Стрекоза под микроскопом - Владимир Алексеевич Колганов

– А если откажусь?

– Это не в ваших интересах. У вас уже были проблемы с налоговиками, с Роспатентом… Так это семечки, а мы сделаем всё гораздо проще и надёжнее – обвиним вас в госизмене.

Другой бы на месте Дениса Петровича в обморок упал, а у него как-то само собой вырвалось:

– С какого перепоя?

– Не забывайте, где вы находитесь! – в подтверждение своих слов генерал трахнул кулаком по столу.

«А в самом деле, где? Пора бы разобраться. И почему этот золотопогонник так и не представился? Пожалуй, самое время начать свою игру». И тут же, встав со стула, заявил:

– Согласен на сотрудничество!

– Ну наконец-то! – генерал протянул руку к телефону, видимо, хотел обрадовать начальство.

Увы, так и не сбылось, поскольку Денис Петрович тут же уточнил:

– Признаю́, что работал на китайскую разведку, а теперь готов стать двойным агентом, если хорошо заплатите, – потом спросил, не скрывая издевательской ухмылки: – У вас договор стандартный или я должен сам что-то сочинять?

Лицо генерала побагровело, но этим всё ограничилось, поскольку он потерял и дар речи, и способность двигаться, по крайней мере, совершать осмысленные действия. Ну а Денис Петрович напряг все свои интеллектуальные способности, чтобы найти выход из скверной ситуации – вот сейчас его визави очухается и тогда…

Тут-то в голове и мелькнула спасительная мысль: «А что, если навести их на Осю Каца? Этот айтишник наверняка сотрудничает с израильской разведкой, а дальше ниточка потянется к Засветову. Даже если Фомич удалил переписку с Осей из своего компьютера, Осе это делать ни к чему – пригодится для отчётности». Ну а перед генералом попытался извиниться, правда, получилось довольно неуклюже:

– Ладно, шутки в сторону! Пока вы тут как бы временно отсутствовали, я кое-что придумал. Пожалуй, возьмусь за выполнение задания.

Что на него нашло, Денис Петрович и сам не мог понять: ведь явно играл где-то на грани фола, хотя прежде способности к этому у себя не замечал. Но когда припирают к стенке, приходится отбиваться чем попало.

Через неделю Денис Петрович передал заказчику всё, что накопал – не так уж много, но, чтобы уличить Засветова в связях с Моссад, вполне достаточно. Когда спросили, как ему это удалось, скромно потупил взор и ответил словами доктора Ватсона из популярного когда-то кинофильма:

– У частных сыщиков есть свои секреты.

А через несколько дней в теленовостях сообщили, что Засветов подал в отставку по состоянию здоровья. Казалось бы, дело сделано, однако вскоре Денис Петрович убедился, что до финала этой трагикомедии ещё очень далеко.

Глава 10. Как совместить несовместимое?

Как-то утром позвонила Вика:

– Денис! У меня беда, – голос взволнованный, чуть не плачет.

– Да что такое?

– Кирилл, это мой муж, его вызвали на допрос в Следственный комитет.

– Я-то тут при чём?

Это его коронная фраза в последнее время. Уж очень не хотелось Денису Петровичу опять вторгаться в жизнь властвующей элиты – достаточно было и Засветова. Хотел сказать, что надо быть поосторожнее, когда подбираешь ухажёров и мужей, однако воздержался. А Вика умоляет:

– У тебя вроде бы хорошие отношения со Стрекаловым. Пожалуйста, узнай, в чём обвиняют Кирилла?

«Думал, всё уже закончилось, а вот оно как – ниточка разматывается и ещё неизвестно, куда приведёт». Такая мысль мелькнула в голове Дениса Петровича, а вслух сказал:

– Ладно, я попробую.

Договорился со Стрекаловым о встрече, и вот Денис Петрович в знакомом кабинете. Сначала, как водится, обсудили последние новости о том, что происходит на загнивающем Западе, а потом Стрекалов спрашивает:

– Так с чем пришёл? Будешь расхваливать свой новый антивирус?

– Да нет, я по другому делу. Правда ли, что готовится расправа над…

Стрекалов не дал договорить:

– И слышать не хочу! Сам понимаешь – тайна следствия! Давай о чём-нибудь другом поговорим, о бабах, что ли…

Затем достал из ящика стола что-то наподобие смартфона и нажал на кнопку – это была «глушилка», которую Денис Петрович когда-то подарил Стрекалову. Теперь можно продолжить приватный разговор:

– Выкладывай, что тебя интересует?

– Я о Кирилле Всеславском, о том, что из «Газтрона».

Стрекалов тяжело вздохнул:

– Ох, взвалили на меня это дело! То ли до больничной койки доведёт, то ли прямиком на кладбище.

– Всё так плохо?

– Хуже не бывает! Его заподозрили в сотрудничестве с израильтянами… Это же пятно на репутацию крупнейшей госкомпании! После такого скандала за полвека не отмоются. А тут ещё его жена…

– Это тут при чём?

– Так она же депутат, представляет в Думе правящую партию. Ведь и её опозорим.

– Одним бесчестным депутатом больше, одним меньше… Да какая разница?

– Тоже верно… Только ведь рано или поздно количество переходит в качество. А ты представь, что будут на Западе о нас писать! Даже и не знаю, что тут делать. Там, – указал пальцем на потолок, – требуют примерно наказать, а если что в итоге получится не так, кого в неудачах обвинят? Вот то-то же! – а потом вдруг заискивающе посмотрел на собеседника: – Денис, ты же у нас головастый. Может, что подскажешь?

К ответу на такой вопрос Денис Петрович был явно не готов – никак не думал, что глава Следственного комитета обратится к нему с подобной просьбой. Одно дело антивирусы, охранные системы, а тут надо спасать от позора всю страну. Но обещал подумать.

А вечером пришла Вика.

– Ну как, что-нибудь узнал?

– Да ничего особенного. Стрекалов и сам мечтает выпутаться их этой ситуации. Но у него приказ! Даже меня попросил о помощи.

– Так помоги!

– Это каким же образом?

– Денис, ты же всё можешь! Залезь в компьютер, подделай документы… Сделай что-нибудь!

– Ты его так любишь?

– Не в этом дело. Жаль, если ни за что пропадёт хороший человек.

– Ты себя или его имеешь в виду? Ведь пострадаете оба.

Сделала вид, что не поняла намёка – будто её карьера тут совершенно ни при чём.

– Так ты ничего не будешь делать?

– Я думаю.

Разговор продолжили в постели.

– Ах милый! Только всё наладилось, и вот… Ну до чего ж я невезучая! То от Артура оплеуху получила, то этот похотливый козёл, теперь Кирилл некстати вляпался… А ведь жизнь проходит!

– И прожить её надо так, чтобы не было стыдно за бездарно прожитые годы.

– Ну да, примерно так. Вот ты своей жизнью вполне доволен?

– Был бы доволен, если бы ты была