалуйста, не дайте этому досадному происшествию совратить вас с пути к здоровью и благополучию!

— Закрывай лавочку, Стиббл.

— У меня на сегодня записаны…

— Пибоди, зачитай ему его права.

— Стойте, стойте! — Стиббл, отчаянно размахивая руками, запрыгал вокруг невозмутимо оглашающей ему его права Пибоди.

— Мистер Стиббл, вам ясны ваши права и обязанности?

— Вы не можете меня арестовать! Я ничего не совершил! Я…

— Отвечай на вопрос, — прервала его Ева.

— Да, я все понимаю, но я не понимаю, в чем, собственно, дело? Айзек Макквин несколько раз посещал мои занятия. Я уже много лет их провожу в «Райкерс». Слышал, он сбежал. Это ужасно, но я-то здесь ни при чем…

— Дэб Брэкен. Знакомое имя?

— Я… я… не уверен.

— Зато она тебя вспомнила без заминок. И что ты ей по сотне баксов за визит к Макквину отстегивал. У меня целый список имен, и готова поспорить — все их обладатели тебя тоже вспомнят.

— Человеческое общение — неотъемлемая часть процесса реабилитации. В этом нет ничего противозаконного.

— А в том, чтобы получать взятки от осужденного и водить ему женщин — есть. Ты деньги по доброте и щедрости душевной отваливал, Стиббл? Сколько Макквин тебе заплатил?

— Да это просто смешно! — взвыл тот, но взгляд его панически заметался под розовыми очками. — Я боюсь, мисс Брэкен в то время находилась в наркотической зависимости. Она просто что-то перепутала, только и всего…

— Я сейчас предъявлю тебе обвинение в соучастии в похищении и избиении двух людей, и изнасиловании.

— Вы шутите, — Стиббл попятился, паника на его лице сменилась неподдельным ужасом. — Да я в жизни ни одно живое существо не обидел!

— А вот Макквин обидел. И ты ему в том много лет помогал и поощрял его.

— Это все грандиозная ошибка. Своими угрозами вы меня крайне расстроили. Я считаю, нам всем нужно сделать несколько глубоких очищающих вдохов и выдохов.

— Пибоди, наручники.

— Подождите, подождите! — Стиббл снова замахал руками. — Да, я несколько раз приводил к нему женщин. В терапевтических целях и с официального одобрения. Естественно, их — женщин — приходилось вознаграждать за потраченное ими время. Реабилитация требует различных средств.

— Кончай мозги пудрить. Сколько он тебе заплатил?

— Небольшой гонорар. Сущий пустяк, просто чтоб покрыть мои расходы.

— Штука в месяц — нехилые расходы, Стиббл. Мы нашли тот твой банковский счет.

— Пожертвования! — прозвучал в ответ едва слышный писк. — Пожертвования для моего центра. Это полностью законно.

— Как ты находил ему женщин? Они не все из местных.

— Я… э-э-э… через мой центр прошло много людей с проблемами.

— Кого он выбирал из всех этих людей с проблемами? Кого выбирал себе в напарницы?

Глаза у Стиббла забегали, и Ева поняла: выдавить из него правду она теперь сможет уже буквально двумя пальцами.

— Я не знаю. Я не знаю, о чем вы.

— Знаешь, знаешь. По физиономии твоей вижу, — не шевельнув ни единым мускулом на лице, ровным, мрачным голосом произнесла Ева и придвинулась к Стибблу ровно настолько, чтобы вторгнуться в его интимное пространство. — Ты прекрасно знал, что он задумал, но пока ты пасся в его кармане, тебе было на это насрать. Он выбрал из них одну. Имя!

— Я не могу сказать то, чего не знаю!

Ева рывком развернула его, прижала к стене, заведя руки за спину и защелкнув на них наручники.