Хеллегер - Натали Нил

*****

Хеллегер сидела дома за шитьём. Сеок принёс ей канву и нитки. Она терпеть не могла заниматься этой ерундой. Но чем ещё ей здесь заниматься? Эйлин убежала на рынок. Сеок на работе. А ей и выходить-то запрещено… Тоска смертная…

Вдруг дверь открылась и в дом вошла Эйлин, что-то кому-то рассказывая. Хеллегер метнулась в комнату и накинула на голову платок. Следом за девочкой в дом вошёл чужой мужчина. Степенно поздоровался, цепким взглядом осмотрел хозяйку.

— Я твоей дочке помог. У неё корзина прохудилась. Норри меня зовут. Соседи мы.

Мужчина старался говорить простым языком. Но Хеллегер кожей чувствовала подвох. Кроме того, слишком внимательно незнакомец её осматривал.

— Меня Лега зовут. Спасибо за дочь. Не обижайся, сосед, но я не могу принимать гостей без мужа…

— Конечно. Я уже ухожу. Добра тебе в дом, хозяйка.

— Спасибо. И тебе, сосед Норри.

Дверь за мужчиной закрылась, а Хеллегер подошла к окну. «Сосед» медленно отошёл от дома. Внимательно острым взглядом окинул улицу. Ещё раз посмотрел на дом, словно запоминая, и медленно ушёл. В душе Хеллегер дрогнул страх.

— Эйлин, никогда больше не приводи никого к нам в дом! — сказала строго.

Девочка вскинула испуганные глаза.

— Прости меня! Я не знала. Он, правда, помог мне. А потом без приглашения в дом шагнул…

— Ты не виновата. — Хеллегер обняла маленькие плечики и притянула к себе. — Я не сержусь. Просто не нужно, чтобы к нам кто-то приходил.

Она с тревогой смотрела в окно. Неспроста к ним в дом пришёл тот чужак. Неспроста…

Глава 20.

Появление незнакомца в доме тревожило Сеока. Он даже в сердцах кинул, что надо было всё-таки покупать немую рабыню, а не болтливого подростка. Эйлин опять забилась в угол и прорыдала весь вечер. Она не понимала своим ещё детским умом, что же такое страшное произошло. Но объяснять ей никто не собирался…

Но всю неделю было спокойно, и воин расслабился. А спустя ещё пару дней, когда Сеок был на работе, случилось страшное. Эйлин вернулась с реки, где полоскала выстиранное бельё. Хеллегер вышла во внутренний двор с тяжёлой корзиной, чтобы помочь развесить мокрые тряпки. Она успела заметить тень, метнувшуюся к ней, и качнулась в сторону, громко вскрикнув. Услышала, как с криком вылетела во двор Эйлин и повисла на руке огромного мужика. Громила отшвырнул ребёнка, и девочка сползла по каменной стене, оставляя кровавый след на шершавой поверхности. Хеллегер кинулась к ней, но тут же получила страшный удар под дых, а затем на её голову опустился сильный кулак, лишая сознания и её.

Когда Сеок вернулся с работы, был удивлён мёртвой тишиной в доме. Хеллегер не вышла встретить его… Эйлин не щебетала где-то на кухне… Тихо… Воин, осторожно ступая, тихо пошёл по дому. Заглянул в комнату немеды — никого. Понял, дом пуст. В горле появился вязкий ком, в животе — холод. Он обошёл дом, но никого не нашёл. И тогда он вышел во внутренний двор…

Корзина с вывалившимся из неё мокрым бельём валялась на земле. Эйлин, бледная, как смерть, лежала под стеной. Сеок, заметив кровавую полосу на сером тёсаном камне, кинулся к девочке. Подсунул ладонь под маленькую голову и вытащил её всю окровавленную. Он потряс Эйлин, но у девочки был глубокий обморок. Сеок осторожно поднял худенькое тельце, уложил Эйлин в постель и побежал за знахаркой. Та идти к чужакам не очень-то и хотела, но пара звонких монет сделала своё дело.

Осмотрев рану, знахарка поворчала, промыла, чем-то намазала, оставила трав, чтобы отвар делать и ушла. Сеок пошёл к соседям. Те мало что видели. Да и болтать не хотели. Но, когда воин уже возвращался от них, его внимание свистом привлёк попрошайка в ошмётках вместо одежды.

— Твою жену увезла карета. Без гербов, без знаков. Совсем чёрная…

Сеок хмыкнул.

— И что мне делать с этим знанием?

— Такие кареты иногда появляются, в них увозят красивых женщин, и они навсегда исчезают…

Сеок поднял брови.

— И?

Попрошайку усмехнулся жуткой беззубой улыбкой.

— Пока порт закрыт, у тебя есть шанс найти свою жену. Потом…

Сеок понял, что потом. Он кинул монету оборванцу и вернулся в дом. Он так и знал, не зря тот мужик приходил… Воин кинул быстрый взгляд на постель. Эйлин так и лежала без сознания… Сеок пошёл к одинокой вдове, что жила рядом, попросил приглядеть за девчушкой. Пожилая женщина, услышав, что произошло, сразу прибежала, захлопотала вокруг неподвижной девочки.

Сеок же снова натянул одежду и пошёл в ближайший кабак. Кто ещё сможет дать ему сведения, как не подвыпившие старожилы…

*****

Хеллегер пришла в себя, но глаз не открывала. В комнате было тихо. Похоже, она одна… Голова страшно болела после удара. Вспомнив, как Эйлин ударилась головой о стену, застонала… Что с девочкой? Жива ли? Маленький дикий котёнок… Куда только сунулась? Против кого выбежала?

Хеллегер открыла глаза. Она лежала на узкой жёсткой лавке. Над головой — деревянный потолок. Под ногами — деревянный пол. Странный звук, странный воздух… И вдруг липкий ужас накрыл её — она на корабле! Работорговцы! Контрабандисты!

И в этот момент дверь в комнату открылась и в проёме появился высокий мужчина. Тёмные с небольшой сединой волосы зачёсаны назад. Тёмные жуткие глаза осмотрели Хеллегр, словно раздели.

— Пришла в себя… Хорошо. — Он вошёл и закрыл за собой дверь.

— Кто вы? — Хеллегер непроизвольно сделала шаг назад от него. Этот манёвр не укрылся от мужчины. Он усмехнулся узкими твёрдыми губами.

— Правильно. Лучше тебе бояться меня.

— Мой муж будет меня искать.

— Ты не замужем. — Мужчина снова подарил Хеллегер злобную усмешку.

— Это ложь!

— Ты девственница. — Сказал жёстко.

У эльфийки округлились глаза. Что они сделали, пока она была без сознания?! Мужчина расхохотался противным, мерзким смехом.

— Что? Соображаешь, осталась ли всё ещё девственницей? — Его глаза сверкнули. — Не переживай! Осталась. Вот если бы не была девственницей…

Что «если бы» он не договорил. Итак, понятно было.

— Кто ты? — Преодолевая отвращение и откуда-то взявшийся стыд, спросил Хеллегер, стараясь придать голосу твёрдость.

— Можешь звать меня Фингел. — Снизошёл до ответа незнакомец. — Слушай, что тебе говорят. Делай то, что тебе говорят. И твоё пребывание здесь будет сносным.

— А если нет?

— А если нет, пойдёшь к остальным в трюм. А там… доживёшь или нет до конца путешествия… только твои боги знают. — Усмешка Фингела стала жёсткой и зловещей.

Хеллегер молчала. Вдруг Фингел подошё вплотную к ней. Схватил