Черный маркиз - Джо Беверли

— С оттенком некоей таинственности? А Мерлин — имя чародея в сказаниях о короле Артуре и рыцарях Круглого стола — тоже не случайно выбрано для создания таких вещей?

— Это настоящее имя. Кстати, герцог Бриджуотер, чье имя означает строитель мостов, строит каналы и акведуки через реки.

— А Берд — птичка — сочиняет хоральную музыку, соперничая с пением птиц?

В уголках его губ появилась легкая улыбка.

— Удивительно, но кажется, имена предопределяют наклонности человека.

— Имя Аррадейл вряд ли соответствует предмету моих занятий и означает не что иное, как долина Арра. Имя Род-гар наводит на мысль о гневе, милорд. А Бей, как называют вас в семье, — это восточный властитель.

— А Диана — охотница. Интересно, на кого же вы охотитесь? — Прежде чем она нашлась с ответом, маркиз добавил:

— Мне известно, что у вас есть помещение для стрельб, и любопытно было бы узнать, насколько хорошо вы владеете оружием.

Немного смущенная намеком на события прошлого года, Диана поспешно повернулась к детям:

— Идите в детскую. Я распоряжусь, чтобы вам принесли туда игрушки и несколько коробок. — Она вывела их из кладовой и дала указания слугам, затем вернулась и увидела вежливо ожидающего ее маркиза.

— Вы хотите соревноваться в стрельбе, милорд?

— Почему бы и нет? Мужчинам это, несомненно, доставит удовольствие. Кстати, Элф тоже неплохо стреляет. Но мне хочется посмотреть, на что способны вы.

Как хозяйка, она не могла отказать в просьбе гостю, однако, спускаясь вниз по лестнице, спросила:

— Почему вас так интересуют мои способности в стрельбе, милорд? В прошлом году мой пистолет упирался вам в спину, и я едва ли могла промахнуться.

— Но вы промахнулись, стреляя в Брэнда.

— Я была слишком взволнованна, к тому же он двигался очень быстро.

— Вам так хотелось попасть в него?

— Конечно, нет, но этот промах вызвал у меня досаду. А вдруг этот человек оказался бы негодяем и выстрелил в меня?

— Боюсь, вы были бы мертвы.

Диана бросила на него быстрый взгляд.

— Что ж, в следующий раз постараюсь не волноваться.

Родгару было известно, что графиня готовилась к состязаниям. Она достигла высоких результатов без всякой скидки на женский пол. Очень интересно. Впрочем, графиня Аррадейл вызывала у него не только интерес, но и опасения.

Графиня, обладая сильной волей и храбростью, переживает в настоящее время крушение надежд. Из нее получился бы превосходный мужчина. Но она не могла пренебречь своей женственностью и жить мужской жизнью. Это нарушало ее душевное равновесие и делало опасной для него, для других и для самой себя.

Сейчас у него на руках был королевский приказ, касающийся леди Аррадейл. По-видимому, графиня обратилась к королю с просьбой разрешить ей занять место в палате лордов. Это, конечно, выходило за рамки закона — в парламенте могли заседать только мужчины. Родгар, разумеется, понимал, почему она хотела изменить существующее положение, но король не мог этого понять, к тому же он был очень консервативен. Настолько консервативен, что страшно гневался от одной только мысли о каких-то изменениях.

К тому времени как они добрались до длинного, с высокими освещенными окнами помещения, слуги уже приготовили четыре пары заряженных пистолетов. Маркиз обратил внимание на то, что цели представляли собой муляжи человеческих фигур, двух мужчин и двух женщин, с сердечками, приколотыми к груди.

— Помилуйте, неужели мы должны стрелять в женщин? — удивился Стин.

— Не все женщины так уж безопасны, — заметил Родгар.

— Это верно, — согласилась графиня. — Если женщина стреляет в вас, лорд Стин, глупо колебаться и не выстрелить в ответ.

— Женщина стреляет в меня? — повторил Стин, явно растерявшись.

— Что тут удивительного? — вмешался Брайт. — Порция однажды выстрелила в меня.

— А Элф бросила в меня нож, — добавил Брайт.

— Ничего подобного, — возразила Элф. — Я целилась в лист бумаги, который ты держал в руке, и попала точно в него!

— Глупая забава, — заключил Родгар и повернулся к графине:

— Как мы договоримся?

— Побеждает тот, чьи пули лягут как можно ближе к центру сердечка.

Родгар посмотрел на пистолеты.

— Это ваши, леди Аррадейл? — спросил он, указывая на те, что были чуть поменьше.

— Да… Кстати, Элф тоже может воспользоваться ими, если пожелает принять участие.

— В таком случае джентльмены имеют право стрелять из своих пистолетов, как вы считаете?

— У вас с собой дуэльные пистолеты? — поразилась она.

— Никто не знает, что может случиться… — пробормотал маркиз, затем добавил:

— Я всегда беру с собой в дорогу пистолеты.

Он посмотрел на других мужчин, и Брайт подтвердил, что имеет при себе пистолет. Пожав плечами, Элф призналась, что и у нее есть пара пистолетов, отчего глаза Форта удивленно и комично округлились.

Слуги были посланы за личным оружием гостей, и, пока их ждали, Родгар осведомился:

— Каков же будет приз, графиня?

— А что вы предлагаете, милорд? Думаю, никто из присутствующих здесь не страдает от отсутствия денег, — насторожилась Диана.

— Мы ведь одна семья, — сказал маркиз не без умысла, — и не соревнуемся на деньги.

— Я не принадлежу к вашей семье.

— Но имеете родственную связь. Разыграем, кто стреляет первым?

Ее щеки слегка порозовели, и она повернулась, чтобы взять коробочку с игральными костями.

— Воспользуемся этим.

Он согласился, и она бросила кости, на которых выпала восьмерка. Маркиз тоже бросил кости и оказался по жребию первым, так что, когда принесли его пистолеты, он зарядил их и вышел вперед. Почти не целясь, он уложил обе пули прямо в центр обоих сердечек мужской и женской фигуры. Пусть графиня знает, с кем имеет дело.

Принимая поздравления, Родгар взглянул на нее и заметил в глазах искру неукротимого желания победить. «О, миледи, не стоит так стараться, когда речь идет о простой игре».

Следующими по очереди были Элф, Форт и Брайт. Элф не скрывала своего торжества, оттого что стреляла лучше мужа, а Брайт, как и Родгар, попал в центр обоих сердечек. Затем к огневому рубежу вышла леди Аррадейл. Всем своим видом она говорила, что намерена победить. Обе ее пули также попали в центр, и она с вызовом повернулась к маркизу.

Он был немало удивлен такой меткостью Дианы. В нем даже проснулось едва уловимое чувство восхищения ею.