Вечер встречи - Джулия Кеннер

Без Рейчел клиника, которая казалась такой романтичной ночью, выглядела пустой и скучной. Гарретт прошел через приемный покой в комнату отдыха. Он увидел их диван, и его тело напряглось при воспоминании о ее прикосновениях к нему.

После разговора с Карлом он едва сдержал себя, чтобы не выбежать из столовой, отыскать Рейчел и заключить ее в свои объятия.

Надо отдать справедливость Карлу: когда Гарретт сказал ему, естественно не вдаваясь в подробности, что видел Рейчел в городе, тот заявил, что должен немедленно разыскать девушку и принести ей свои извинения. Но Гарретт убедил его повременить с этим. Ему самому надо было уладить небольшую проблему с прояснением того, кто он на самом деле, и как можно скорее, потому что Гарретт хотел удержать ее, защитить, помочь забыть ту боль, которую Джейсон, Дерек и Карл ей причинили.

В конце концов, он заставил себя встать и поехать в клинику, поскольку Рейчел все равно нужно было время, чтобы обдумать все, что произошло ночью, и что она узнала днем. Здравый смысл подсказывал, что до тех пор, пока она сможет привыкнуть к мысли, что он не Карл, ему лучше держаться от нее на расстоянии.

Нахмурившись, он открыл банку с кошачьим кормом и положил немного в миску. Моргуша подбежала, наклонилась над миской, а он принялся лениво гладить ее по голове.

— Она, вероятно, здорово разозлилась на меня, как ты думаешь?

— Кто?

Этот вопрос задала явно не кошка, и Гарретт, резко обернувшись, увидел Дженни.

— Черт возьми, Джен, что же ты не постучала?

Она напугала его до смерти, но Гарретт не смог сдержать улыбку. Он почувствовал, что соскучился по ней.

Дженни позвенела ключами.

— Это наша с твоим отцом клиника. Почему же я должна стучаться? — Она достала бутылку содовой из холодильника, потом повернулась к Гарретту и улыбнулась, отчего от ее глаз разбежались лучики морщин. — Так кто это на тебя разозлился?

Гарретт отмахнулся.

— Да так, никто. — Даже после стольких лет он не мог предать своего младшего братишку, а объяснить что-то без того, чтобы не упомянуть о Карле и Рейчел, и о школе, и обо всей этой проклятой проблеме, было невозможно. — Меня все любят, — добавил он. — Разве ты не знаешь? — У нее вытянулось лицо, и Гарретт пожалел о сказанном. Он просто пошутил, но Дженни, наверное, уловила в его словах намек на его отца. — Я не имел в виду…

— Я знаю. — Она посмотрела вокруг. — Почему ты здесь?

Он подошел к дивану, а она села в кресло.

— В Техасе? Или в клинике?

— Я знаю, почему ты вернулся домой. — Нагнувшись, Дженни погладила Моргушу. — Я имею в виду… в клинике, сегодня. Ты забыл, что я собиралась прийти? Или хотел поговорить?

Гарретт не сдержал усмешки. Может, у нее прибавилось седины в волосах и появилось несколько новых морщин, но она оставалась все той же чуткой Дженни, которая всегда знала, когда он был чем-то озабочен.

— Даже не знаю, с чего начать.

— Она из Бремера?

— Она?

— Женщина, которая разозлилась.

Дженни усмехнулась.

— А. — Он сдержал усмешку. — Нет, — добавил он, потом нахмурился, задумавшись над тем, откуда приехала Рейчел.

И снова его резануло то, как мало он знает о ней, особенно если учесть, насколько она уже вошла в его жизнь. Что ж, это был недостаток, который он собирался исправить как можно скорее.

— А жаль.

— Почему? Я живу в Калифорнии, ты забыла?

Дженни пожала плечами.

— Разве я не могу надеяться?

Он искоса взглянул на нее.

— Надеяться на что?

Она посмотрела на него как на какого-то слабоумного.

— На то, что ты останешься, разумеется. Мы скучаем без тебя. Если бы у тебя была девушка здесь…

— Наши отношения пока не на той стадии, — сказал он. — Я бы с радостью, но пока не получается.

— Ну, и на какой же они стадии?

Гарретт не ответил на вопрос — Дженни не понять развития отношений, которые начались с феноменального анонимного секса, он и сам-то не очень понимал.

— Кроме того, — продолжал он, — я не уверен, что остался бы здесь, даже если бы она жила в Бремере. — Клиника Гарретта вблизи Лос-Анджелеса процветала, так что было бы финансовым самоубийством собрать вещи и переехать в Техас. Кроме того, что бы ни говорил Карл, отец не хотел, чтобы Гарретт приезжал сюда. А начинать здесь все сызнова в качестве провинциального ветеринара он не собирался. — Я приехал сюда, только чтобы помочь, — добавил он, желая убедить в этом Дженни и самого себя.

У нее вытянулось лицо, и она поднялась с кресла.

— Пойду, загляну в виварий. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь.

Гарретт не понял, как это произошло, но чем-то он явно рассердил Дженни, что требовало недюжинной ловкости, поскольку она была едва ли не самым мягким человеком на свете. Он остановил ее в дверях.

— Джен? Что я сделал не так?

— Я просто ждала большего от тебя, Гарретт. — Она опустила глаза. — Я знаю, что твой отец причинил тебе боль. Но считала тебя более великодушным, вот и все.

— Не понимаю, черт возьми, о чем ты говоришь.

Он пытался не показывать своего волнения, но ему это не удалось.

Когда она посмотрела на него, в глазах ее была печаль.

— Твоему отцу понадобилось много мужества, чтобы признаться в том, что ему нужна твоя помощь. — Дженни вздохнула. У Гарретта внутри все сжалось. Heужели она это сказала? — Я никогда не ждала, что ты можешь просто собрать свои вещи и вернуться домой, но думала, что ты останешься хотя бы на пару месяцев. — Она разгладила свою цветастую юбку. — У тебя там остались твои сотрудники, а у твоего отца нет никаких помощников.