Падший ангел - Элизабет Чедвик

— Корт не попадет на скамью подсудимых, мисс Сюзанна, Я уже говорил вам, что это была самозащита. Теперь вы либо отправитесь в свою комнату, либо пойдете со мной вниз. Первое предпочтительнее.

— Не понимаю, зачем тебе свидетельствовать против этого Пэккарда, Эбнер. Ты подумал, что могут сделать его родственники? Например, Джоб?

— Он опоздает на казнь, — удовлетворенно усмехнулся Квинси.

— Ну, это верно, — кивнула миссис Шмидт. — В таком случае я сама не откажусь поприсутствовать на процессе.

— Этого человека еще не осудили, — протестующе воскликнула девушка. — Откуда вы знаете, что его повесят?

* * *

Другим человеком, не верящим в возможность казни, был Элиас Пэккард.

— Кто твой адвокат, Элиас? — небрежно спросил шериф.

— На кой черт мне адвокат, шериф Макси? — нахально усмехнулся негодяй.

— Ну, каждый человек имеет право воспользоваться услугами защитника, — заметил шериф. — Уверен, что тебе он не нужен?

Элиас рассмеялся:

— Мой папаша никогда не имел дела с адвокатами. Он подумает, что я разуверился в семье, если решил связаться с этими прихлебателями.

— Конечно, право выбора за тобой. Послушай, Пинто, запиши, что Элиас отказался от услуг защитника.

— Я слышал, шериф, — отозвался помощник.

— Не хочешь ли побриться, Пэккард? — поинтересовался Макси.

— Нет. Зачем это? Можно подумать, меня собираются повесить хорошенькие дамочки. Или ты готовишь мне сюрприз, старик!

— Что-то я не слышал, чтобы кто-нибудь изъявил желание это сделать.

— Значит, надобность в бритве отпадает.

— Ну, в таком случае тебя надо доставить в зал суда. Заседание вот-вот начнется.

У Пэккарда от изумления открылся рот.

В зал суда его привели со связанными руками и под конвоем.

На нескольких скамьях собралась половина населения Амновилля. Арон Корт, совещавшийся с присяжными и судьей, сурово взглянул на обвиняемого и проследовал на свое место. Оглядев зал и не увидев ни одного Пэккарда и ни одного их сторонника, Элиас перепугался не на шутку и понял, какую непростительную глупость совершил, отказавшись от защитника. Он потребовал адвоката, и когда судья предоставил ему одного, Пэккард шепотом сообщил ему, что его ждет страшная смерть, если он не защитит клиента от виселицы. Адвокат во всеуслышание пожаловался судье.

— Предъявите обвинение Пэккарду в угрозе члену суда, — приказал судья. — Вы будете выступать на стороне обвинения, — объявил он негодующему и испуганному адвокату.

— Эй, а как же я?

— Кто-нибудь хочет защищать этого мужчину? — обратился судья к аудитории.

С тайным злорадством он сообщил обвиняемому, что желающих не нашлось, ибо он сам виноват, поставив себя в такое положение.

— Шериф сказал, что я могу рассчитывать на адвоката, — заскулил Элиас. — У меня ведь тоже есть права.

— Очень хорошо, — буркнул Голт, назначив ему малоизвестного молодого защитника, недавно прибывшего в Амновилль, и работника суда, наказав последнему записывать каждое слово, произнесенное Пэккардом и адвокатом. Это делалось для того, чтобы исключить возможность угрозы — молодой человек был явно напуган печальным опытом коллеги. Защитив таким образом противные стороны, судья зачитал список присяжных.

— Я протестую, ваша честь, — заявил юный адвокат.

— Это еще почему?

— Ну, — молодой человек покраснел, оглянулся. — Могу я подойти ближе и поговорить с глазу на глаз?

Получив разрешение, он, понизив голос, поинтересовался, известно ли уважаемому судье, что у всех присяжных Пэккарды украли лошадей.

— Вы знаете кого-нибудь, у кого проклятая семейка не украла что-либо, не убила кого-либо из близких? — сухо спросил Арон.

— Ну, — пробормотал мистер Коннард. — Я в городе недавно.

— Это объясняет вашу доброту, — ответил судья. — Протест отклонен.

Процесс проходил очень быстро. Был зачитан длинный список злодеяний Элиаса. О некоторых из них тот уже забыл, но ему живо напомнили. По каждому пункту обвинения выступало по два-три свидетеля, допрос эффективно вел Арон Корт, особый упор сделав на кражу лошадей. Присутствующие едва не прослезились, потом чуть не задохнулись от злобы, слушая пламенную речь Арона, говорившего, что в страшную ночь пожара, когда горожане, бросив свои дома, тушили пламя, Пэккарды бессовестно крали их лошадей, их гордость и их деньги. В зале искусственно нагнеталось напряжение.

Адвокат Элиаса оказался перед лицом неопровержимых фактов и гневной аудитории. Элиас под давлением фактов неохотно сознавался, ибо опасался гнева мстительной толпы. Поговорив с защитником, он взял слово:

— В общем, так: ничего такого я не делал, и потом, моему папашке не понравится то, чем вы здесь занимаетесь, уж поверьте мне. Старик не позволит меня повесить, и судьям придётся туго. Естественно, тем, кто проголосует против меня.

— Выдвиньте против Пэккарда обвинение в угрозе суду, — холодно заметил Голт. — Мистер Коннард, вы желаете сказать?

Адвокат заметил, что у него было мало времени, чтобы ознакомиться с делом и подготовиться к защите, что обвиняемый не знал точной даты процесса.

Элиас громко заявил:

— Это верно, вы, гады, нечестно играете, и это плохо на вас отразится.

Корт в заключительном выступлении указал на тот факт, что численность банды Пэккардов растет, становится с каждым днем сильнее, и вскоре они могут целиком захватить город и прилегающие территории, если немедленно не предпринять решительных мер.

— Не возникает сомнений, что Элиас виновен во всех этих преступлениях, — заявил Арон. — Он даже не пытался оправдаться, а занимался лишь запугиванием адвокатов и суда. Если вы не признаете его виновным, а именно этого и ждет этот негодяй, это означает, что у вас не хватило мужества постоять за себя. Думаю, нам надо доказать им, что на этот раз они просчитались. Может, Пэккарды начнут испытывать к нам хоть немного уважения, если мы повесим одного. Если же вы сдадитесь, то получите, что заслуживаете, — новые грабежи, новые убийства. — Корт сел, сурово взглянув на Элиаса. Тот нахально улыбался.

— Желаете отказаться? — спросил судья у присяжных.

Председатель вопросительно взглянул на Корта, затем повернулся к судье.

— Мы за то, чтобы его повесить, — небрежно бросил он.

— А они не голосовали! — возмутился Элиас.

— Есть такие, кто считает Элиаса Пэккарда невиновным? — обратился к присяжным Голт. Получив отрицательный ответ, он заявил: — Так-то, Элиас. Ты виновен в убийстве и во всем остальном. Хочешь еще раз послушать обвинение? — Пэккард был слишком изумлен, чтобы ответить. — Нет? Отлично, тогда я приговариваю тебя к смертной казни через повешение. Шериф, отведите его к большому дереву у дома Хобсона и повесьте его.