Путешествие втроем - Пэнси Вейн

– Нисколько! – убежденно воскликнула Энн, откидывая со лба прядь волос. – Человек должен заниматься тем, чем ему нравится. Папа говорил, что это долг перед самим собой.

– Но с другой стороны – не эгоизм ли это? По крайней мере, так считают некоторые близкие мне люди, да и сам я не перестаю задавать себе этот вопрос. Моя мать… – Он запнулся. – Конечно, она была недовольна, но ее можно понять.

– Но вы все равно поступили по-своему.

– Да. Был человек, который поддержал меня в этом.

Когда-нибудь он, возможно, расскажет мне об этом подробнее, неожиданно подумала Энн. Впрочем, может быть, мы больше никогда не увидимся. При этой мысли ей стало холодно.

– Можно мне тоже угостить Глостера? – спросил Ричард. – У меня для него есть вкусный кусочек.

– Можно. Возьми, Глостер.

Они оба с удовольствием смотрели, как песик, сперва настороженно принюхавшись, взял из пальцев Ричарда кусок пиццы. Энн смотрела на черные волосы Ричарда, причесанные на пробор. Они у него мягкие и чуть-чуть вьются. Неловкость ее покинула, и она чувствовала себя свободно и легко. Она разговаривала с этим человеком так, словно знала его уже давно.

– А можно спросить, чем занимаетесь вы? – полюбопытствовал он, вытерев руки салфеткой.

– Последнее время я занималась тем, что подыскивала работу. В моем случае речь идет только о средстве к существованию, у меня нет ни призвания, ни талантов, – вздохнула Энн.

– А раньше вы работали где-нибудь?

– Я каждый год ездила на раскопки вместе с отцом. Но у меня нет специального образования. Я помогала бы отцу, даже если бы он работал машинистом на железной дороге, а теперь, когда он… – Энн проглотила слово, которое никак не могла применить по отношению к отцу. – Приходится думать о том, чтобы самой зарабатывать на жизнь.

– А кем вы хотели быть в детстве? – спросил он, внимательно глядя на нее.

– Представьте себе, мне никогда не хотелось стать выдающейся и совершать что-то необыкновенное. И о профессии я никогда особенно не думала. Любила читать, помогать миссис Босуорт – это моя няня – печь пирожки, гулять с собакой. Должно быть, я просто лентяйка.

Еще Энн представляла себе, как живет с добрым и любящим мужем в домике, увитом плющом, и у них много детей. Но разве можно рассказать незнакомому человеку, как она мечтала о таком обывательском счастье? Да он ее засмеет. Но этот домик она до сих пор отчетливо видела в своем воображении: он был построен из светло-желтого камня, на котором играли солнечные блики, крыша у него покрыта соломой, вокруг раскинулась изумрудная лужайка, по которой бежит искристый ручеек. Довольно, Энн, ты просто никак не выберешься из детского возраста…

Его синие глаза смотрели на нее не отрываясь, в их глубине разгорался огонек. Некоторое время они молча глядели друг на друга. Потом Энн снова уставилась в свою тарелку.

– Здесь и в самом деле очень вкусная пицца, мистер Хоуп.

– Зовите меня, пожалуйста, Ричардом.

– Если хотите.

Официант принес кофе. Он показался Энн восхитительным, такого она не пила даже на Востоке.

– И все-таки такую работу, как ваша, не назовешь скучной, – сказала она с легким вздохом.

– Если вас в самом деле интересует работа такого детективного агентства, как наше, я буду рад, если вы придете и проведете хотя бы день в нашей конторе. Но романтики у нас маловато. Сейчас детективы прорабатывают финансовую и бухгалтерскую отчетность, составляют справочники о финансовых показателях банкиров и их клиентов, – сказал Ричард и сам поразился, что осмелился предложить ей такое.

– Я бы очень этого хотела! Но как ваш мистер Кэрри? Он не станет возражать?

