Поединок ревнивцев - Виктория Джоунс

– Много ли у тебя коней? Ты так хорошо знаешь повадки лошадей, что можешь быть и конюхом, и оруженосцем! – и Бетти улыбнулась.

– И лучником, леди, тоже, – Том заметил, как вздрогнула и помрачнела леди Элизабет, и спохватился: – Не подумайте плохого, я не убивал Вашего кузена. Да и сболтнул про лук не для того, чтобы напомнить о гибели Вашего брата. Я находился в конюшне, когда Вы примчались на взмыленном рысаке! А лучником я могу быть только во время войны! Господь запретил покушаться без причин на жизнь любого человека, а христианина – подавно! Я против войны, миледи, и против убийства!.. Простите, леди, но вчера я едва сдержался, чтобы не ударить Вашего дядюшку!

– За то, что тот размозжил ударом голову Бриза. Такого прекрасного жеребчика, которого любил Мэтью… Том! Я понимаю дядюшку, но мне тоже очень жаль породистого скакуна! – Бетти сокрушенно вздохнула. – Я знаю, что ты настоящий добропорядочный христианин, Том, но ты не ответил на мой вопрос. У тебя много лошадей?

– У меня всего лишь два тягловых мерина, леди, и я сдаю их в аренду тем, у кого нет коней или волов, чтобы все могли получше взрыхлить поля перед посевами! Потому и живу немного справнее других в деревне, но боюсь, что новый управляющий обложит меня непосильной податью… А раньше я еще держал две пары волов, но с тех пор, как стал работать конюхом в замке, я очень полюбил лошадей! Они сильные, красивые и верные животные. И не ленивые, как волы!

– Том, можно тебя спросить кое о чем? – поинтересовалась Бетти, выслушав его тираду, и мужчина понял, что ее мысли заняты другими проблемами. Томас испытующе взглянул на Бетти, придерживая своего рысака на полкорпуса позади коня девушки.

– Конечно, леди! – конюх всегда подробно и доверительно рассказывал Бетти о том, что происходит в деревне. Несмотря на то, что она и знатная леди, но Том все же считал ее умной и серьезной девушкой.

– Говорят, что мой жених предполагает восстановить право первой ночи, Том? Это правда? – Бетти стеснялась смотреть на мужчину, задавая такой прямолинейный вопрос.

Молчание было ей ответом. Бетти оглянулась.

Том не смотрел на нее – он нагнул голову и молчал, теребя поводья. Бетти стало ясно, что молчание подчас бывает красноречивее слов.

– Простите, леди! – Томас заговорил спустя некоторое время. Голос его стал приглушенным и, как ей показалось, немного испуганным. – Я не должен говорить с Вами, леди, на подобную тему. Это разговор для мужчин, и он оскорбителен для Вас! Тем более что Вы являетесь невестой лорда Гарольда Ноттингема! А лорды сами никогда не озвучивают свою волю перед простыми крестьянами и ремесленниками! Для этого у них есть управляющие и шерифы!

– Как странно ты говоришь, Том… Ты не доверяешь мне? Я могу предположить, что мой отец и дядя тоже пользовались этим правом? Скажи правду! Ты ведь всегда был моим другом, Томас Паркин, – но, требуя ответа, она отвернулась от мужчины и потупилась.

– Не обижайтесь, леди Элизабет! – голос Тома зазвучал приветливо, и Бетти невольно обернулась. Конюх смотрел на нее с любопытством и сочувствием. – Я просто не знал, что такая постыдная тема интересует юную леди Стэнли. Как бы мне сказать так, чтобы Вы не слишком обиделись, миледи?

– Говори, как есть, я не обижусь. Можешь ничего не скрывать от меня, – Бетти была готова выслушать все, что скажет Том, ведь она должна знать всю правду.

– Леди Элизабет, в нашей деревне здоровые и крепкие дети именно потому, что деревня свободна от примеси господской крови. Так, по крайней мере, говорят жители других деревень, и повитухи убеждены в этом тоже!

