Благородный воин - Джулия Гарвуд

Вдруг тишину нарушил стук копыт.

– Лети! – быстро сказала Элизабет.

Ястреб взмыл в небо. Девушка бросилась к лесу, на бегу окликая волкодавов. В ее голосе слышался страх.

Собаки подоспели в тот самый момент, когда она застыла за толстым стволом ближайшего дерева. Элизабет подала им знак замереть. Ее сердце бешено колотилось, она напряглась в ожидании.

Везде рыскали мародеры, целые банды бездомных бродяг и безродных нищих, и всякий осмелившийся выйти за пределы своего жилища рисковал подвергнуться грабежу и насилию. Элизабет ругала себя за то, что не захватила из дома кинжал.

– Миледи!

Сквозь пелену страха сознания достиг голос верного слуги, и Элизабет почувствовала облегчение. Подавшись вперед и склонив голову, она никак не могла отдышаться.

– Миледи! Это я, Джозеф! Вы здесь?

Тревожные нотки заставили ее поспешить из укрытия. Элизабет обошла дерево, юркнула за спину слуги и дрожащей рукой похлопала по сутулому плечу старика.

От неожиданности Джозеф подпрыгнул и, что-то воскликнув, быстро обернулся, чуть не сбив госпожу.

– Ух, у меня прямо сердце оборвалось, – проворчал было он, но, заметив, что миледи сама напугана, улыбнулся беззубым ртом. – Уж такое у вас красивое личико, что, если даже когда и хмуритесь, я размякаю.

– Ах ты старый плут, – усмехнулась Элизабет.

Слугу, как всегда, пленил ее чарующий с хрипотцой голос. Джозеф проследил взглядом затем, как девушка направилась к хижине. В который уже раз старик удивился, что ее красота до сих пор способна его поражать, – а ведь он знал госпожу с самого младенчества.

– Заходи, выпей со мной чего-нибудь. А кстати, что привело тебя сегодня?

Элизабет встрепенулась.

– Я ведь не перепутала? Сегодня ты не должен был привозить мне еду. Или мне изменило чувство времени?

Джозеф, уловив в ее голосе отчаяние, захотел обнять и утешить свою любимицу. Но это было невозможно: Элизабет оставалась его госпожой, а он ее смиренным слугой.

– Скоро месяц, как моя семья…

– Не надо об этом, миледи. Не терзайте себя и не раздражайтесь. У вас светлая голова. Я приезжал два дня назад, а сегодня я приехал, чтобы сообщить вам важное известие и предложить план.

– Но если ты снова посоветуешь мне ехать к дедушке, знай, что напрасно приехал сюда. Ответ будет тот же. Никогда! Я останусь здесь до тех пор, пока не найду способа отомстить за убийство родных. Я дала клятву!

Она в упор смотрела на старика. Упрямо вздернутый подбородок подтверждал решительность. Не выдержав сквозящего в ее взгляде леденящего холода, Джозеф опустил глаза.

Элизабет сложила руки на груди и ждала.

– Так что же ты, говори, – уже мягче продолжала она. – Радуйся, что я отправила в безопасное место малютку Томаса. Но этого вполне довольно.

Однако слуга ответил вовсе не то, что она ожидала услышать. Сгорбившись сильнее обычного, старик прочистил горло.

– Злодеев больше нет.

– Нет? Что ты хочешь сказать? Как это может быть? Куда они подевались? – С каждым вопросом Элизабет повышала голос, не замечая, что, ухватившись за плащ, немилосердно трясет верного слугу.

Джозеф попытался осторожно высвободиться:

– Помилосердствуйте, госпожа! Войдем в дом, и я расскажу все, что знаю.

Кивком головы девушка дала понять старику, что согласна, и попыталась успокоиться – хозяйке не пристало так вести себя со слугой. Но разум отказывался подчиняться: оставшиеся без ответов вопросы вызвали целую бурю противоречивых чувств.

Хижина состояла из единственной комнаты. Мебели почти не было. Элизабет устроилась на краешке одного из двух деревянных стульев и наблюдала, как старик разводит огонь в очаге.

Казалось, минула целая вечность, прежде чем слуга уселся напротив.

– Все произошло вскоре после того, как я уехал отсюда. В тот самый день, когда разразилась гроза. Я увидел их с холма. В туче пыли всадники, а их было человек двести, неслись прямо к замку и выглядели непобедимой силой. Да что говорить, я прямо чувствовал, как земля под копытами лошадей дрожит. Их предводителя я распознал сразу – он без шлема ехал впереди. По тому, как нападающие взломали ворота и ворвались внутрь, я понял, что они даже не сочли нужным застать врага врасплох – на неожиданность удара они не рассчитывали. Любопытство заставило меня отбросить всякую предосторожность, и я выбрал наблюдательный пункт получше. К тому времени предводитель расставил свое войско полукругом и, прикрываясь щитами, они пошли в атаку. Вот это было зрелище! Стоило посмотреть, как он бьется: гигант, с огромным мечом – такой обыкновенным людям двоим поднять не под силу – уложил очень многих. Тогда-то и разразилась буря…

– Они прибыли от лорда Джеффри? – Элизабет произнесла вопрос шепотом, но Джозеф расслышал.

– Да, это были люди лорда Джеффри. Вы ведь знали, что он должен послать воинов.

– Разумеется, я это понимала, – вздохнула девушка. – Отец был вассалом лорда Джеффри, а господин всегда востребует назад то, что принадлежало ему. Но мы не отправляли лорду Джеффри никаких вестей. Разве он мог прибыть так быстро?

– Не знаю, – признался слуга.

– Белвейн! – Имя криком отчаяния сорвалось с девичьих губ.

Элизабет вскочила и принялась нервно расхаживать по хижине.

– Ваш дядя? – удивился старик. – Но ему-то зачем…

– Конечно, он, – прервала слугу госпожа. – Мы оба прекрасно понимаем, что именно дядя стоит за убийством моей семьи. И он же кинулся к лорду Джеффри. Боже мой, предал своих, чтобы заслужить его милость. Какую же ложь он там наговорил?

Джозеф покачал головой:

– Я всегда знал, что он нехороший человек, но чтобы докатиться до такого…

– Мы проиграли, Джозеф. – Голос девушки задрожал. – Лорд Джеффри поверит россказням дяди. Меня и Томаса передадут в руки Белвейна, и Томаса тут же убьют. Ведь дядя лишь тогда станет полноправным господином в нашем доме, когда умрет мой маленький братик. Только тогда…

– Но лорд Джеффри может разрушить планы Белвейна, – предположил слуга. Элизабет покачала головой:

– Сама я ни разу не видела лорда Джеффри, но слышала, что характер у него бешеный, а временами вовсе несносный. Нет, он мне не поверит.

– Миледи… – начал было снова слуга.

– Если бы речь шла только обо мне, – прервала его Элизабет, – я, не задумываясь, отправилась бы к господину. Все должны знать о злодеяниях Белвейна. Но мне следует оберегать Томаса. Дядя думает, что мы оба мертвы.

Девушка мерила комнату большими шагами.

– Я приняла решение, Джозеф. Завтра мы отправляемся в Лондон, к дедушке.