Свадьба года - Майя Блейк

Оказавшись в водовороте непонятных эмоций, Сиенна посмотрела на Эмилиано. Ее желание было настолько сильным, что она обхватила руками его затылок и прижалась к его груди.

– Поцелуй меня, – попросила она.

Тихонько простонав, он покачал головой:

– Нет, Сиенна.

Если бы она не чувствовала его возбуждение и не видела жгучую страсть в его глазах, она решила бы, что он ее не хочет.

– Все нормально. Я сильная. Я прошла все испытания, меня выписали из клиники.

Несмотря на ее протесты, Эмилиано отказался покинуть Лондон без врача и медсестры, которые сопровождали их на борту его частного самолета, следя за состоянием Сиенны.

На его лице появилась гримаса.

– И все же я считаю, что мы не должны…

– Поцелуй не навредит мне, Эмилиано. Он сделает меня счастливой.

Он содрогнулся и выругался по-испански.

Сиенна поняла, что он сказал, но не стала задумываться, откуда знает испанский язык. Ей было невдомек, почему ему так трудно просто ее поцеловать. Похоже, у них были сложные взаимоотношения.

– Пожалуйста. Разве не принято целовать того, с кем ты встречаешь Новый год? Я не умру, обещаю.

Усмехнувшись, он сделал глубокий вдох:

– Ты не понимаешь, о чем просишь.

– Понимаю. И я не принимаю отказ.

Она едва закончила говорить, когда он, простонав, запустил пальцы в ее волосы и припал к ее губам. Горячий, сильный и более волнующий, чем фейерверк, поцелуй Эмилиано был захватывающим и знакомым. С тихим стоном благодарности Сиенна разомкнула губы, и его язык скользнул ей в рот.

Ее грудь налилась, а чувствительные соски напряглись от возбуждения. Она дрожала всем телом и с трудом сдерживала слезы.

– Сиенна? – Эмилиано обеспокоенно смотрел на нее сверху вниз.

Она смахнула слезу.

– Все в порядке. Черт побери, я даже не знаю, почему я плачу.

Приглушенно выругавшись, он подхватил ее на руки и понес в спальню.

Стянув одеяло с ее плеч, он присел на корточки и снял с Сиенны бежевые туфли на платформе. Потом он стянул с нее кремовое платье и бросил его на соседний диванчик. Затем принес ей шелковую ночную рубашку.

В ванной комнате он стоял рядом с ней, зорко наблюдая за тем, как она чистит зубы.

К тому времени, когда они вернулись в спальню, Сиенна начала сердиться.

– Я могу сама лечь в постель, Эмилиано. А ты перестань винить себя за поцелуй. Просто из-за беременности у меня резко меняется настроение.

– Прости. В следующий раз я буду осторожнее.

Она раздраженно вздохнула.

– Я не хочу, чтобы ты осторожничал! – С силой откинув покрывало в сторону, она улеглась в постель. – Я прекрасно себя чувствую, Эмилиано. Я просто не хочу, чтобы ты обращался со мной как с хрустальной вазой. Я не рассыплюсь только потому, что мы поцеловались.

– Успокойся.

– Я спокойна, – сказала она и сделала еще один вдох, чтобы расслабиться, теребя пальцами край роскошного покрывала. – Ты так со мной обращаешься… Я чувствую, будто забыла что-то важное. Но, по иронии судьбы, мой мозг плохо работает.

– С твоим мозгом все в порядке, – категорично заявил он, давая понять, что не примет ее возражений.

Сиенна вздохнула, чувствуя усталость:

– Пока мы с тобой не договорились. Но я оставляю за собой право возобновить наш спор и намереваюсь выиграть.

Уголок его рта дрогнул в улыбке, хотя выражение его лица осталось сдержанным:

– Не сомневаюсь в этом. Благодаря своим превосходным навыкам ты была вице-президентом по закупкам в моей компании.

Она нахмурилась:

– Была?

Он замер на секунду:

– Да, до своей травмы.

– Правильно. Полагаю, сейчас я не могу вернуться на работу, потому что плохо соображаю.

Эмилиано сжал зубы:

– Ты не можешь вернуться к работе, потому что перенесла травму. Ты восстанавливаешься после нее и вынашиваешь ребенка. В ближайшее время ты не будешь красоваться в зале заседаний.

– Это говорит мой босс или любовник? – слабо поддразнила она его.

– Это говорит человек, лично заинтересованный в твоем благополучии. Человек, который намерен выиграть не один спор с тобой, когда придет время.

Сиенна не хотела спорить или обдумывать его немного загадочные замечания, потому что у нее тяжелели веки. Кроме того, Эмилиано не собирался раздеваться и ложиться к ней в постель. Он спал в соседней спальне, а Альфи и медицинский персонал ночевали в соседнем номере.

Сиенна надеялась, что в новом году ситуация изменится. Но ее надежды рухнули, когда он долго смотрел на нее сверху вниз, а потом решительно шагнул назад.

– Спокойной ночи, Сиенна.

Он ушел до того, как она успела ему ответить.

Прошел час, но Сиенне не удавалось уснуть. Ворочаясь в кровати, она вспоминала их поцелуй и думала о том, что у нее нет семьи.

Пока к ней не вернется память, она будет связана только с Эмилиано, который навсегда останется для нее близким человеком благодаря ребенку.

Эмилиано сознательно не хочет прикасаться к ней. Убеждая себя, что он просто боится ей навредить, она все равно не успокаивалась.

Что-то идет не так. И если Сиенна не может вспомнить, что произошло, она найдет другой способ это выяснить.

Осушив бокал с коньяком, Эмилиано отправился в свой кабинет и уселся за письменный стол. Ему нужно было сделать один звонок, но он медлил, хотя знал, что должен это сделать. Он жестко приказал себе не раскисать, думая о том, что в противном случае подведет Матиаса.

Ему ответили после третьего гудка.

– Ты смотрел на часы? – произнес его отец вместо приветствия.

Эмилиано едва сдержал резкий ответ.

– Ты забыл, что я единственный, кто пришел вам на помощь. Немного уважения не помешает.

Его отец помедлил, потом заговорил уже не так воинственно:

– Ты не звонил нам уже неделю. Мы… волновались.

– Моя жизнь не останавливается просто потому, что ваша рушится.

Эмилиано услышал, как его отец откашлялся.

– Родриго Кабрера ждал твоего звонка. Он чувствует себя оскорбленным из-за того, что ты заставляешь его ждать. Журналисты преследуют его после официального заявления о свадьбе.

– Он должен был подумать об этом до того, как рассказал папарацци об отношениях, которых нет.

– Ты согласился на эти отношения, – явно запаниковав, произнес его отец.

– Я лишь согласился поужинать с его дочерью в надежде убедить ее вразумить отца и заставить его отказаться от этой нелепой идеи. А после мне следовало уйти. – Если бы Эмилиано так сделал, он не оказался бы в нынешней ситуации.