Дилемма любви - Кейт Дэнтон

Небо нахмурилось, шел мокрый снег. У Мэкки и без того было плохое настроение, а тут еще ненастная погода. Тяжело вздохнув, она пошла к двери, чтобы встретить Гордона.

Он пришел не один, а с Эшли на руках.

— Ай, — сказала малышка, очевидно узнав Мэкки.

— Привет, Эшли, — ответила Мэкки, удивляясь, зачем Гордон взял с собой ребенка.

Гордон подошел к столу и положил чек для предъявления в банк. Мэкки поднесла его к глазам и провела пальцем по единице с шестью нулями.

— Мэкки Смит, вы победили, — сказал Гордон.

Мэкки почувствовала, как напряглись ее мышцы, будто чек был невыносимо тяжелым.

— Вам не стоило приносить его самому, — сказала Мэкки.

— Знаю. — Он обвел глазами ее кабинет, недавно заново обставленный с помощью нанятого дизайнера. — Богато, но со вкусом. Все продумано. Ничего лишнего.

Гордон уже один раз был в ее конторе, когда привез Эшли, но тогда все происходило в конференц-зале. Теперь же, оказавшись в замкнутом пространстве небольшого кабинета, он словно стал ближе, а обстановка интимнее.

— Я рада, что вы пошли на мировую, — проговорила Мэкки холодно, когда к ней вернулась способность трезво мыслить. Она еще раз посмотрела на чек. — Это огромные деньги, — сказала она.

— Деньги созданы для того, чтобы их тратить.

Гордон был сама любезность, хотя сначала ей показалось, что он весь кипит от возмущения. Вряд ли он настроен мирно и не собирается сводить с ней счеты. Мэкки насторожилась, не понимая, что он задумал.

— Вы были правы, а я ошибалась, — сказала она. — Бет… — Она запнулась и виновато покачала головой. — Извините, сорвалось.

В ответ он только махнул рукой:

— Какое это имеет теперь значение? Мне наплевать, что было правильно, что неправильно, были вы в курсе или нет… — Он сидел в кресле у ее стола и качал Эшли на колене. — Я не жалею, что расстался с этими деньгами. Напротив, благодаря им все это наконец закончилось. Я бесконечно рад, что вам удалось уговорить Бет.

— Уговорить?! Вы ошибаетесь! Я и не думала ее уговаривать!

— Не может быть. Я вам не верю. — Он вздохнул. — Мне надо что-нибудь подписать? Или вы все отослали Соне?

— Нет, я собиралась завезти ей бумаги по пути домой.

— Тогда я избавлю вас от этой обязанности, — сказал Гордон.

— Что вы! Может, Соня захочет что-нибудь исправить? Нет, лучше подождите, — сказала Мэкки.

— Не переживайте. Вы же все с ней согласовали.

Мэкки села за стол и положила перед Гордоном стопку документов. Когда, прочитав первую страницу, он перешел к чтению следующей, Эшли схватила ее с явным намерением разорвать, но Гордон вовремя отнял у нее страницу и отодвинул документы подальше от ребенка.

— Давайте я подержу ее, — предложила Мэкки. Она взяла ребенка на руки и подошла к окну. Снег повалил еще сильнее. — Смотри, Эшли, снег! — сказала Мэкки, мучительно напрягая память, чтобы пропеть ей детскую песенку о снежинках, танцующих в зимнем небе.

Гордон перестал читать и повернулся к окну. Он поймал себя на мысли, что не может оторвать взгляд от этой обворожительной женщины. Сегодня она была в темно-коричневом костюме и светло-бежевой блузке. Когда он увидел ее в первый раз, то отметил про себя, что она одета подчеркнуто официально, теперь же заметил некоторые послабления в ее манере одеваться: облегающий жакет и будто влитая юбка.

Он заметил, что перемены коснулись и самой Мэкки: она стала мягче, женственнее. И еще: Мэкки и Эшли смотрелись очень естественно, дополняя друг друга. Но Гордон сразу же пресек подобные мысли и вернулся к чтению документов. Зачем он себя обманывает? Мэкки Смит — преуспевающая деловая женщина. Она вовсе не похожа на мать семейства в общепринятом смысле этого слова. Не надо забывать, какую роль она сыграла в нарушении привычного уклада их с Эшли жизни…

Ему не надо было приходить сюда. Лучше бы он предоставил Соне действовать по своему усмотрению. Но он настоял, что сам поедет в контору Мэкки.

Надо немедленно покончить с делами, забрать у этой женщины Эшли и пуститься наутек.

— С документами все в порядке, — сказал он, прервав на полуслове песенку о снежинках, которую Мэкки пела малышке. — Я могу подписать сам или это нужно сделать в присутствии нотариуса? — спросил Гордон.

— У нас есть свой нотариус, — ответила Мэкки и подошла к телефону с Эшли на руках.

Через пять минут нотариус передал им полностью оформленные документы. Дело об опеке закрыто. Мэкки осталось вручить Гордону причитающиеся ему экземпляры договора.

— Ну, пора прощаться, — сказал Гордон, пряча в портфель документы. Он подошел к Мэкки, чтобы забрать у нее свою дочь.

— Да, пора, — ответила Мэкки, передав девочку отцу и провожая их до двери. Но что ей пришлось испытать, когда Гордон взял у нее Эшли! У нее было такое чувство, будто у нее отняли что-то самое дорогое. «Держись, Мэкки», — вслух проговорила она, чтобы подбодрить себя, когда закрыла дверь своего кабинета.

От расставания с Эшли на душе у нее остался горький осадок… но только потому, что малышка была само очарование! Разумеется, в этом не было и намека на желание Мэкки иметь своего собственного ребенка. Просто она понимала, что расставание с Эшли означало расставание с Гордоном, и, судя по всему, окончательное. Не надо придавать этой встрече такое исключительное значение.