Тихий центр - Тамара Лисицкая

— Светлана Марковна! — Таня постучалась, позвонила, снова постучалась. — Откройте, Светлана Марковна!

Ей ответила Чапа: жестоко по-собачьи обругала. Потом возник взволнованный голос хозяйки.

— Вы меня предали, Таня! — пылко и горько сообщил голос. — Вы, как и все, меня предали!

— Да когда я вас предавала? — Таня даже оглянулась — не слышит ли кто? Не смеется ли, показывая на Таню пальцем?

— Всегда! На прошлой неделе! Месяц назад! Сегодня!

В который раз Таня испытала острое желание сбежать и прекратить общение с человеком, который настолько не в себе. И в который раз успокоила себя одним простым способом — представила себе ужас жизни одинокой, немолодой женщины с кучей тараканов в голове.

— Светлана Марковна, я вас очень прошу… меня простить.

— Вы жестокая, жестокая!

— Да. Но я больше так не буду. Простите меня, Светлана Марковна!

Чапа еще полаяла, потом ушла. Светлана Марковна за дверью молчала.

— Мне звонили из какой-то больницы, — сказала она. — Зачем вы засунули меня в больницу?

— Э-э-э… Я очень виновата… А что сказали эти, из больницы?

— Сказали, что у меня… рак во второй стадии!

— Что?

Таня прижала ладонь к губам. Ужас какой. А Светлана Марковна за дверью абсолютно очевидно заплакала.

— Мне плохо, Таня! — прохрипела она. — Мне страшно!

— Светлана Марковна! Откройте, пожалуйста!

— Мне так плохо! Мне кажется, я сейчас умру! У меня кружится голова, и все тело так болит! Мне кажется, этот рак, он пожирает меня, ест меня всю изнутри! У меня вся кожа горячая, а под ней как будто шевелится!

— Откройте мне, слышите?

— Это ужасно, когда в тебе начинает жить смерть! Я умру! Я умираю уже сейчас! Мне нечем дышать, Таня! Они мне сказали — и как будто отняли воздух! Мне страаашно!

Она говорила что-то еще, но теперь буквы тонули в рыданиях, и разобрать было невозможно. Да и не нужно.

Требовалось другое.

Таня толкнула дверь плечом и строго велела:

— Откройте!

Вместо этого Светлана Марковна причитала, хрипела, сипела, шептала и вдруг замолчала, грохнувшись на пол. Таня ударила в дверь плечом изо всех сил.

— Откройте! Светлана Марковна! Откройте!!!

Причем дверь даже поддалась, там явно был никудышный замок, но одной Таниной мощности не хватило. И только Таня встала на крыло, чтобы мчаться за помощью к Игорю, как дверь подъезда распахнулась, и появился Вадим с тортом в руках.

— Таня? — спросил он. — А вы разве не у нас в гостях?

— Вадим! Хорошо, что ты пришел! Надо срочно открыть эту дверь!

Вадим секунду прикидывал, пошутить или нет, а потом понял, что шутить не время.

— Быстрее, Вадим, там Светлана Марковна сознание потеряла! Я бегу вызывать скорую! Попробуй открыть, сломать, я не знаю!

Таня уже взлетела на второй и уже почти коснулась двери квартиры, за которой остался гостить муж. Но в это время Вадим легонько надавил плечиком на проблемную зону в районе замка и немедленно добился результата.

— Открыл! И что теперь?

И Таня помчалась вниз, так и не потревожив ручку пятой квартиры.

— Кто там идет?

— Не знаю…

— Там Таня! Да погоди ты!

Игорь отодрал от себя Олю и отполз в сторону, помятый, как после хорошей битвы. Оля двинулась следом, и тоже на четырех ногах, потом диким усилием воли остановила себя и свалилась на ковер. Оба задыхались и утирали искусанные в кровь губы.

— Ну, блин… — Игорь попытался дрожащими руками застегнуть рубашку, но не нашел сначала пальцев, потом пуговиц, — ну, соседка…

— Что, сосед? — Оля вывернулась на полу, выгнулась так, чтобы из разорванной блузки сверкало все, что можно. — Страшно стало, маленький?

— Ну, знаешь… Не ожидал…

— А чего ожидал? Что в прятки сыграем? — Оля гадко засмеялась. — Ах ты, деточка!

— Спасибо за чай, соседка, — Игорь в тумане, вслепую, пошарил по ковру, но пуговиц не нашел, да и на фиг ему пуговицы? Пришьет на ходу?

— Пожалуйста, сосед! Смотри, не болей только после такого стресса! Береги себя, малыш! Пей кефира побольше!

— Да и ты себя помедленнее расходуй, девочка! А то быстро разочаруешься!

— В тебе?

— В себе.

— За меня не боись! У меня все в шоколаде!

Игорь встал на одно колено, зашатался, и Оля с готовностью толкнула его ножкой в солнечное сплетение. Беги, малыш! Улепетывай!

Игорь схватил эту ножку и начал грызть-кусать-целовать. Оля смеялась и била его, и ползла к нему.

Светлана Марковна лежала на полу в горестной позе, рядом вертелась ополоумевшая Чапа.

— Светлана Марковна! — Таня тихонечко потрогала черную горку. — Светлана Марковна!

Тут Таню смело страшной силой, поставило в сторону, и делом занялся мастер игры Вадим. Он бодро мял Светлану Марковну, щупал пульс.

— Звони в скорую! — грозно рявкнул Вадим.

Таня послушалась, как никогда не слушалась. Схватила свой бедный телефон, уронила его, снова схватила, набрала «03».

— Скорая! — довольно сурово сказала трубка.

— Женщина потеряла сознание!

— Как давно?

— Минут пять назад… Тут ей оказывают помощь, но…

— Адрес ваш!

Таня назвала адрес, путаясь в номерах квартир. Потом оператор сообщила, что центральный проспект перекрыт, поскольку приехали высокие государственные гости, и скорая доберется с некоторым опозданием.

— Тогда поедем сами! — сказал Вадим. — Дворами!

Он прицелился, настроился, взял вес и понес Светлану Марковну на улицу. Таня задержалась, чтобы прикрыть несчастную дверь Светланы Марковны, выключила в прихожей свет. Чапа осталась сидеть в темноте, ошалело блестя глазами.

— Вернусь — заберу тебя! — пообещала Таня.

Игорь с рычанием оторвался от всего этого сладкого и горячего, что было предоставлено Олей, встал и пошел. По пути яростно отфутболил поднос, крохотные рюмочки разлетелись вдребезги.

Оля смотрела и улыбалась.

— Иди-иди, сынок! — крикнула она и что-то швырнула вслед. — Иди!

Игорь обернулся, оскалил зубы, но только обтер горячую слюну, ничего не сказав, и громко хлопнул дверью.

А Оля бухнулась затылком о паркет и застыла в полной растерзанности. Она ничего не понимала — не потому, что ее впервые в жизни отвергли. Это даже хорошо, что отвергли… Что бы она сейчас делала с Игорем? Неужели она могла бы с ним, вот сейчас, вот здесь?.. Нет, она не такая… Это хорошо, что Игорь ушел. Но… как он мог уйти? И как она могла вот так… Вот так… Никогда раньше…