Мой личный ад - Галина Колоскова

В душе страх и протест. Он ничего не сделал плохого лично ей. Пашу она знает всего ничего, чтобы ставить на весы его и отца. Как остаться с обоими? Сердце сжимало от желания хоть раз пообщаться с отцом. Почему должна выбирать?

Стук в дверь вернул в реальность.

– Ада Владимировна, выходите.

Она открыла дверь, пригласив Артёма в свидетели, и сняла на смартфон.

– Вы видели кого-то? Дверь забыли закрыть или была вскрыта?

– Нет! Я не защёлкнула. Торопилась.

– Кто-то был рядом? Или в коридоре?

Ада отрицательно качала головой. Иначе ни за что не зашла бы в комнату.

– Нет! Выходила рыжеволосая девушка. Больше никого.

– Посмотрим, кто такая! – Тёма наспех вытер зеркало влажной салфеткой, и набрал начбеза, выйдя за дверь.

Ада не отставала.

– Что мне делать?

Телохранитель копировал поведение босса или тоже из хладнокровных? Он говорил спокойным голосом мудрого удава:

– Это не было угрозой. Скорее запугиванием или кто-то хочет вас поссорить. Идите спокойно на осмотр. Я буду ждать вас.

В это время Павел сидел в ресторане напротив распушившей перышки Дины.

Тихая музыка. Едва слышный шёпот беседующих за обедом людей. Хорошее освещение. Вкусная еда на застеленном белоснежной скатертью столе.

Дина заказала всё лучшее. Любила красиво жить.

– Я хочу вот такую сумму! – она протянула смартфон с калькулятором. – Поверь, оно того стоит.

Паша хищно оскалился. Он заплатил бы, не покусись она на то, что считал своим. Длинные пальцы сжались в большие кулаки.

– А я хочу свернуть тебе шею и непременно сделаю это, если ответишь неправильно, – в серых глазах холод расчётливого зверя. – Сколько заплатит тебе Тихон, раз ты согласилась пойти против меня и облила Аду вином в нужное ему время.

– Какой Тихон? – лицо красотки стало бордовым. – Я случайно оказалась рядом с малолетней шлюшкой и сорвалась, но…

Павел прервал бесполезный поток слов мерзавки.

– Сказки станешь рассказывать на том свете. Мне тереть по ушам не стоит, могу сорваться, и ты останешься в туалете, где мечтала увидеть смерть моей девочки.

– Твоей? – Дина скрежетала зубами. – Давно ли?

Он смотрел на дрожащую от гнева любовницу, брезгливо опустив уголки губ.

– Не по тому поводу злишься. Рассказывай, что знаешь, а я решу прощать тебя или отправишься кормить червей.

– Тебе жалко денег?

Павел с сожалением смотрел на красивую женщину. Он перегнулся через стол. Большой палец прошёлся от уголка больших глаз по нежной коже, пухлым губам, до подбородка с ямочкой, оставив за собой чёрно-алую полосу.

Дина приняла жест за ласку. Она закрыла глаза, потираясь щекой о сильную руку. Его запах на каждом кончике умелых пальцев. Многое отдала бы, чтоб навсегда остаться в его постели.

Слова циника оказались ушатом воды:

– Мне жаль времени, что приходиться на тебя тратить. Думаешь, я не отследил твои звонки и не просмотрел камеры? – Он поднялся. Сто долларов легли на скатерть. – Разговора не получилось. Прощай! Венок на похороны пришлю.

Она вцепилась в руку.

– Паша, Пашенька! Прости. Я от ревности. Пригрозил сломать ноги, если не соглашусь. Следил за мной… – Она тараторила, перескакивая с одного на другое. Страшно оказаться между наковальней и молотом. – Нам так хорошо вместе было. Зачем тебе малолетка? – чёрные глаза смотрели с мольбой. – Из нас такая красивая пара получится. Детей тебе нарожаю.

Павел скривился. О том, что не женится, обговаривал в самом начале. Терпеть не мог врущих и унижающихся женщин

– Тихон ноги, а я шею. – Он вырвал руку из цепких пальцев. – За лоха принимаешь? Твоя «ревность» могла стоить Аде жизни. Я обещал сестре защитить её дочь. Ответите все!

Дина с испугом смотрела в стальные глаза. Он развернулся к выходу. В этот раз зашла слишком далеко. Чувствовала, что не выкрутится. Страх, осязаемый, от мощной фигуры удаляющегося Семёнова. Холод ледяными щупальцами сжал сердце. Зачем деньги мёртвой? Она прокричала в широкую спину:

– Это Антон! Прости!

Обедающие с любопытством посматривали на ссорящуюся красивую пару.

Паша вернулся за стол.

– Не ори! Говори, что знаешь. Сравню с тем, что есть у меня. Подумаю, стоит ли информация твоей никчёмной жизни. Но в любом случае из Москвы свалишь! Попадёшься ещё раз на глаза – не обижайся!

Ада оглядывалась, садясь в машину. Ощущение, что смотрят в спину, не отпускало. Желание забиться в угол и не выглядывать. Поганое ощущение, что от тебя ничего не зависит. Что будет, когда Павел уедет? Запрятаться под кровать на неделю? Ада вздохнула, собирая волю в кулак. Он ещё в Москве, а она уже умирала от страха.

– Тёма, есть на камерах, кто заходил в туалет?

Он кивнул, выруливая на дорогу.

– Да! Вадим сказал, что сначала покажет видео Павлу Сергеевичу.

В сердце кольнуло. Ада задавала вопрос, догадываясь, каким будет ответ:

– Он знает кто та девушка?

– Скорее всего. Но это не моё дело.

Вишенкой на торте стали сброшенные анонимом сообщения. Несколько фотографий Павла, обнимающегося с незнакомкой. Вот откуда рыжая тварь знает про их отношения.

Ада закрыла глаза. В животе холодная пустота Руки дрожали. Бедное сердце стучало колёсами скорого поезда.

Дина, Лида, девушка, написавшая на стекле. Всё замыкалось на Паше. Ревность, недоверие, надёжность, злость, уверенность, восхищение – эмоции, вызванные одним человеком.

Отказаться от него, поверить явным соперницам? Не дождутся! Она станет судить по отношению к себе. Дину из дома выкинул. Лиду грубо осёк.

Рыжая, явно обиженная им или в сговоре с врагами. Веры никому из них нет!

Ада смогла глубоко вздохнуть, избавившись от желания поверить в предательство, устроить истерику и сбежать.

– Куда едем? – Артём смотрел в зеркало заднего вида.

– Паша сказал, ты знаешь, где можно одеться с ног до головы?

– Конечно.

– Давай, сделаем из меня достойную спутницу Павла Сергеевича?

Телохранитель одобрительно хмыкнул.

– С удовольствием!

Она не знала, что поступает совершенно правильно. Именно, чтобы вызвать желание сбежать из-под крыла Павла была направлена последняя провокация.

В этот момент он сам находился в кабинете офиса, сжимая пальцами любопытные выписки…

Глава 18

Ада выходила из бутика в новой одежде. Стильная, очень красивая молодая девушка с ослепительной улыбкой на лице. Накрапывающий дождь не мог испортить настроение.

– Артём, я хочу посмотреть, где Паша работает.

Тот хмыкнул, неправильно поняв вопрос.

– Это нереально! По всей стране и не только.

Порывом ветра кленовый лист приклеился к широкой скуле телохранителя. Ада встала на цыпочки, чтоб снять жёлтое письмо осени. Она закусила губу, касаясь тёплыми пальцами мокрого лица Артёма.

– Я