Медовый месяц в пустыне - Энн Уил

– Понятно, – сказал он после некоторой паузы.

Но Николь чувствовала, что ничего ему не понятно. То, что случилось с ней, было чуждо его культуре, по крайней мере в том, что касается женщины. Она, конечно, слышала, что в Бомбее, центре индийского кинематографа, есть прослойка общества, где женщины более эмансипированы, чем в других городах. Но все же практически везде существовали строгие правила, которым девушки должны подчиняться. И эти правила запрещали секс до брака. – Конечно же, ваш сын может приехать сюда, – сказал Керси.

Но хоть принц и дал согласие, трудно было догадаться, о чем он думал. Может быть, она упала в его глазах? А ведь в жизни Керси наверняка случались романы и с европейскими женщинами, и с американскими, когда он учился в Гарварде.

К облегчению Николь, Керси спросил только:

– А у вас есть фотография вашего сына? – Николь достала из сумки кошелек, где была фотография Дэна. Керси внимательно рассмотрел ее. Хороший мальчик. Он больше склонен к спорту или к наукам?

– Он неплох и в том, и в другом, но больше всего увлекается компьютером. Хочет стать разработчиком программ.

– Вы сказали, что он сейчас в пансионе. Это, должно быть, дороговато для вас. Или его отец помогает вам платить за обучение?

Сразу после рождения Дэна отец Николь заявил, что его внук должен обучаться в частной школе, в Марсдене, где учились его дед и прадед.

Это было семейной традицией, которую Николь, так сказать, хотела нарушить. Ей претила сама мысль о том, что тринадцатилетнему мальчику, еще совсем ребенку, придется так много времени проводить вне дома.

Хотя в принципе Мареден не был так знаменит, как другие частные школы Англии – Итон или Гордонстаун. Это было довольно скромное заведение, как раз недалеко от дома, где они жили. К тому же местная общеобразовательная школа находилась сейчас в упадке, потому что директор оказался ненадежным и абсолютно некомпетентным человеком. У школы давно была плохая репутация по успеваемости, поведение ее учеников также оставляло желать лучшего. Директор же той школы, где учился ее отец, обладал сильным характером, к тому же у него самого были дети. Николь чувствовала, что Дэну будет лучше в стенах этой школы, чем в общей – с переполненными классами, плохим оборудованием и без присмотра. Отец готов был сделать все, чтобы его внук учился в хорошей школе, и теперь отказывал себе во многом, чтобы откладывать деньги, да и Розмари помогала.

– Мой отец платит за обучение, – ответила Николь на вопрос Керси. – Мы не поддерживаем связь с отцом Дэна.

Керси снова сказал. «Понятно», но Николь была уверена, что он не понимал. Сама ситуация была чуждой его пониманию: отец и сын, которых ничто не связывает.

Дэн знал его имя, но понятия не имел, что сейчас его отец больше известен под другим именем.

Он стал звездой, кумиром тысяч подростков. И все еще оставался таким же популярным, несмотря на то что ему уже перевалило за тридцать.

– Я не хочу, чтобы вы думали, будто приезд сына помешает мне уделять работе должное внимание, – продолжала Николь. – Дэн очень самостоятельный мальчик, и он в состоянии занять себя, пока я буду занята. Мне никогда не приходилось чем-то развлекать его во время каникул, как это делают некоторые родители. Он, например, очень любит читать. А когда не будет занят чтением, то сможет просто пройтись по окрестностям.

– Я прекрасно знаю, что вы слишком преданы своей работе, чтобы отвлекаться от нее надолго, сказал Керси. – Он умеет ездить верхом? Нет?

Тогда, пожалуй, ему не помешает научиться.

В этот момент вошел секретарь с документами, за которыми его посылал Керси. Николь поняла, что сегодня был сложный день и принц едва выкроил для нее время и что сейчас ей уже пора идти. Николь попрощалась и покинула зал с чувством облегчения, что ее тайна наконец была ею раскрыта и что Керси принял ее намного спокойнее, чем можно было ожидать.

Теперь оставалось только рассказать обо всем Алексу.

Николь завтракала у себя в рабочей студии, когда туда стремительной походкой ворвался Алекс.

– Почему ты не рассказала мне, черт возьми!

Николь предполагала, что он будет недоволен, но не настолько же!

– Привет, Алекс. Входи, – сказала она вежливо. – Не рассказала тебе о чем?

– Ты знаешь, о чем я говорю. Я не люблю, когда меня держат за дурака. Ты должна была предупредить меня с самого начала.

Николь спокойно встретила его горящий взгляд.

– Не понимаю, почему. Мой сын не имеет никакого отношения к моим профессиональным качествам. Керси не стал так расстраиваться по этому поводу. А почему тебя это так задевает?

Алекс был просто в ярости, вот-вот потеряет контроль над собой.

– Это была заранее продуманная ложь! – обвинял он ее. – Ты знала, что я не отобрал бы твою анкету, если бы ты написала правду.

Николь вздернула подбородок.

– А почему ты не отобрал бы мою анкету? спросила она с вызовом.

Алекс колебался с ответом. Он примчался сюда сразу же, как только Керси рассказал ему обо всем, у него не было времени на то, чтобы успокоиться и понять все-таки, почему он разозлился.

– Потому что место матери рядом с ее ребенком, – нетвердо произнес Алекс. – Тебе не приходило в голову, что, если с твоим сыном что-нибудь случится, ты не сможешь добраться туда быстро, чтобы помочь?

Николь приходило это в голову, и не раз, но она гнала страшную мысль прочь.

– Конечно же, я думала об этом, – ответила она нетерпеливо. – Но нельзя же всю жизнь делать все, готовясь к самому худшему. Я взвесила все «за» и «против» и решила, что так будет лучше и для меня, и для моего сына. Он ходит в отличную частную школу, недалеко от дома, живет со своим дедушкой, который о нем заботится. С электронной почтой расстояния не имеют значения. Мы общаемся каждый день.

Алекс продолжал злиться:

– Все это не избавляет тебя от вины. Ты вела себя нечестно, скрывая это. Я был о тебе лучшего мнения.

Нота презрения в его голосе очень больно ранила Николь. К такому удару она не была готова. Это подхлестнуло и ее, и она перешла в нападение.

– Нет, не правда! – говорила она горячо. – Ты никогда не думал обо мне достойно. Если бы это было так, ты не пытался бы затащить меня в постель в гостинице в Дели. Если бы ты знал, что у меня есть ребенок, ты вел бы себя еще беспринципнее, не стесняясь. Я и раньше встречала таких мужчин.

Николь кривила душой. Алекс был совсем не похож на остальных мужчин, которые пытались ухаживать за ней. К тому же он не сделал ничего, что Николь было бы неприятно, как бы она ни отказывалась признавать это.

– Ты ненавидишь весь наш пол? Ты это хочешь сказать? – Алекс подходил к ней ближе. Один из нас обманул тебя, и ты ненавидишь все мужское население. И особенно меня, потому что хотела заниматься со мной любовью так же сильно, как и я.