Риск – хорошее дело! - Джессика Стил

Проигнорировав слова девушки, хозяин продолжал изучать ее лицо.

– А вы не похожи на бездомную, – задумчиво проговорил он.

– Это уж точно. Я не бродяжка! – выпалила Мэррин, давая ему понять, что слышала их разговор.

Мужчина нисколько не смутился. После секундной паузы он суховато извинился:

– Простите. Я смертельно устал от тех бездомных хромых собак, что мой братец, как добрый самаритянин, приводит в дом и бросает на мое попечение.

– Я вам не хромая собака! – взорвалась Мэррин.

– На меня напали и ограбили!

– И случилось это, естественно, прямо у порога моего дома. Чертовски удачное место, – протянул мужчина, окидывая взглядом порванные колготки и смятую одежду.

Нет, с нее довольно! Мэррин решительно – слишком решительно! – поднялась с дивана и сделала шаг к двери, но в глазах у нее потемнело, и ей пришлось ухватиться за его локоть, чтобы не упасть".

– Извините, – пробормотала она, собрав остатки гордости, – сейчас уйду.

Однако хозяин дома не очень вежливо толкнул ее обратно на диван.

– Сидите! – приказным тоном велел он.

Джерад вышел из комнаты, но вскоре вернулся со стаканом в руке.

– Это бренди. Выпейте, – скомандовал он и, взглянув на ее светлые, с легкой рыжинкой волосы и тонкое лицо с прозрачной кожей, добавил:

– Возможно, вы бледны от природы, но…

– Слушайте, хватит меня разглядывать! Я не картина и не скаковая лошадь! – Мэррин стало немного лучше, по крайней мере, голова перестала кружиться.

– Да, язычок у вас острый, – заметил Джерад. – Видимо, тоже от природы.

– Я не каждый день подвергаюсь нападению воров! К тому же, когда я всеми силами пытаюсь прийти в себя, меня обвиняют в притворстве.

– Выпейте бренди.

Мэррин так и подмывало послать его куда подальше, но она все—таки решила последовать совету. Стараясь не закашляться, сделала несколько глотков и отменит про себя, что в голове немного прояснилось.

– Допивайте, а я вызову для вас такси.

– У меня нет денег на так… – Не договорив, Мэррин растерянно посмотрела по сторонам, в надежде найти свою сумочку.

Боже! Ее же выхватили у нее воришки! А вместе с сумочкой исчезли две тысячи фунтов…

– Деньги! – выдохнула она.

– Так, приехали! – усмехнулся Джерад и, глядя в ее расширившиеся от ужаса глаза, спросил: – Разрешите полюбопытствовать, о каких деньгах идет речь?

Мэррин воспитали в духе любви к ближнему, но к этому человеку она сейчас испытывала нечто схожее с ненавистью. Ее тело ломило от боли, однако ей безумно хотелось залепить негостеприимному хозяину оплеуху. Поставив стакан на столик рядом с диваном, она холодно произнесла:

– Никогда еще не встречала такого гнусного типа, как вы.

Его красивое лицо исказила гримаса.

– Бедняга! У меня просто сердце разрывается от жалости. Во сколько же мне обойдется ваше присутствие?

– Вы… вы нисколько мне не должны.

– Ладно, поставим вопрос иначе: сколько у вас украли?

Неужто поверил, наконец, что ее действительно ограбили? Слава богу, и на том спасибо. Но пусть не думает, что она всего лишь «бездомная бродяжка» без гроша в кармане!

– Да так, две тысячи фунтов, – небрежно бросила Мэррин.

– Наличными? – Брови Джерада поползли вверх.

Не дождавшись ответа, он скептически фыркнул:

– Вы всегда носите в сумочке такие суммы?

– Мне надо было оплатить кое—какие счета, – пояснила Мэррин и тут же прикусила губу.

С какой стати она должна оправдываться?

– А что, чековой книжки у вас нет?

На ее счету не было и четверти украденной суммы. К тому же кредиторы Роберта непрозрачно намекнули, что ни о каких чеках не может быть и речи. Но не докладывать же обо всем этом нагло разглядывавшему ее хозяину дома!

– Делаю вывод: либо у вас нет открытого счета в банке, либо кредиторы не доверяют вашим чекам. – (Тоже мне Шерлок Холмс! – ядовито подумала Мэррин.) – А откуда, собственно, вы взяли те две тысячи?

– А вот это уже не ваше дело! – рявкнула Мэррин, удивляясь, почему до сих пор сидит на месте.

Можно подумать, ее забавляет их дурацкая словесная перепалка. Наверное, при падении она слегка повредилась умом.

– По—моему, это как раз мое дело, раз мне предстоит выложить из своего кармана две тысячи, – жестко проговорил он.

У Мэррин отвалилась челюсть.

– Господи! Вы—то тут при чем?

По—видимому, ее широко раскрытые от удивления глаза не убедили Джерада в искренности незваной гостьи. Смерив ее язвительным взглядом, он пояснил:

– При том, что мне придется раскошелиться на украденную у вас сумму, чтобы сдержать слово, данное брату. Я обещал ему позаботиться о вас.

Нет, с мозгами у нее действительно не все в порядке, решила Мэррин.

– Вы намекаете, что собираетесь одолжить мне денег? – уточнила она, уже не надеясь на собственную сообразительность.

– Я не намекаю, я говорю, что должен… Мэррин не дала ему закончить:

– Вы ничего не должны, – заявила она.

Одно из двух: ее собеседник либо очень благородный человек, либо чокнутый.

– С чего вы взяли, что не должен? – парировал Джерад, внимательно наблюдая за выражением ее лица. – Последнее время Пьер, который сдал мне вас с рук на руки, обходится мне в сорок фунтов в неделю, и все из—за его пристрастия помогать разным бедолагам. Сейчас он отправляется на год за границу, хочет там поработать. Так что я еще легко отделаюсь, если заплачу вам две тысячи в счет его «фонда помощи», так сказать.

«Фонд помощи»! Опять он причисляет ее к сонму подобранных братом бездомных зверушек и… «бродяжек». Мэррин поднялась с дивана, с удовлетворением отметив про себя, что ноги больше не дрожат и головокружение исчезло.

– Благодарю за гостеприимство, – гордо произнесла она. – А что до ваших денег, мне они не нужны.

Серые глаза Джерада скрестились с ее синими глазами.

– Отлично. Но не идти же вам пешком в таком виде. – Он немного помолчал и вдруг заявил: – Я отвезу вас домой сам.

Будь у нее выбор, Мэррин бы непременно отказалась. Но выбора не было. Во—первых, выглядит она действительно не ахти, а во—вторых, у нее не наскребется и двух пенни на автобусный билет, просить же у Джерада она не собиралась.

– Я живу в Суррее.

Джерад кивнул, и они, выйдя из дома, остановились у элегантного черного «ягуара».