– Старик обрадуется новому лицу, хотя сам он заходит в контору только на час-другой.

– Но я не хотела бы просто сидеть сложа руки целый день. Может быть, я могла бы выполнить у вас какую-нибудь работу?

– Если вы в самом деле такой ангел, то можете помочь мистеру Кэрри разобрать его бумаги, он сам никак не разложит их в нужном порядке и поэтому не сдает в машинописное бюро. Может быть, придется внести в компьютер данные о новом клиенте, ответить на телефонные звонки.

Если такие будут, добавил он мысленно. Очень интересные занятия он предлагает девушке, занимавшейся увлекательной работой на раскопках исторических древностей! Сейчас она передумает. Он с волнением поднял на нее глаза и увидел, что она глядит на него с определенным интересом.

Предложение Ричарда на мгновение заставило Энн растеряться. Ее первой реакцией было отказаться, стоило ей вспомнить свой неудачный опыт с фондом помощи африканским иммигрантам. Но в следующую секунду она поняла, что очень хочет поработать в детективном агентстве, пусть даже это будет всего лишь рассортировка страниц мемуаров в нужном порядке. И еще Энн испытывала необъяснимое доверие к Ричарду Хоупу.

– Я уж точно не Ватсон, поэтому надеюсь не слишком вам помешать – сказала Энн. – Но если вас устроят мои скромные способности, то я попробую вам помочь.

Впервые за долгое время ей вдруг стало весело и легко, словно она стояла в самом начале увлекательного приключения. Такое чувство у нее бывало в детстве, когда она открывала первую страницу новой книги. У нее даже приятно кружилась голова, как от выпитого бокала шампанского. Энн смотрела в глаза сидевшего напротив мужчины и чувствовала, как ее переполняет уверенность в своих силах.

Работа в детективном агентстве? Она никогда не могла бы представить себя в такой роли. Но неужто ей совсем чужд дух авантюризма?

Ричард смотрел на нее с радостным удивлением.

– В таком случае, приходите завтра, в удобное для вас время. Я буду ждать вас в десять часов. Это вам подходит?

– Вполне.

Ричард расплатился с официантом, и они вышли на улицу. Энн показалось, что небо, по-прежнему пасмурное, стало светлее и выше. Потом они сели в машину, Ричард снова посадил Глостера ей на колени. У ее дома Энн протянула ему руку, как тогда, когда они впервые познакомились.

– Спасибо вам за ланч и за ваше приглашение.

– Вы действительно придете завтра? – осторожно спросил он, бережно пожимая ее протянутую руку. И снова по руке Энн разлилась теплая волна и, докатившись до сердца, заставила его забиться в учащенном ритме. Это явление смутило девушку, она кивнула и, потянув Глостера за поводок, торопливо вошла в подъезд.

Энн не помнила, как поднялась в квартиру, но через некоторое время поймала себя на том, что, обхватив себя руками за плечи, ходит по гостиной. Итак, завтра она пойдет в детективное агентство. Как мило со стороны Ричарда Хоупа, что он пригласил ее. Энн огляделась кругом и впервые увидела невытертую пыль, две перегоревшие лампочки в люстре, нитки на ковре. Фу, как она запустила квартиру!

Налив в тазик воды, она принялась за уборку. То, что несколько дней назад казалось непосильной обузой, далось ей легко. Она пропылесосила ковры, вымыла кухонные шкафчики и постелила в них чистую бумагу на полки, тихо напевая. Глостер прыгал вокруг и пытался всячески помочь хозяйке в ее занятии. Перед мысленным взором Энн то и дело возникало лицо Ричарда Хоупа в разные моменты их встречи. Его мягкие серо-голубые глаза смотрели то нерешительно, то твердо, то весело. По мнению Энн, человек, отказавшийся от теплого места в семейной фирме, должен обладать изрядным мужеством. Кто в наше время решится так безоглядно последовать за мечтой?