Ведьма для ректора-оборотня - Майя Мур

***Факультет Истории и Философии Магии (ФИФМ) — для тех, кто интересуется происхождением магии, её ролью в истории и этическими вопросами ее использования. Студенты изучают древние цивилизации, магические войны и философские труды великих магов. Факультет часто организует экспедиции к местам древних артефактов.

****Факультет Искусств и Творческой Магии (ФИТМ) — Здесь учатся те, кто использует магию для создания искусства: магические картины, оживающие скульптуры, музыка, которая влияет на эмоции, и танцы, способные вызывать природные явления. Факультет славится своими ежегодными выставками и концертами.

Глава 8

Анна

Ведьма переступила порог кабинета ректора, где обнаружила Загорского, сидящего в огромном кресле за своим массивным столом. Его взгляд был прикован к ней, словно он пытался прочитать каждую ее мысль, каждый шаг. Анна не стала дожидаться приглашения — размеренным, уверенным шагом она прошла через кабинет и уселась на ближайший к нему стул.

Молчание повисло в воздухе, как густой туман. Ведьма и оборотень уставились друг на друга, словно два дуэлянта перед поединком. Начинать диалог не хотелось обоим, но Анна, собрав всю свою волю, решила нарушить тишину первой.

— Подозрительных лиц среди сегодняшней компании преподавателей я пока не обнаружила, — начала она, стараясь говорить спокойно и деловито. — Завтра начну прощупывать студентов. Также завтра вам будет предоставлен план здания с отмеченными местами для установки магических устройств слежения.

— Делайте все, что сочтете нужным касательно расследования, Анна… Петровна, — Загорский неотрывно смотрел на нее, его голос звучал ровно, но в его глазах читалось что-то большее, чем просто профессиональный интерес.

— Теперь давайте обсудим наш с вами договор, — Анна открыла сумку и извлекла из нее лист с распечатанными заметками. — Бегать от этого у нас не получится все рав…

Ее слова оборвались, как только она заметила изменение в выражении лица Загорского. Он поднял ладонь, словно предупреждая о чем-то, и через две секунды раздался стук в дверь.

— Александр Александрович, я… — елейный голосок рассыпался, как только женщина, заглянувшая в кабинет, увидела сидящую у ректора посетительницу.

Анна узнала ее сразу — это была одна из тех «кумушек», как она мысленно их назвала, которых видела на утреннем представлении. Женщина замерла на пороге, ее глаза метались между ректором и Анной, словно пытаясь понять, что происходит.

— Марта Дмитриевна, вы по какому вопросу? Вам, если не изменяет память, назначено на завтра в три часа дня, — Загорский безэмоционально взглянул на багровеющее лицо женщины.

— Я… я… просто подумала, что если у вас есть время, мы могли бы сейчас… обсудить мой вопрос, — неловко пыталась выкрутиться Марта Дмитриевна.

— Прямо сейчас вы тратите время, назначенное Анне Петровне. Или это мой секретарь ввел вас в заблуждение, и мне стоит его оштрафовать? — его тон был холодным, но в нем чувствовалась легкая угроза.

— Нет-нет, что вы! Это моя вина! Я пойду, пожалуй! До завтра, господин ректор! Анна Петровна, я подожду вас, давайте вместе пройдемся немного!

«Вот дура», — Анна даже не злилась, ей было впервые настолько неловко от поведения постороннего человека.

— Да, Марта Дмитриевна, я скоро, если позволите, — сказала Анна, стараясь сохранить вежливый тон. — Нам нужно обсудить с ректором некоторые вопросы касательно оплаты моего труда здесь.

Загорский слегка ухмыльнулся, но ничего не сказал. Дверь за все еще багровой дамочкой захлопнулась. Анна вздохнула:

— У вас бдительные поклонницы, ректор. Как в таких условиях мне работать прикажете?

— Вы профессионал, Анна Петровна, — ответил он, слегка наклонив голову. — Уверен, что для вас это не более чем досадное недоразумение.

Анна хмыкнула, но решила не развивать тему. В конце концов, у них были более важные вопросы для обсуждения.

— Если серьезно, эта кумушка не даст нам спокойно поговорить, — шепотом произнесла Анна, наклоняясь к Загорскому. — Сто пудов, сейчас ухо к двери прислонила и слушает. Дай бог здоровья шефу за его предусмотрительность с заклинаниями.

Она снова залезла в сумку и достала оттуда небольшое, изящное зеркало в серебряной оправе. Немного помявшись, протянула его ректору.

— Вот, держите.

Загорский бережно взял зеркальце и повертел его в руках, изучая тонкую работу.

— Красивое. Только зачем мне оно, позвольте узнать?

— Это портал, господин ректор, — объяснила Анна, понизив голос. — Когда доберетесь до дома, откройте его — вот здесь кнопочка, видите? Как откроете, смотрите в него десять секунд, не моргая, и портал перенесет вас ко мне домой. Это, видимо, самая безопасная зона, чтобы общаться без посторонних ушей и глаз.

Ректор стал держать зеркальце еще бережнее, словно оно было хрупким сокровищем.

— Я смогу к вам присоединиться часа через полтора.

— Тогда не будем откладывать. Я пойду, ректор, — Анна встала и направилась к двери, втайне надеясь, что «кумушка» стоит вплотную к двери и ей слегка достанется за проявленное неуемное любопытство и бестактность.

Загорский усмехнулся, заметив ту резкость, с которой ведьма открыла дверь наружу.

К небольшому сожалению Анны, Марта Дмитриевна находилась на небольшом, но вполне допустимом расстоянии от кабинета ректора. Девушка взяла себя в руки, улыбнулась коллеге и с деланным вздохом облегчения произнесла:

— О боже, наконец-то домой! День сегодня промелькнул как одно мгновение, и это без единого занятия со студентами!

— Не переживайте, Анна Петровна, вы быстро втянетесь, — Марта Дмитриевна улыбалась, но эта улыбка совершенно не касалась ее глаз. — Вы обсуждали с ректором… оплату труда?

Женщины неторопливо пошли по коридору.

— Да, ректор любезно выделил время ответить на мои вопросы. О моей ставке, о некоторых правилах. О личных взаимоотношениях с коллегами, оказывается, тут это не приветствуется. Никогда о таком запрете здесь не слышала.

— Да, — немного замялась Марта Дмитриевна. — Вы ведь, наверное, не знаете… Иван Иванович, он… как бы вам сказать… в общем, по его причине ректор испытал много трудностей, подбирая новый персонал. Почему-то ему попадались только легкомысленные барышни, не имеющие никакого представления о границах и правилах приличия! — в голосе Марты Дмитриевна звучала прямо-таки монашеская строгость.

— Не может быть! — Анна картинно вытаращила глаза. — Вы хотите сказать, что Иван Иванович и эти дамы…

— Совершенно верно, моя дорогая! Замужние даже! Все вступали с ним в порочную связь, если вы понимаете,