Замуж не напасть - Антонина Циль

Что-то зашуршало на обочине. Раздался топот, словно какое-то скрытое кустами существо продиралось к дороге. Гуля лениво рыкнул, не отрывая носа от следа – нежить взвизгнула и ломанулась наутек. Я приободрилась. С таким защитником опасный путь по ночному городу стал казаться обычной вечерней прогулкой.

Но потом (мы дошли до незнакомой части Фейтауна, которую я бы скорее назвала трущобами) Гулька насторожился и внезапно сам стал зарываться в кусты у обочины. Я полезла за ним, с замиранием сердца предполагая, что найду в зарослях.

— Тони! — вскрикнула я, увидев мальчика, лежащего у грязного ручья.

На мой возглас нестройно откликнулись окрестные сторожевые псы, но Гуля опять негромко рявкнул, и кабысдохи уважительно примолкли.

Я уже вытаскивала Тони из грязи. К счастью, он был жив. Почувствовав, что его двигают, малыш застонал и открыл один глаз.

— Нет, тэнья Хе..лена. Не надо. Они и вас…

— Поговори мне тут еще, — сердито буркнула я, натягивая перчатку малыша себе на руку.

С перчаткой (а она действительно работала) мальчик показался мне совсем невесомым. Он и был невесомым – таким хрупким, что прощупывалась каждая косточка.

Я несла его на закорках, поддерживая рукой в перчатке, и тихо ругалась. В адрес тех, кто в этом городе игнорировал проблемы сирот. И тех, кто заправлял гильдиями и творил что хотел ради своих интересов.

Тони бессознательно хватался за мою шею, но то и дело проваливался в забытье. Тогда его рука соскальзывала. Я не совсем понимала, что с ним. Вытащив мальчишку под фонарь, я тщательно его смотрела. На нем не оказалось ни царапин, ни порезов, ни синяков. Тем не менее кожа Тони была холодной и сухой, глаза безжизненно закатывались под веки.

Гарпия следовала за нами, перелетая от дерева к дереву. На вопрос, где мне искать лекаря, она раздраженно ответила, что лекарь уже здесь. Тони не ранен, а высосан. Кто-то скормил его какой-то нежити. Мальчишке повезло, что он жив. И что я умею отдавать вит.

— Я сбежал, — услышав наш разговор, тихо отозвался малыш. — Там у них был иглоспин... маленький еще... повезло...

Я снова выругалась и ускорила шаг. В доме я еще раз тщательно смотрела мальчика, убедившись, что все его потери – чисто энергетического характера. К счастью, нитей у меня хватало. Но они мне и не понадобились: я всю дорогу чувствовала, как мой вит перетекает в тело малыша, там, где оно касалось моего.

И это работало.

К тому моменту, как я влетела в дом, Тони дышал ровнее, а на щеках появился легкий румянец. Тогда я просто положила руки на грудь мальчику и отдалась на волю ощущений и интуиции. Тело ребенка поглощало мой вит, как сухая земля впитывает воду. Вскоре я сама пошатнулась и присела на стол рядом с кроватью. Перед глазами плыло, сердце сбивалось с ритма.

Я чуть было не отключилась, но что-то ткнулось мне в ладонь. С трудом раскрыв глаза и посмотрев вниз, я чуть было не рассмеялась: Гуля принес обглоданную кость и пытался вложить ее мне в ладонь.

— Спасибо, что поделился едой, Гуленька, — я погладила пса между ушами. — Намек понят.

Придя на кухню, я выставила всю еду на стол из холодильного шкафа. Сначала набросилась на мясо, потом на хлеб и овощи. Сладкие фрукты окончательно придали мне сил. Конечно, придется готовить заново, но у меня есть продукты, огненные камни и, главное, обновленный вит. Сон, разумеется, тоже не помешает.

Заснула на диване, едва голова коснулась подушки. Гуля остался в спальне сторожить сон Тони.

На рассвете пес пришел в гостиную и лизнул меня в руку. Я тут же подскочила и бросилась в спальню.

Тони сидел на кровати. Он выглядел гораздо лучше, просто ему захотелось в туалет. Я помогла мальчику дойти до ванной, а внутри он справился сам.

Сил у него пока было маловато, но он настоял, чтобы сообщить:

— Это гильдейские. Они меня поймали, посадили в клетку. Сказали, что теперь я буду работать на них, но вначале они меня проучат. Посадили рядом иглоспина… Мне стало так грустно… так уныло… Но я собрался с силами… Тэнья Хелена, вам нужно спрятаться, а мне уйти. Они придут сюда.

— Никуда ты не пойдешь. Пусть приходят, я пошлю гарпию за жандармами.

Немного поев, ребенок опять заснул, но уже спокойным, почти здоровым сном.

Я же сидела на кухне, рассеянно перемешивая мед в чае и размышляя.

Вряд ли гильдийские отстанут. Они, должно быть, уже заметили пропажу. Если у меня есть ищейка, то почему бы трущобным королям не иметь следопытов. Значит, скоро нас найдут. Кстати, Гуля передвигался не по следам – Тони ранее прошел другой дорогой – а по «указателям», особым энергетическим меткам, доступным борурам, за что они, собственно, и ценились.

Словно в подтверждение моих слов, в дверь громко постучались. Замолотили, как будто хотели ее вынести. Странно, но страха у меня не было. В душе воцарилось удивительное спокойствие.

К тому же я видела, как дежурившая на яблоне гарпия, сорвалась с ветки и улетела прочь. За жандармами, знала я. Это входило в обязанности хищной птички – уведомлять об агрессивных нарушениях частной собственности. Я снова натянула перчатку Тони и встала со стула.

Я открыла дверь, и ночной гость сразу втиснулся в прихожую, заполонив собой все пространство. От одного только взгляда на этого человека можно было бы сдаться без борьбы, но я покрепче стиснула пестик в одной руке и перчатку на другой.

Ты хозяйка этого места? — прогудел гость.

Это был здоровяк на две головы выше меня, такой кряжистый, что напоминал орков из нашего фэнтези. Пах он тоже... соответственно. Никаких длинных ушей и торчащих зубов я не увидела. Зато лоб под круглым котелком был как у пещерного человека.

— Ну я? — отозвалась неприветливо, чтобы сразу обозначить статус. — А ты кто таков? Я тебя внутрь не приглашала.

— Я кто? — мужик неприветливо оскалился. — Я тут по долгу службы. Из Гильдии я. Наш