Украденная невеста. Месть горца - Злата Романова

свою комнату, я сразу направляюсь в душ, проклиная свою мужскую природу. Кто бы мог подумать, что под ее скромными платьями скрывается такая фигура. Я презираю себя за то, что не смог отвести взгляд, презираю за эти неуместные и совершенно непростительные мысли и искушения, которые одолевают меня. Я должен напоминать себе снова и снова, что она не моя настоящая жена и никогда ею не станет, но это не помогает, когда переодевшись, я спускаюсь вниз и обнаруживаю ее на кухне.

Амира сидит за столом и печатает что-то в телефоне, накручивая прядь своих распущенных рыжих волос на палец. На ее лице мелькает довольная улыбка и она действует на меня, как красная тряпка на быка. Решив, что обойдусь без ужина, я ухожу обратно к себе в спальню и сажусь переделывать свое расписание на неделю.

Позже ночью, когда я уже ложусь в постель, раздается тихий стук в дверь. Я игнорирую его, решив, что не буду отвечать ей. Но Амира упрямая. Она зовет меня через дверь:

— Джафар, нам нужно поговорить. Если ты не откроешь, я все равно зайду.

Я не отвечаю, надеясь, что она сдастся и уйдет. Но через секунду дверь открывается и она уверенно входит в мою комнату, как будто ей здесь место. Сделав шаг внутрь, Амира внезапно останавливается, ее взгляд мгновенно падает на мой голый торс, ведь на мне сейчас ничего, кроме трусов, нет, а нижнюю часть тела прикрывает лишь одеяло.

Ее глаза широко распахиваются, щеки мгновенно вспыхивают пунцовым румянцем и она замирает на месте, глядя на меня как на какое-то невиданное чудо или, скорее, как на нечто запретное и неприличное. Я ловлю себя на мысли, что получаю от ее смущения какое-то странное, почти извращенное удовольствие. Я уверен, что сейчас она развернется и убежит прочь, но Амира, к моему удивлению, остается стоять, не двигаясь с места и продолжая смотреть на меня с вызовом и явным смущением.

— Пришла соблазнять меня? — насмешливо спрашиваю я, заставляя ее покраснеть еще больше.

Амира мгновенно отводит взгляд, смущенно выпаливая:

— Не говори глупости! Я пришла спросить кое о чем.

— О чем же? — нетерпеливо бросаю я.

— Мне сегодня звонила сестра. Асад и Мина собираются поехать в отпуск, а Аниса не хочет ехать с ними. Она спросила, можно ли ей погостить у нас это время.

Я уже собираюсь резко отказать, совершенно не желая видеть в своем доме кого-либо из ее семьи, но внезапно в голову приходит другая мысль. Если ее сестра будет здесь, Амира не сможет вести себя так развязно, ей придется соблюдать приличия и оставить меня в покое. Ради этого стоит потерпеть.

— Конечно, — отвечаю я спокойно. — Твоя сестра может остаться на столько, сколько захочет. Что же я за зять, если откажу?

Амира удивленно смотрит на меня.

— Правда? Ты не возражаешь?

— Нет, — подтверждаю я холодно. — Теперь будь добра, исчезни. Я хочу спать.

Амира благодарно улыбается, словно я преподнес ей гребаный подарок, и чуть ли не хлопает в ладоши. Меня бесит ее эмоциональность, эта ее наигранная наивность. Она вся соткана из сплошных противоречий, а я ненавижу это в людях.

— Спасибо, Джафар! Я тебе очень-очень благодарна! Только не веди себя при Анисе, как злой медведь, ладно? Спокойной ночи!

— Вот нахалка! — провожаю ее возмущенным взглядом, когда она захлопывает за собой дверь и выбегает, на ходу снова печатая в телефоне. — Я тебе еще покажу медведя!

* * *

Я просыпаюсь с непривычным волнением, вчерашний вечер не дает мне покоя. Мысли вновь и вновь возвращаются к моменту, когда я неожиданно вошла в комнату Джафара и увидела его почти обнаженным. Перед глазами снова ясно встает образ его широких плеч, мощной груди, рельефных мышц, идеально очерченных даже в тусклом свете комнаты. Я чувствую, как щеки начинают гореть от этих воспоминаний, и пытаюсь стряхнуть это наваждение, но безуспешно.

Я медленно встаю с постели и подхожу к зеркалу, задумчиво рассматривая свое отражение. До этого момента я не осознавала, насколько привлекательным может быть Джафар. Во время его болезни мне было совсем не до того — тревога и забота полностью затмили мои чувства и мысли. Но сейчас, когда он вновь здоров и так невыносимо далек, я впервые отчетливо осознаю его невероятную мужскую привлекательность.

Невольно вспоминаю каждую деталь вчерашней встречи: его надменный взгляд, горделивую осанку и то, как спокойно и уверенно звучал его голос, словно ничего необычного не происходило. В груди снова поднимается тепло и я бессознательно прижимаю ладонь к сердцу, пытаясь успокоить его учащенный ритм.

Волную ли я его хоть немного? Я ведь красивая. Красивее любой среднестатистической женщины, это было очевидно с самого детства. Но одной красоты недостаточно, это я тоже понимаю. Что же мне делать, как заставить его посмотреть на меня другими глазами?

Я заставляю себя сосредоточиться на подготовке комнаты для Анисы, чтобы перестать мечтать о своем муже, как глупая малолетка. Это хорошее отвлечение от навязчивых мыслей и я с радостью погружаюсь в уборку, расставляю вещи, заботливо украшаю помещение, представляя, как обрадуется моя сестра, когда приедет через два дня. Но даже в эти моменты мысли о Джафаре вновь и вновь всплывают в моем сознании, не давая покоя.

* * *

На следующее утро я просыпаюсь рано, чувствуя приятное волнение. Сегодня выходной и я уверена, что Джафар останется дома. Я долго выбираю наряд, решившись надеть свое самое провокационное платье лимонно-желтого цвета, длиной чуть ниже колен, с высоким разрезом, обнажающим бедро, и рукавами-крылышками. Вырез платья красиво подчеркивает мои плечи и верхнюю часть груди, добавляя немного смелости моему обычно скромному образу. Мое сердце бьется чаще, когда я спускаюсь на первый этаж, надеясь приятно удивить его.

Однако мои ожидания мгновенно рушатся, стоит мне только увидеть Джафара. Он уже стоит у входной двери, одетый в брюки и рубашку с закатанными рукавами. Его мускулистые предплечья, покрытые легким слоем темных волосков, заставляют меня невольно задержать на них взгляд. Никогда бы не подумала, что руки мужчины способны быть настолько привлекательными и заворожить. Я чувствую, как краснею, и быстро отвожу взгляд, чувствуя неприятное разочарование от того, что он явно собирается уходить.

— Ты уходишь? — не скрывая грусти, спрашиваю я.

Он резко оборачивается ко мне и на мгновение замирает, его взгляд пробегает по моему платью. Взгляд Джафара становится жестким и неодобрительным.

— Какого черта ты начала одеваться, как дешевка? Веди себя прилично, Амира, — холодно произносит он.

Его слова задевают меня, вызывая раздражение и обиду.

— Как