Ночная помощница - Майя Марук

- Это я должен тебя спросить, что случилось! Как это понимать?!

Тамер бросил на стол претензию, которую принесла секретарь, и подождал, пока жена с ней ознакомится. Леда спустилась вниз и посмотрела на документ. Она уже поняла, почему Тамер так зол, но не была готова к тому, что этот документ попадет к нему в руки, а не к ней.

- Я не понимаю, - волчица смотрела в бумаги и пыталась достоверно изобразить удивление, - это проект Арис. Мы только его изготовили по ее чертежам. Неужели?!

— Волчица картинно уронила лист, который только что читала и прикрыла рот ладонью. — Неужели она настолько тебя ненавидела, что испортила заказ?! Не могу в это поверить! Может, ошибка на производстве?

Тамер был настолько ошарашен игрой волчицы, что даже забыл о том, что минуту назад собирался ее растерзать.

- Ты, правда думаешь, что я не ознакомился с проектом, который утвердила Арис?

- Ты не мог с ним ознакомиться. — Хмыкнула волчица. — Все проекты твоей бывшей жены лежат у меня в кабинете.

- Все проекты моей бывшей жены, Леда, лежат не только у тебя в кабинете! Они еще лежат на производстве! У заказчика! У меня! Тебе гормонами мозги отшибло? Или ненавистью?! Зачем ты нас подставляешь?!

- Я ничего не сделала! — Продолжила упорствовать волчица.

- Не ври мне! — Взбесился Тамер и правая рука стала больше, покрылась шерстью, вместо ногтей появились когти.

- И что ты сделаешь? Изобьешь мать своего сына?! — Леда швырнула в мужа безликую диванную подушку.

Тамер успел от нее отмахнуться и замер.

- Ты беременна?

- Да! — Соврала волчица.

Тамер побледнел и плюхнулся в кресло. Леда медленно опустилась на диван, еще не понимая, в какое дерьмо она только что вляпалась.

Глава 11.

Конни

Графиня осмотрела предоставленные ей апартаменты и поморщилась. Квартира была неплохой: три спальни, небольшой будуар, бар. В общем, здесь было все, что нужно для более или менее комфортного проживания, но рассчитывала она на большее. Тут даже элементарной прислуги не было и ей пришлось самостоятельно справляться с одеждой!

- Надо будет кого-нибудь нанять на время.

Конни выдохнула, расстегнула боковую молнию платья и рухнула на диван, закинув стройные ножки на мягкий подлокотник. Вино, выпитое у барона, неприятно шумело в голове, мысли хаотично прыгали из стороны в сторону и никак не хотели остановиться.

Встреча с Руфусом прошла не так удачно, как планировала графиня. В ее фантазиях Руфус должен был оставить все свои дела, и как минимум провести с ней день. А как максимум исполнить ее самые необычные эротические фантазии ближайшей ночью.

Впрочем, барон не был похож на любителя фантазий. Эта мысль заставила Конни поморщиться и вспомнить, что у вампиров в целом с фантазией плохо. По крайней мере все, с кем она имела дело, интерес к сексу как к таковому, потеряли году на трехсотом вечности.

- Может, и он такой же? — Спросила сама у себя Конни. — Как тогда мы будем вместе жить?

Возвращаясь на родину, графиня была уверена, что уже через неделю после встречи с Руфусом он сделает ей предложение, от которого она не сможет отказаться. Все знали о его черном сердце. А еще все знали, что это сердце досталось тому, кто отчаянно жаждал отношений. Луна иногда любит пошутить. Это обстоятельство и делало Руфуса идеальной жертвой для графини: красив, богат, вечно свободен. Но что-то она упустила.

Конни заложила руки за голову и посмотрела в идеально белый потолок.

- Я была уверена, что нравлюсь ему. И на празднике он не отходил от моей юбки.

Она медленно тянула слова, как будто от этого зависел успех всего мероприятия. Дела графини в последние годы шли не очень хорошо. Наследство, оставленное первым мужем, давно закончилось. Настолько давно, что Конни уже и не помнила, осталось ли хоть что-нибудь у нее от покойного графа, кроме заложенного поместья. Руфусу она рассказала жалобную историю о том, что не может находиться в доме из-за воспоминаний. Но на самом деле, там элементарно не осталось ни мебели, ни техники, даже подсвечники и столовое серебро в свое время были распроданы.

Долгие годы финансовые дыры Конни пыталась закрывать удачными браками с бизнесменами. Сначала она вышла замуж за владельца виноделен. Его звали Эдуард, и двадцать лет Конни наслаждалась чистым горным воздухом. Эдуард был человеком добрым, безумно любящим, но скучным. Его единственным увлечением было вино. Он днями пропадал в своих погребах, забывая о еде и нормальном отдыхе. Часами рассказывал ей о винах, букетах, ароматах. Ничего интересного в этом Конни не видела, но терпела. Тогда она еще боялась снова остаться без средств и с радостью играла роль идеальной жены. Когда становилось совсем невыносимо, Конни напоминала себе, что люди хрупки и не вечны. Становилось веселее, и жизнь на винодельне переставала казаться такой тоскливой. Её смирение было вознаграждено миллионным наследством. Тогда графиня решила, что ее финансовые проблемы решены, продала дом, виноградники, погреба с коллекционными винами и отправилась жить свою лучшую жизнь.

Миллионов Эдварда хватило ровно на тридцать лет. Чтобы не остаться на мели, Конни снова вышла замуж. В то время мир только-только начал присматриваться к кинематографу. Ее следующим избранником стал режиссер по имени Миро. Не то, чтобы у него было много денег, но он отлично пускал пыль в глаза и то, что дом, дорогие автомобили и студия были давно заложены банкам, графиня узнала только после трагической кончины супруга.

Чтобы закрыть долги она снова распродала имущество, рассчиталась с кредиторами и начала присматриваться к банкирам. Третий брак был как никогда прибыльным и интересным. Это был первый мужчина, который ей изменял, и которому изменяла она. Правда, если измены мужа были спровоцированы холодностью вампирессы, то сама Конни изменяла ему чисто для ровности счета. В общем, это был один из немногих союзов, о котором она вспоминала с удовольствием.

Потом был еще Юзеф, Арчибальд, Вильям. И посредственный художник - Юнг. Художник в ее жизни появился в период активного «междумужья». Он неплохо ее содержал. Тогда цветастая мазня была в моде. Официального брака они так и не заключили, но в завещании художник передал ей несколько картин. Конни уже не помнила, что там были за полотна. И не была уверена, что вообще видела их, а не продала через галерею. Столько лет с тех пор прошло.

Мужья умирали, наследство испарялось, и нужно было