Последняя - Ольга Вадимовна Гусейнова

Я иронично хмыкнула. Понятно теперь, отчего драконья щедрость. Если про создание своего клана даже последышу мысль пришла, что говорить про других. Вот изначальные и одарили девушек, предполагая, что большинство уж точно отправится восвояси их тратить или преумножать. А немногих оставшихся без особых проблем нашли бы куда пристроить.

– Ну что, идем? – я возбужденно уставилась на духа, готовая к подвигам.

– Вам действительно стоит поторапливаться, – сказала вошкана, подлетая к двери.

Сегодня я вновь столкнулась в коридоре с Ильдирой. Наверное, наши покои по соседству. Как и я, она надела зеленое платье, но предпочла украшения из желтых топазов – ожерелье и браслеты. Ее светлые косы, уложенные короной на голове, венчала диадема из того же набора сродни королевской. Вкупе с белыми крыльями, она и впрямь походила на королеву. Сперва я расстроилась: почему бы и мне было красиво не уложить волосы? А то рядом с ирлингой я с незатейливыми косами выглядела девочкой-подростком. Пришлось одернуть себя: не рановато ли в королевы метить начала, неужто вчерашнее испытание, когда на троне сидела, сказалось?

– Доброе утро, даки Эйкана, – первой приветствовала меня ирлинга нежным, певучим голосом.

– Доброе утро, даки Ильдира, – так же любезно ответила я.

Моя попутчица немного посторонилась, таким образом предлагая присоединиться к ней. Следуя за своими вошканами, мы молча спустились в просторную переднюю и затем вышли наружу. Нас поселили в здании в глубине парка и до места нынешнего сбора в зале академии нужно будет пройти с треть версты по широкой песчаной тенистой дорожке. Указав нам направление, вошканы растворились в воздухе.

От пруда, поблескивающего среди деревьев, в нашу сторону направлялась болотница элевейка, очень довольная собой, посвежевшая. Кожа вновь стала светло-серой, густые темно-зеленые волосы шевелил ветерок, небольшие корявые рожки сверкали россыпью драгоценных камней. Впрочем, сегодня болотница сверкала с головы до ног. Наверное, большую часть подарков изначальных нацепила, чтобы разом всем угодить.

Мы с Ильдирой, несколько оторопев от такого количества сразу надетых украшений, одновременно пожелали болотнице:

– Доброе утро…

Но болотная принцесса, одарив нас презрительным взглядом, правда сперва с досадой, придирчиво осмотрев наши украшения, молча прошла мимо, будто мы пустое место.

– Не тратьте на подобных вежливость и время, – сухо посоветовал кто-то за нашими спинами.

Оглянувшись, мы увидели знакомую нагу в черном глухом платье с широкой юбкой. Ее черные волосы блестящим, идеально гладким полотном струились до пояса, контрастируя с белым лицом, на котором выделялись яркие черные глаза. На ней я не заметила украшений.

Нага окинула нас насмешливым взглядом и, обогнав, добавила напоследок:

– Любой обитатель даже мелкого заросшего пруда, где квакают лягушки, считает себя выше всяких земляных червей, тем более каких-то пернатых.

Вот змея! Можно бы и оскорбиться за сравнение барсов с земляными червями, да только сама много раз слышала, как ото Уршак также нелестно отзывался о жителях других миров. Особенно водных, считая их не лучше ядовитых угрей, обитающих в шаграйских болотах. Хуже того, жителей Шакара, откуда родом нага, он без стеснения называл на уроках именно земляными червями. Так что для душевного спокойствия лучше счесть, что она себя, а не барсов имела в виду.

Хмыкнув, я пожелала уже в спину насмешнице-наге:

– И вам доброе утро, даки!

Она обернулась, смерила нас с ирлингой нечитаемым взглядом и вновь удивила:

– Даки Рисаш.

– Даки Эйкана.

– Даки Ильдира, – завершила знакомство на ходу моя крылатая спутница.

Хотя, уверена, все трое понимали: будучи здесь с определенной целью, о дружбе речь не шла. Но хотя бы врагами не стать, уже хлеб.

У высокого красивого здания – одного из корпусов академии, который выделили невестам для занятий, – собралась небольшая группа девушек. Как выяснилось, потому что заходили внутрь по одной и давали клятву о неразглашении всего, что узнаем или увидим во время отбора. Причем, не только об изначальных, но и соперницах. Клятва дается на крови, такую, если и захочешь, не нарушишь и не обойдешь. Ведь ситуации бывают очень разные, так что очень верное решение.

Прямо в просторной передней, куда пригласили, открыв дверь, стражи в красной, расшитой золотой нитью форме, меня с коротким вежливым поклоном встретил даки Орхаран. Я с содроганием протянула прямо-таки огромному в непосредственной близости распорядителю руку, он мягко подхватил ее своей пышущей жаром «лопатой» и аккуратно, под мой тоненький писк провел острейшим лезвием ритуального ножа по подушечке ладони. Пролитая во время дачи клятвы кровь капала в чашу с пылающим в ней огнем и сгорала в магическом пламени, о чем я догадалась благодаря обретенному дару.

Порез немедленно затянулся, стоило отзвучать словам клятвы. Даки Орхаран с одобрительной улыбкой сказал мне идти в зал для приемов, указав на великолепные резные двери.

В большом светлом помещении с витражными окнами, красивыми колоннами и лепным потолком ждали остальных уже давшие клятву невесты. Как и в прошлый раз, некоторые сразу заняли место у возвышения.

Вскоре я услышала знакомый шорох чешуек. Оглянувшись, увидела, что справа встала Рисаш, затем слева прошелестела крыльями Ильдира. Тоже в паре шагов от меня, видимо, чтобы, не приведи нелегкая, никто не подумал, что мы вместе. Или подругами заделались. Ну и ладно, внушительные размеры зала позволяли не тесниться.

Когда собралось не менее трети невест от первоначального количества, я очень удивилась щелчку закрывшейся двери, по бокам которой замерли суровые стражи. Краем глаза отметила, что не только сама растерянно оглядывалась. Многие задавались вопросом: неужели испытания на разум и силу духа прошла лишь треть участниц? Рисаш и Ильдира заметно хмурились. Вероятно, вспомнили заминку со своим распределением.

Напряженную тишину нарушил гулкий звон колокола. Я невольно дрогнула и вместе с другими устремила взгляд на помост, где, как и вчера, словно из ниоткуда появились десять значительных, мгновенно внушающих почтение мужчин.

Девять изначальных опять красовались в одинаковой, насыщенно-синей одежде с серебряным шитьем, будто на вечернем небе горят звезды. Наверное, одинаковая форменная одежда означает, что все равны как в учебных заведениях, либо намек, что изначальные – основа Колыбели Жизни, наши небеса и звезды, которые они для нас зажигают.

Однако отличие от их вчерашнего поведения я уловила. Сегодня все девять женихов смотрели на девушек иначе, без насмешек, с изучающим прищуром, запоминая каждую.

Вышедший вперед даки Орхаран начал торжественную речь:

– Да благословит вас Великий Ранивир. Да дарует он вашим мирам процветание, а звездам – огонь жизни.

– Да будет так! – одновременно подхватила каждая из нас привычный отзыв. Правители большинства миров, как и на Шаграе, начинали публичное приветствие с этого обращения.

– От имени Ранивира, сердца