– А ты сам уверен в этом? Я ведь тоже совершенно здорова! Что тут такого? Неужели здоровые дети рождаются только у простолюдинов? – Бетти не понимала, что имеет в виду Том.

– Господа часто женятся на кузинах, чтобы не дробить владения на части! А потом дети рождаются не совсем здоровыми. Они часто болеют и становятся, скажем так, бесноватыми, юродивыми, слабоумными… Вы правильно сделали, что отказали лорду Мэтью. Возможно, он сумел бы настоять на своем, смешать родственную кровь!.. Вот Господь и подослал убийцу!.. – Том с опаской посмотрел Бетти в спину, но она даже не оглянулась, возмутившись:

– Том, как ты можешь говорить такое?! Мэтью не сделал ничего дурного никому и никогда! Он не грешник! Он глупый влюбленный мальчик! Я уверена, что ни одна девушка, ни один молодой муж в Ашборне не затаили на моего кузена зла! Он был беззлобен и беззащитен, точно агнец Божий! Что же касается моего жениха… А если предположить, Томас, что управляющие не всегда честны перед своими сеньорами и зачастую диктуют свою волю, прикрываясь господским авторитетом?

– Возможно, миледи! Возможно! Но кто может поверить этому? Нужны доказательства, – Том с удивлением посмотрел на Бетти и казался сильно озадаченным.

– Вот то-то и оно, Томас! Здесь надо хорошенько подумать, прежде чем делать выводы, – и девушка принялась подгонять Вайолента, который шел под ней ровной, неспешной рысью.

– Том! – послышался звонкий радостный крик. – Том! Наконец-то ты вернулся, дорогой мой! – навстречу всадникам бежала молодая женщина с ребенком на руках.

Она была прехорошенькая, с золотистыми вьющимися волосами и голубыми глазами. И Бетти внезапно подумала, что, вполне вероятно, она с Ив дальняя родственница. Не так уж чиста кровь крестьян и ремесленников в Ашборне от господской примеси! Ну ладно, про отца и дядю она выяснила! И готова верить в их непогрешимость!.. Но за деда и прадеда, она бы не поручилась. Право первой ночи прежде было распространено среди сеньоров повсеместно и почти узаконено. Много веков с ним все мирились.

В мочки ушей Ив Паркин были вдеты небольшие золотые сережки с маленькими бриллиантами. Бетти удивилась тому, что у этой прелестной крестьянки имеются столь дорогие украшения. Том догадался о ее мыслях и, загадочно улыбнувшись, предупредил ее вопрос:

– Эти сережки достались Ив в наследство от бабушки, миледи! Но Ваше предположение меня не возмущает, напротив, мне по сердцу Ваше сходство, – Томас быстро взглянул на леди Элизабет и странно улыбнулся. Бетти молча кивнула ему в ответ, проглотив горячий соленый ком, внезапно подкативший к горлу, и вытерла набежавшие на глаза слезинки.

– Добрый день, леди Элизабет! Добрый день, Том! – Ив протянула сынишку мужу, и тот, легко подхватив белокурого мальчика, посадил его в седло перед собой.

Малыш тут же возбужденно засмеялся и что-то радостно залопотал. Томас так нежно и бережно придерживал сына в кольце надежных рук, что у Бетти от созерцания подобной картины защемило сердце.

– Леди Элизабет, каким ветром занесло Вас в нашу скромную деревню? Соболезную Вашему горю, миледи… – Ив прищурилась от ветра и заслонила глаза ладонью, поглядывая на юную госпожу печальными нежно-голубыми глазами. Бетти даже показалось, что в очах Ив она видит отражение собственных глаз.

– Благодарю тебя, милая Ив! Я приехала к своей кормилице! Наверное, до нее дошли слухи о гибели Мэтью! Он же ее молочный сын! Мы всегда любили нашу Анну! – голос Бетти вздрогнул и, расчувствовавшись, она едва сдержала рвущиеся наружу рыдания.