Город любви - Сьюзен Нэпьер

Девушка задумалась, глотая миндальное мороженое, и Люк подпер рукой подбородок.

— Все еще не решила, Вероника? Может быть, хочешь предложить мне особую роль, специально для тебя?

Вероника, осознавая, что все на них внимательно смотрят, бросила на него укоризненный взгляд.

— Наверное, она понимает, что ты достаточно умен, чтобы прекрасно сыграть любую роль, какую захочешь, — сказала Зоя, уловив подтекст, в то время как Майлс, казалось, был сбит с толку. — Помните, что сказал Наполеон: выведите на сцену негодяя, и он начнет вести себя как честный человек. Ну, а я скажу: выведите на сцену честного человека, и он порой будет вести себя как негодяй.

— Ты называешь меня негодяем, Зоя? — Люк, казалось, больше удивился, чем обиделся.

— Я говорю, что ни один мужчина не может быть полностью либо тем, либо другим, и женщинам не стоит забывать об этом, — пояснила старушка. — Фред был прекрасным человеком, но он водил машину, как маньяк, и был упрям, как мул. И он бы остался жив, если бы делал то, что говорил ему доктор... А теперь, девочки, быстро доедайте мороженое, иначе оно совсем растает.

— Да, мадам!

Когда они вернулись домой, Мелани сидела за компьютером, принимая электронную почту. Она улыбнулась, выслушав восторженный рассказ Софи, и послала ее мыть липкие руки и лицо.

— Кстати, тебе дозвонилась Карен? — спросила она Веронику, повернувшись на стуле. — Твоя сестра звонила сюда, сказав, что не может дозвониться до тебя вот уже несколько часов.

Зная Карен, Вероника подумала, что та, возможно, позвонила всего один или два раза.

— Должно быть, я оставила мобильник в доме, — сказала Вероника. — Она просила что-нибудь передать?

— Да, но трубку сначала взяла Ашли, и я не знаю точно, о чем был разговор, потому что они с Россом сразу же уехали на арт фестиваль в Авиньон. Насколько я могла понять, Карен сказала, что у них там тропический шторм, который явно меняет их планы. Они на каком-то отдаленном острове, где должны происходить фотосъемки...

Вероника вспомнила, с каким восторгом рассказывала Карен о том, что часть времени она проведет на яхте какого-то мультимиллионера. Но, похоже, даже он не мог контролировать погоду.

— Так что все это значит? — Она нахмурилась, не ожидая ничего хорошего.

Голубые глаза Мелани взглянули на девушку с грустной симпатией.

— Похоже, она вряд ли приедет сюда, пока ты не улетишь домой. Кроме того, перед ней сейчас возникла дилемма, потому что один известный модельер, у которого есть дом в Нассау, предлагает ей провести у него оставшиеся дни после съемок...

— Вот так сюрприз... — с иронической ухмылкой пробормотал Люк.

Вероника, казалось, не слышала его, хотя увидела его недовольный взгляд. Она вспыхнула от стыда за свою сестру. Видимо, Карен страстно мечтала о том, чтобы ее пригласили погостить в Нассау.

По участливому выражению лица Мелани можно было догадаться, что она подозревала то же самое. Но в то же время Вероника не могла винить сестру за то, что та старается избегать мужчину, который ее отверг.

— Со своей стороны, я сказала ей, что мы прекрасно справляемся без нее, — торопливо добавила Мелани. — Но, конечно, я уверила Карен, что не могу решать за тебя, Вероника.

— Тебе не надо ходить вокруг да около, Мел. Я рассказал Веронике о том, как Карен пыталась преследовать меня, — прервал ее Люк.

Мелани, казалось, очень огорчилась.

— Разве можно так говорить — «преследовала»! Она всего лишь немного заинтересовалась тобой, Люк. Мы все бываем глупцами в определенные периоды нашей жизни — я помню, как ты увлекся той страшненькой девицей, которая занималась с тобой математикой перед школьными экзаменами.

Люк усмехнулся.

— Анн была очень умная: ее IQ составлял 140 единиц!

— О, тогда понятно, почему ты ронял на пол вещи, когда она сидела на стульчике в крошечной мини-юбке! Тебя, оказывается, привлекал ее IQ! — Затем Мелани с сочувствием обратилась к Веронике. — Когда мы планировали эту поездку, Люк не мог сказать, поедет ли он с нами. И только когда стало известно точно, что он к нам приедет, у бедняжки Карен совершенно пропало желание провести с нами отпуск. Но, наверное, это судьба — я имею в виду, что если тебе удастся перенести дату своего отъезда, то ты либо останешься здесь и дождешься Карен, либо, как я предлагала тебе, еще несколько дней проведешь в Париже. Мы одобрим любой вариант.

— Я не смог бы сформулировать это лучше, — прошептал Люк на ухо Веронике.

Девушка еще больше покраснела, а Мелани, не догадавшись о причине, тепло произнесла:

— Конечно, у тебя могут быть другие предложения. Я знаю, что тебе предстоит большая работа с твоим сайтом. Поэтому, возможно, ты рвешься домой. Так или иначе, я сказала Карен, что ты ей позвонишь. Хотя дозвониться во время шторма, возможно, будет нелегко. Пользуйся нашим телефоном, если что. Не стесняйся, пожалуйста, — это недорого!

Излишне говорить, что Вероника, несмотря на все свои усилия, так и не смогла дозвониться до своей сестры. Повесив телефонную трубку, она направилась к своему коттеджу, но вдруг наткнулась на Софи, которая пожелала показать ей свою комнату.

— Она угловая, наверху. Я могу видеть из окна бассейн. Так я обнаружила сегодня, что вы находитесь там вдвоем, — призналась девочка. — Я хотела пойти с вами поплавать, потому что мне не разрешают одной, но там был еще этот дурак Росс, — сказала она хмуро.

Софи повела Веронику к большой деревянной лестнице, мимо ванной, которую ремонтировал Майлс.

Комната Софи оказалась прелестной. Вероника с восхищением оглядела высокий балочный потолок, темный полированный пол и белые стены. На большой двуспальной кровати было постелено красивое бледно-лиловое покрывало, которое гармонировало с оконными занавесками.

— Бабушка говорит, что в этой комнате я буду останавливаться в каждый свой приезд, — сказала девочка, показывая Веронике коллекцию цветов и камней, собранных в окрестностях.

Когда Вероника уселась на диван, Софи разлеглась рядом с ней на животе. Бросив на девушку лукаво-задумчивый взгляд, девочка вдруг свесила голову с кровати, пошарила под ней руками и достала толстый альбом.

— Этот альбом посвящен Люку, — застенчиво произнесла Софи, кладя альбом на кровать и открывая первую страницу. — Я привезла его сюда, чтобы показать ему. Смотри, мама дала мне все старые фотографии, когда он еще учился в школе. — Она перевернула пожелтевшую газетную страницу. — Когда мы видим его имя в газетах или в Интернете, или когда он сам присылает мне письма, я помещаю все сюда. Здесь есть еще автографы известных людей, а также их фотографии вместе с Люком. Он поразился, когда увидел этот альбом и сказал, что я могу стать его официальным биографом, — сказала она с гордостью. — Это значит, что я могу написать историю его жизни. Думаю, я буду писателем, как мама.