Я не ваша, босс - Надежда Марковна Борзакова

Он взял мою руку, перевернул ладонью вверх. И стал задумчиво водить большим пальцем по линиям.

— Да. Просто проблемы, которые сам же и создал по собственной тупости бесят сильнее всего. Я так увлекся достигаторством, что не заметил как именно оно и стало единственной целью, затмив понимание нужен ли мне результат.

Я мало что поняла из сказанного им, потому смогла только кивнуть.

— Моя девка хотела красиво жить, — он лег затылком на спинку дивана, — А я… Я был зеленый, ввязался в тему з бизнесом, прогорел и она ушла. Причем не просто ушла, а к мажору. Я стал пахать, поднялся… Она от него ко мне ушла. По крайней мере, так мне сказала. Я женился. Рад-счастлив был, капец как. Тому, что получил ее, добился своего. Только позже понял, что кроме этого мне ничего и не надо. И она не нужна. Блядовал…

Марк говорил все медленнее, слегка заплетающимся языком. Я еще так, словно забыл о моем существовании. Словно просто озвучивал свои мысли для самого себя.

— Но она залетела. Это меня как-то развернуло. Сам ведь отца не знал, а мать свалила типа на заработки. Не мог позволить своему ребенку расти так же, как сам. Но ребенок… Выкидыш случился. Типа. Я себя винил, думал, нервы ей мотал, может поэтому. Позже выяснил, что она аборт, оказывается, сделала. Не хотела детей от меня. Из-за измен…

Его тяжелые веки сомкнулись. Пальцы все это время державшие мою руку, расслабились. Словно сказанное отняло последние силы, заставив сдаться усталости и алкоголю.

Я осторожно встала. Развернула лежащий на другом конце дивана серый плед и укрыла Марка. Потом потушила свет, погрузив комнату практически в полную темноту, нарушаемую лишь светом уличных фонарей за окнами. Но мне в этой темноте не было некомфортно. Откровенность мужчины шокировала меня и в то же время позволила узнать его. И перестать бояться.

Забравшись с ногами на диван, я какое-то время смотрела как играют уличные огни на потолке, позволяя мозгу пытаться переварить услышанное. И в какой-то момент уснула.

А когда открыла глаза было уже утро. Сырое, пасмурное, февральское утро. Настенные часы показывали шесть часов. Понимание, где я мигом прогнало остатки сна. Повернув голову я увидела, что Марк все еще спит. Даже положения не поменял за все эти часы.

Медленно встав, я пошла искать ванную. Нужно хотя бы умыться, ведь как бы там ни было, а на работу идти придется.

Ванная обнаружилась довольно быстро. Джакузи, обычная ванна, большая душевая кабинка — в ней было абсолютно все, выбирай, не хочу. Но мне достанется только умывальник. Раздеваться даже за закрытой дверью я не готова.

Из зеркала на меня смотрело отекшее чучело. Вот что бывает, если мало спать в неудобной позе, да еще и предварительно прорыдавшись. К счастью после пары минут умывания холодной водой, вид стал лучше. Накрашусь, так вообще отлично будет. Но это уже в офисе. А пока надо бы сообразить что-то на завтрак. В холодильнике обнаружились яйца, молоко, сыр и даже какие-то сосиски. Причем нормального срока годности. Выходит, кто-то все же иногда есть дома. На столе стояла практически пустая бутылка коньяка и стакан, а на полу валялась пробка и акцизная марка. Я вспомнила, как он пил после звонка бывшей. Мамочки… Он вообще сможет проснуться после такого количества алкоголя?

Убрав это все подальше я, стараясь не греметь, нашла сковороду, пару тарелок и миску, чтоб смешать ингредиенты для омлета. Включила варочную поверхность, поставила на нее сковороду. Порезала сосиски, смешала их пятью яйцами в миске и отправила готовиться.

Повернулась налить воды и вскрикнула от неожиданности. Прислонившись плечом к перегородке, Марк стоял и наблюдал за мной. Даже помятым с похмелья он выглядел так, что хоть бери и выпускай на какие-то важные деловые переговоры.

— Привет. А я тут… Решила завтрак приготовить, — ощутив запоздалую неловкость от того, что шарилась по его кухне, пролепетала я.

— Сто лет для меня никто не готовил, — сказал Марк.

Налил воды в стакан и залпом его осушил.

— Кофе будешь? — спросил меня.

— Да.

Пока он делал кофе, я разложила омлет в тарелки и поставила на стол. Потом положила рядом приборы. Налив воды в стакан, сделала пару глотков. По кухне разнесся крышесносный аромат кофе. Когда Марк поставил передо мной чашку, я склонилась над ней и глубоко вдохнула.

— Слушай, — начал он, отправив в рот кусочек яичницы. — Я не сильно помню, чем закончился вечер. Все нормально?

Интересно, какую именно часть конца вечера он не помнил?

— Более чем. Ты не хамил, не приставал, не предлагал всякие мерзости. Честно говоря, пьяным ты мне больше нравишься, Марк.

— Угу, значит трезвым просто нравлюсь, правильно? — дерзко подмигнул он, заставив покраснеть.

Я демонстративно промолчала и принялась за еду.

— Не спеши, успеем. Тут пятнадцать минут езды.

— В смысле, успеем? — выпалила я. — Я с тобой на работу не поеду.

— Почему?

— Потому, Марк, что ты мой босс. Точнее, босс моего босса. Еще и женатый. И мне вообще ни к чему сплетни, если вдруг ты этого сам не понимаешь.

— Не любишь сплетни, значит, — вмиг посерьезнев, проговорил Войт. — Надеюсь, не только о себе, но и о других?

Синие глаза впились в мое лицо. Вспомнил, что рассказал мне о своем прошлом, выходит. А, может и не забывал ничего, а просто проверял меня.

— Хотя бы о тех, о которых сплетничать очень и очень опасно.

— Марк, я никогда не использовала чужое доверие во вред этому человеку и не собираюсь начинать. Хоть тебе это явно странно, но это так.

— Я отвезу тебя на работу, — твердо сказал он после паузы. — И подрежу все длинные языки, если придется. Вкусная яичница, кстати. Спасибо.

С этими словами, он залпом допил кофе и вышел из-за стола. Машинально я отнесла наши тарелки в мойку. Вымыла их. Потом побродила по квартире, рассматривая стильный и лаконичный интерьер, который, вопреки мнению Марка, должен довольно неплохо подходить такому человеку, как он. Современно, функционально, ненавязчиво показательно. Ничего лишнего.

— У тебя на осталось двадцать минут на сборы, — донеслось из-за спины.

Я обернулась. Марк стоял в нескольких шагах от меня. Мокрые волосы были откинуты со лба, подчеркивая жесткие линии скул и подбородка. Синие глаза жарко горели, наблюдая мое смущение от того, что стоял передо мной Войт в одном только полотенце на бедрах.

На смуглой коже поблескивали капельки воды. Не густые темные волоски покрывали рельефную грудь и тонкой полоской уходили по животу