Так становятся звёздами. Часть 1 - Екатерина Оленева

Шаг к взаимопониманию девушки сделали очень быстро.

— Скажи, как я выгляжу? — вертясь перед зеркалом, спросила Гаитэ.

— С чего такой вопрос? — удивилась Эффидель.

— Собираюсь нанести визит моему жениху, твоему брату. Хотелось бы, чтобы первое впечатление было как можно лучше.

— Тогда распусти волосы.

— Распустить? Зачем?

— Они у тебя такие красивые, немилосердно стягивать их в узел вокруг лица. Ну-ка, присядь.

Не без сомнений Гаитэ отдалась в руки Эффи, но, как вскоре убедилась, не зря. Волосы под умелыми руками покорно приняли задуманную Лисичкой форму, выгодно подчёркивая точёные черты Гаитэ, делая лицо мягче и женственней.

— Так и вправду лучше, — поблагодарила она.

— Пойдём, провожу, — предложила Эффидель. — Возможно, моё присутствие заставит Торна вести себя сдержанней?

— Проводи.

Гаитэ не видела причин отказываться от помощи.

— Со мной путь будет короче, правда? — улыбнулась Эффи и на мягких щеках заиграли игривые ямочки. — Идём, сестра. Я ведь могу называть тебя так, правда? За кого бы из братьев ты не вышла замуж, мы всё равно породнимся?

— Надеюсь на это.

— Вот и пришли — покои Торна перед тобой. Даст бог тебе терпенья с ним, нрав у него тяжёлый. Особенно теперь, когда излишествами он довёл себя до крайности.

Из полумрака так внезапно вынырнула фигура, что Гаитэ остановилась, прижимая руку к невольно заколотившемуся от испуга сердцу.

— Слуга моего брата, — представила Эффидель, — Маркелло.

— Сеньориты, вас не ждали, — проговорил мужчина мрачным голосом.

— Конечно, не ждали. Мы без предупреждения. Папочка пожелал, чтобы брат познакомился со своей невестой, герцогиней Ревиндэйлской.

Маркелло вклинился между девушками и дверью:

— При всём уважении, — пробормотал он, — не думаю, чтобы господин принял вас.

Но Эффи не собиралась отступать. Вскинув голову, напустив на себя самый властный вид, она высокомерно молвила:

— Ты всего лишь слуга и не тебе решать, желает ли мой брат видеть меня или нет. Если он против нашего визита, пусть сам скажет об этом! А сейчас — немедленно отойди в сторону.

— Как прикажите, госпожа.

Эффи, подхватив Гаитэ под руку и подвела её к двойным дверям.

— Как думаешь, что с ним не так? — шёпотом затараторила Лисичка. — Торн болен? Или, что куда более вероятно, снова пьян? Будь с ним поосторожней.

— Хорошо, — пообещала Гаитэ.

Эффи заколотила в дверь.

— Торн, это я, — не допускающим возражения голосом позвала она. — Впусти меня!

Ответа не было.

Гаитэ расслабилась, с облегчением подумав, что встреча не состоится, и тут ключ в замке провернулся. Дверь приоткрылась. Эффи тем же манером, каким обычно проскальзывала к Гаитэ, просочилась в образовавшуюся щель. Гаитэ — за ней.

В комнате было темно. Плотными гардинами Торн устроил в ней искусственную полночь, посреди которой он, в своей белой рубахе, висевшей мешком, походил на полупрозрачный призрак.

— Какого чёрта ты сюда явилась? Что надо?

Голос его звучал глухо и ровно.

— Папочка попросил зайти, — высоким сладким голосом пропела Эффи. — Он очень беспокоится за тебя. Считает, что ты болен. Ты только посмотри на себя!

Эффидель хотела взять Торна за руку, но тот резко дёрнулся, избегая её прикосновения.

— Да ты весь горишь, — воскликнула девушка. — Тебя лихорадит!

— Ерунда, — нервно дёрнул он головой. — Просто подцепил простуду. Скоро пройдёт.

Ненужно было быть лекарем, чтобы распознать ложь. Расшнурованный ворот рубахи промок от пота и лип к груди так, словно Торн только что вымылся и оделся, не вытираясь.

— Брат, тебе лучше лечь, — запричитала Эффи. — Нужно немедленно позвать врача.

— Да не суетись ты! Я уже его звал и принимаю поганое лекарство.

Заметив Гаитэ, беззвучно стоявшую в дверях, Торн нахмурился, распрямляя плечи:

— Это ещё кто с тобой?

Взгляд его поначалу словно вскользь мазнул по Гаитэ, но тут же вновь вернулся задержавшись.

В нём читалось узнавание:

— О! Да гостья не нуждается в представлении. Герцогиня Рэйвская, если не ошибаюсь?

От сухого грубого смеха мороз продрал по коже.

— Конечно же, я не ошибаюсь. Это с вами мы довольно близко познакомились на днях? Что ж вы сразу-то своего имени не назвали?

— Вот что за бред ты сейчас несёшь? — всплеснула руками Эффидель, но Гаитэ отметила, что глаза у Лисички острые, пытливые, ничего не упускающие.

Господи, помоги ей, Гаитэ, дай терпения с этим семейством. И помоги накинуть узду на этого одичалого жеребца! С чего только она взяла, что сможет справиться с ним?

«С того, что выбора изначально не было», — напомнила она себе.

— Прости, сестра, — по бледному лицу Торна снова скользнула усмешка. — Но так неожиданно оказаться помолвленным для меня не совсем приятный сюрприз. Вернее сказать, совсем неприятным. Вот я и занемог.

— Не понимаю, почему? — с наигранным, показным возмущением проговорила Эффи. — Гаитэ красива и знатного рода. Чем тебе быть недовольным?

В сумеречном свете затемнённой комнаты казалось, что глаза Торна залиты сплошным мраком, будто ярость поглотила его зрачки.

А Эффидель продолжала читать нотацию:

— Сделай так, как хочет папочка, пока кое-кто другой не поспешил выполнить его желания за тебя.