Время – это жизнь - Диана Денисова

Он был отличным парнем, веселым, жизнерадостным. Через месяц нашего совместного проживания. Стали проявляться какие-то агрессивные речи и даже замашки. А через два месяца, он и вовсе меня ударил. Я тогда накричала на него, была в истерике и просто собрала чемоданы и хотела уехать. Но он не дал мне этого сделать. Он меня запер в квартире одну и выкинул мои ключи, телефон и вещи в окно, и ушел на целую ночь. Я не могла сбежать, так как мы жили на семнадцатом этаже, — она шмыгнула носом и продолжила рассказ. — Потом он стал каждый день меня бить и издеваться. И каждую ночь закрывал меня одну в квартире. Я не могла никак ответить. Я пыталась выбраться, но дверь была железная, поэтому как в фильме с помощью заколки от волос, выбраться не смогла. Так продолжалось где то месяц. Все свои действия он объяснял, тем, что я ему изменила в тот день, когда он меня ударил. И это были его наказания. Хотя я ему ни разу не изменяла. Он был псих больной, — сказала она и бесшумно разрыдалась. — В один момент я не выдержала и покончила жизнь самоубийством. Как рассказывать не буду. Потом, ты уже знаешь, что было.

Мы немного помолчали.

— Почему ты не захотела забыть эти ужасные воспоминания? — спросила я недоумевая.

— Хотела отомстить, но как видишь, духу не хватало.

— А зачем пошла в стриптиз клуб?

— Чтобы доказать ему, а скорее самой себе, что меня может касаться любой, и я могу быть с кем захочу. Без его разрешения. Это наша психика. Не знаю, как это работает.

Я приобняла ее, а она не стала сопротивляться.

— Теперь твоя очередь делится мрачной историей.

Я выпустила ее из объятий, так как нужно окунаться в прошлое.

— Я прежде никому не рассказывала эту историю. Но с тобой поделюсь, раз такое дело. До меня домогался парень. Это все случилось в детстве. Мне было лет двенадцать. Стоял вечер. У нашего класса была вечеринка в одном коттедже, а по соседству вечеринка у старшеклассников. В тот вечер я впервые попробовала алкоголь. Мы с девчонками отдыхали, танцевали и отрывались на полную катушку. Где-то в полночь, к нам в дом постучали. Из-за громкой музыки ничего не было слышно, единственная я услышала, так как была на кухне, а она находилась ближе всех к коридору. За дверью стоял парень лет тридцати. Он мне в отцы годился. Это был отец одного старшеклассника, который, напротив в доме контролировал вечеринку своего сына. Он тогда пришел под предлогом, проверить, все ли у нас хорошо. Я его впустила, и он стал обходить дом. Видите ли, проверял, нет ли у нас алкоголя. Хотя мне казалось, даже тогда, что что-то здесь было не чисто. Тогда у нас из алкоголя было только шампанское, и он даже его не конфисковал, он сделал вид, что не заметил его, — немного помолчав, я продолжила. — Его звали Хэнк. Он брюнет, высокий и статный. У него тогда была жена и сын, как я уже говорила. В тот вечер, он попросил меня показать ему кухню, на предмет запрещенки, которая стояла по всему дому. Я в свои годы была достаточно умна и продвинута в принципах жизни. Поэтому сразу почувствовала, что-то не ладное. Поэтому сказала другу Бобу, чтобы он зашел на кухню через десять минут. Так как надеялась, что мои опасения не оправдаются. Если коротко и без мерзостей, то он на кухне стал ко мне прикасаться так, что у меня потом остались синяки и ссадины, а где-то и кровь. Хорошо, что тогда подоспел Боб, и успел его увезти с другими парнями. Если бы ни он тогда, не знаю, чем бы это все закончилось. Чтоб он сдох! Пусть горит в аду! — заорала я во все горло и резко встала, и подошла к дереву. Его ударила ногой со всей дури, и то разломалось пополам.

В голове мелькали воспоминания того отвратительного вечера.

Вдруг меня обняли. И это была не Эбигейл. Я медленно повернулась и это был… Джастин.

— Джастин… — всего то сказала я и утопилась в его объятьях. Мне это было нужно.

Слезы брызнули из моих глаз и обмочили его футболку. Слезы ненависти, жалости и обиды. Я прорыдала минуты две и слезы закончились.

— Извини, что подслушал, но мне показалось, что тебе нужна помощь.

Я его отпустила и осмотрела поляну.

— А где Эбигейл? — спросила я.

— Я ее отправил к остальным.

— Как?! Я же обещала ей помочь, мне нужно к ней, — сказала я и хотела убежать, но Джастин мне не позволил, схватив за руку, и притянул к себе.

— Мне кажется, это тебе должны помочь. Мы пойдем сейчас, и ты закроешь свой гештальт, а я тебя поддержу. И только потом, ты пойдешь помогать Эбигейл, — сказал он, а я вздохнула. — Моника, запомни, в твоей жизни, главное ты сама, а потом уже другие. Ты должна, сначала позаботится о себе, а потом уже о посторонних.

Я понимала, что он был прав.

— Мне страшно, — призналась я.

— Понимаю, но я буду рядом. Хоть и понимаю, что не твой друг, но думаю, приятелем меня назвать уж точно можно. Поэтому, как твой приятель я хочу тебе помочь.

Я сглотнула и кивнула.

— Ты мой друг, — сказала я и, взяв его за руку, понеслась по темноте.

Мы стояли около двухэтажного дома. В доме горел свет.

— Столько лет прошло, мало ли они переехали?

— Вот и узнаем, — сказал Джастин и перепрыгнул через забор. Я сделала тоже самое.

Мы стояли около входа в дом, откуда доносилась музыка. Этот дом, где все случилось много лет назад, выкупил Хэнк. Этот дом и человек разгромил мне психику и жизнь. Я заглянула в окно и увидела свой главный страх всей своей жизни. Мужик сидел на диване и смотрел телевизор. Он был одет в костюм Адидас. К нему резко подсела, какая-та дама, лет двадцати. Фу, как же противно. У него же есть жена и сын, а он тут с какой-то соплячкой забавляется.

Я с ноги открыла дверь и шагнула в дом. Дверь была выдернута из петель и улетела в другой конец комнаты, ударившись об стену.

Мужчина вскочил с дивана вместе с девушкой. У этого парня глаза выражали удивление.

— Ну, привет Хэнк! — сказала я и ехидно улыбнулась.

Когда у тебя есть цель и поддержка, ты все сможешь. А самое главное желание совершить действие.

— Ты кто?! — понизил голос мерзкий тип.

— Давняя знакомая, вот решила