Взросление любви и "эликсир счастья" - Нинель Лав

— Мне понравились твои друзья — веселые, а вот их девушки — нет, они со мной почти не разговаривали.

— Еще бы — видеть перед собой такую красотку. Все от зависти чуть не лопнули!

Бэлла быстро открыла дверь, и они с «ухажером» вошли в квартиру.

Олег даже не пытался что-то сказать, просто сидел с опущенной головой.

Через полчаса дверь открылась, и «ухажер» вышей из квартиры.

— Пока, и еще раз спасибо за помощь, — произнесла Бэлла, закрывая дверь.

— И тебе спасибо! До завтра…

Как только дверь квартиры закрылась, Олег встал.

— Оставь, Бэллу… — произнес он, поднимая тяжелый взгляд на парня.

— Это вы мне?

— Тебе, — кивнул Олег, сжимая кулаки.

— А-а, Бэлла твоя девушка, — догадался «ухажер». — Тоже поссорились?

Олег кивнул.

— И я тоже… — сисадмин достал сигареты, закурил, предложил Олегу, тот отказался. — С ними стремно и критично, а без них совсем хреново!

Соглашаясь, Олег снова кивнул.

Они помолчали, повздыхали.

— Думал драться полезешь… На счет наших ребят на работе — не парься, все знают, что к ней подкатывать надо по серьезному, через ЗАГС, а на это мало кто решается, даже ради такой красотки, как твоя…

— А генеральный ваш?

— Тот женат, на дочке хозяина холдинга, так что разводиться не станет.

— Отстал от нее?

— Да вроде не слышно ничего…

— А сплетни?

— Про кого они только не ходят…

— Морду ему что ли начистить…

— С охраной придется помахаться.

— Да хрен с ним!

— Приперло? Здорово поссорились?

Олег кивнул.

Они снова помолчали, повздыхали.

— Это, значит, из-за тебя она ходит задумчивая, никого не замечает.

Кивнув, Олег сел на ступеньки.

— Меня сегодня твоя здорово выручила — моя бывшая увидела с какой я красоткой на днюху к другу пришел, аж позеленела от ревности, своего нового бросила и за нами, как тень таскалась, а твоя меня на все лады расхваливала перед всеми: и умный я, и заботливый, и на работе то меня ценят и друзья у меня классные… в общем, все ребята мне искренне позавидовали — каждому приятно, когда тебя хвалят и ценят, а я тебе завидую… классная она девчонка! Это я не про красоту говорю: добрая, веселая, отзывчивая… только глаза грустные… миритесь уже скорее.

Олег согласился — он бы с радостью.

— Удачи тебе!

Сисадмин попрощался и ушел, а Протасов остался сидеть на ступеньках лестницы, надеясь на то, что Бэлла все же выйдет, и он ей признается в своих чувствах и постарается все объяснить.

Но Белла не вышла.

Оторвавшись от глазка, она вздохнула с облегчением — не набросился с кулаками на ни в чем не повинного коллегу и пошла спать.

17 вторник

Утром все повторилось: Олег спал на коврике у двери, привалившись спиной к двери и ожидая, что Бэлла выйдет, и они поговорят… вернее, он все ей объяснит, но она снова не вышла…

— Бэлл, давай поговорим… Дай мне шанс все исправить…

Ответом было презрительное молчание. Бэлла вставила в уши наушники и стала спускаться по лестнице. Олег шел следом.

Так молча, рядом, они дошли до метро, Бэлла спустилась вниз по лестнице, а Олег немного постоял, глядя в след обиженной им девушке, и неспешно вернулся к себе домой. Принял душ, немного перекусил и, дождавшись пока родители Бэллы уехали на работу, поднялся в их квартиру, вошел в комнату Бэллы, лег в ее кровать и уснул.

Сидя на работе, Бэлла никак не могла забыть слова Олега: «Дай мне шанс все исправить…»

«— Это он серьезно? Вот так просто: «дай шанс…» А куда деть почти четыре года его измен? Хотя… он прав — у нас с ним не было любовных отношений — только дружеские… мы даже не целовались с ним. Это я его любила, а он гулял направо и налево, не желая замечать моих чувств… Если бы он сказал это раньше, я бы может и поверила… а после увиденного… Это зрелище его секса с женщиной открыло мне глаза и расставило все по своим местам: у него, и правда, все это время была своя жизнь — без меня, а у меня своя — без него! Вернее, с ним, но без него… Увиденное отравило мою любовь к нему дикой ревностью! Ревность бушует в моем сердце, и оно ничего не хочет слышать! О каком втором шансе он говорит? Разве можно что-то исправить в наших с ним отношениях после случившегося? К тому же, нечего исправлять — у нас нет отношений! А значит… и его измен тоже нет?.. Как это не было измен? Но почему же тогда мне так больно? Почему, глядя на него, иглы ревности протыкают все мое тело… Почему я ревную его… если он совсем даже не мой мужчина? А кто он мне сейчас? Любимый? Друг? Знакомый? Ни-кто!.. Тогда почему у меня так болит сердце и пелена перед глазами от ревности…»

Целый день Бэлла думала об этом, но ни к какому выводу не пришла.

«Дай мне шанс все исправить…»

Что он хотел исправить? Какой шанс ему нужен? Для чего? Ведь у них нет отношений! Он не сказал самого главного: что он хочет быть с ней вместе, что хочет строить с ней отношения, что любит ее и хочет быть любимым ею… А хочет ли она строить с ним отношения и любить его? На этот вопрос Бэлла не смогла ответить… Слова Олега все время звучали у нее в ушах, стучались в ее сердце, но ее ревность «наглухо закрыла все двери и окна», не желая слушать «непредателя и неизменщика»…

Возвращаясь домой, Бэлла была в смятении.

Она подождет, послушает… может, он все же скажет те самые главные слова, которые она столько лет ждала от него…

На скамейке у подъезда сидела мать Олега с сумками, кого-то поджидая.

— Здравствуйте, Клавдия Петровна, — поздоровалась Бэлла, проходя мимо.

— Бэлла, я тебя жду.

Бэлла повернулась — мать Олега она недолюбливала — мать всегда оправдывала своего сына, чтобы то не сделал, а последние дни молча осуждала за то, что та позволяет сыну приводить его женщин к ним в дом.

— Почему, Олег ночует у тебя под дверью?

— У него спросите… Я с ним не разговариваю.

— Почему? Вы поссорились?

— Пусть он сам вам расскажет… почему.

— Я его спрошу… Но унижать моего сына я тебе не позволю! Он не бездомная собака, чтобы спать у тебя на коврике! Не