Все наши разницы - Оксана Алексеева

Вот ведь жук этот Жуковский! Однако упомянутые остатки опьянения все-таки присутствовали, раз я сдалась и распахнула дверь:

– Заходите. Нет, ну вылитый отец! Хотя лет через двадцать еще хлеще экземпляр получится.

Уговаривать не пришлось. Но Дмитрий заинтересовался:

– Вы с ним знакомы?

На этот вопрос я отвечать не собиралась. А Жуковский с большим интересом осматривался: ощупал взглядом все мое маленькое жилище, явно отметил и кружку, которую я не убрала со стола, и разложенный диван у стены. Мне не должно было быть стыдно за скромные, но уютные апартаменты, и я не удержалась:

– Что, маловато места в сравнении с царскими палатами?

Парень уже избавился от куртки – и мне отчего-то не понравилась его черная футболка. Возможно, тем, что даже от этой тряпки несло баблом. Или тем, что она невероятно ему подходила – будто вынуждала забыть, что передо мной студент, который моложе лет на восемь, а бесцеремонно выпячивала тот факт, что мальчика мальчиком уже не назовешь. На вопрос он ответил снова со скрытой усмешкой:

– Анна Андреевна, прекратите пытаться угадать, о чем я думаю. Нормальное жилье. Живу почти в таком же.

– Прямо таком же? – не без сарказма переспросила я.

– Ну, почти. Всего раза в четыре больше и ближе к центру, но семи отличий не найдете, – он все еще продолжал придерживаться ироничного тона, будто общался со своей подружкой. – Не возражаете, если заварю чай? Буду вас отпаивать. Или лучше за винцом сгонять? Хотя тогда вы меня вообще не выгоните.

Снова этот намек на мое состояние! Да что он о себе возомнил? Однако вспомнила я и о последствиях, раз попросила:

– Прошу никому не рассказывать о сегодняшнем вечере.

– И не собирался, – безразлично отозвался он.

Наверное, не станет. Андропова вообще вряд ли заметила, что я выпила. Но от всего этого как-то неловко – у меня со всеми Жуковскими по очереди случаются тайные встречи, которые надо держать в секрете.

Я не мешала ему хозяйничать – хочет ухаживать, так пусть делает. Не мне же вокруг него скакать, будто он здесь желанный гость. Села за стол, подперла ладонью щеку и искоса наблюдала за ним. Скажи мне кто еще вчера, что именно этот студент будет угощать меня моим же чаем, – плюнула бы в лицо. Но в самих его движениях было что-то завораживающее. Интересный представитель рода мужского – самоуверенный и живой. И самое главное – это ощущение, что ему буквально все равно: где находиться, с кем общаться, а напрягаться он будет только по тем пунктам, какие сам выберет. Любопытно, он вообще смущается? Ну хоть изредка – я бы глянула.

– Анна Андреевна, откуда вы все-таки про слухи узнали?

– Да какая вам разница? – отмахнулась я.

– По той же причине, – он глянул прямо. – Не хочу думать на тех, кто не виноват. – Дмитрий выдержал паузу и добавил еще один аргумент: – Если хотели уколоть именно вас, то не допустили бы, чтобы вы остались не в курсе. Скажите, кто «по-дружески» доложил – и получите хоть одного подозреваемого.

И снова ошибся. Я тяжело вздохнула и все-таки призналась:

– Сама увидела. Я в том паблике состояла еще в те времена, когда вы пешком под стол ходили!

– В колыбельке соску сосал. Я ж как раз до четырнадцати лет только этим и занимался. – Он поставил чайник на стол, а сам сел напротив. – Что у вас за странная манера при любой возможности подчеркивать, что вы меня старше лет на сто? И под каким же вы именем в той группе?

– А вот это вас вообще не касается!

– О-о-о, таинственность, – безэмоционально протянул он. Посмотрел на заварник и решил дать ему еще время настояться. – Придется напрашиваться в друзья на ваш реальный профиль. Примете заявку?

Он не стал откладывать в долгий ящик – вынул из кармана телефон и пощелкал по экрану. А мне было лень искать свой сотовый в сумке, потому сразу честно предупредила:

– Отклоню. А то еще решите, что нам теперь можно за жизнь трещать и голосовые друг другу слать. Кстати говоря, Дмитрий, я заодно видела, как вы ту волну остановили. Странно, что не сразу, но и на том спасибо.

– Не сразу? – он будто удивился. – Вообще значения не придал, пока ваш ухажер не устроил истерику. Какая мне разница, у кого какие отношения?

Я от возмущения глазами захлопала. Он ведь специально провоцирует – и надо же, удается!

– Дмитрий, только не говорите, что вы тоже поверили!

Дизайнерский детеныш-переросток беззаботно пожал плечами.

– Даже не думал об этом. Но видел фото, где вы с ним обнимались. Или вы всех желающих жамкаете? Где вставать в очередь?

– Нет, конечно! – я почти закричала. – Шутки тут неуместны! Это был первый и последний раз, а остальное – несчастливое совпадение и чья-то месть за несданный зачет или заваленную курсовую. – Я сделала паузу и подумала, что в таких обстоятельствах могу себе позволить проявить любопытство: – Но с тех пор стало интересно, кем же работает ваша мама, если она для всех страшнее, чем папа?

Он снова встал, взял с верхней полки чашки и принялся методично разливать чай. Объяснил на ходу:

– Мама после развода у отца достаточно имущества отжала, половину продала – и может до конца своих дней не думать о заработках. Но для души руководит салоном красоты.

– Не поняла, – я нахмурилась. – Тогда с чего все взяли, что она то ли прокурор, то ли генерал армии хакеров?

Дмитрий бросил на меня короткий лукавый взгляд:

– Понятия не имею. Еще на первом курсе кто-то ляпнул, а я не стал отрицать. Ишь, где пригодилось.

Я расхохоталась. Да, иногда действительно лучше проявлять разумное безразличие ко всему происходящему. И это настолько хорошо вписывается в его характер, что вызывает чувство, близкое к восторгу. Так, что-то я заразилась пофигизмом и совсем расслабилась. Где там мой чай? Но Жуковскому, очевидно, нравилось мое настроение – и он собирался поддерживать его любыми способами:

– То есть с тюленем Евгением у вас ничего не было?

– Я вас сейчас ударю! – вновь закипая, пригрозила я.

– А полегчает? – без труда отразил он и сразу же сменил пластинку: – Ну, он ведь какой-то местный гений, фаворит всех преподов, поэтому и главный кандидат, на кого вам западать. Да я просто шучу. Почему вы так сильно из-за этого паритесь?

– Да потому что