Подари мне свой мир - Мишель Рид

— Рамирес — португальская фамилия? — небрежно спросил он.

— Да.

Антон попытался хоть немного успокоиться. Безуспешно. Ярость бурлила в его груди. Эта латинская дешевка заявила, что он, видите ли, недостаточно хорош для нее!

Он внезапно успокоился. Те же, кто хорошо его знал, восприняли это холодное спокойствие с ужасом. Отвернувшись от окна, Антон увидел, как его мать с трудом пытается побороть слезы. Его дядя постарел прямо на глазах. Здоровьем Максимилиан похвастаться не мог. Из-за своего первого инфаркта он был вынужден уйти из банка спустя всего несколько недель после смерти брата. Тогда он сказал своему убитому горем племяннику: «Бери все в свои руки, парень. Я уверен, что семья будет гордиться тобой». Опять эта чертова гордость! Антон подошел к рабочему столу, который раньше принадлежал Себастьяну, как и весь этот дом. Себастьян владел и значительной долей капитала в собственном банке «Скотт-Ли». Антон гордился, что был его сыном. Но теперь от гордости не осталось и следа. Он чувствовал себя обманутым.

На столе лежали бумаги, присланные адвокатом Рамиреса. Опасаясь, что эмоции снова возьмут верх, Антон пробежал по листам взглядом и достал то, что искал.

— Это еще не все, — коротко произнес Антон. Из-под полуопущенных век он увидел, как его мать и дядя застыли в напряжении. — По утверждению Рамиреса, я не один такой несчастный. Где-то есть еще двое таких же, как я. Еще двое сыновей…

Еще двое братьев, матери которых тоже лгут им? Его рот скривился в презрительной усмешке.

— Если учесть, что Рамирес колесил по всему свету, то они могут быть где угодно…

— То есть он не говорит — где?

— Нет, не совсем, — медленно проговорил Антон. — Для него это было бы неинтересно.

— Но Рамирес же умер…

— Да, — кивнул Антон. — Но продолжает развлекаться за наш с братьями счет. — Он напряженно вздохнул. — Оказывается, он следил за нами троими все эти годы.

Это было ужасное ощущение. Рамирес знал об Антоне такие вещи, что мурашки бежали у него по спине. Он знал, где учился Антон, об его успехах в образовании. Он знал о каждом трофее, который Антон получил на спортивном поприще, и о каждой его мало-мальски серьезной сделке в бизнесе. Более того, он все знал о победах Антона и на другом поприще — личном.

— Рамирес считает, что мы все пошли в него и помешаны на сексе, — подытожил Антон с ослепительно белой улыбкой. — С высоты прожитых лет он решил преподать мне и моим братьям урок, который сам не смог усвоить, пока не стало уже слишком поздно. Этот Рамирес был весьма состоятельным, — продолжил он. — И речь не идет о паре жалких миллионов. Ему принадлежали алмазные и изумрудные прииски, нефтеносные скважины в Бразилии… — По выражениям лиц его матери и дяди Антон понял, что, похоже, он рассказывает им то, что они уже и так знали. Этот факт его не очень-то порадовал. — Мы, трое его сыновей, должны будем поделить это лакомый кусок, — объяснил он с сарказмом. — Как только мы выполним несколько условий, которые в своей последней воле указал наш дорогой покойный папочка — это ничтожество.

— Энрике не был ничтожеством! — запротестовала Мария.

— Тогда кем он был? — с издевкой спросил Антон.

— Х-хорошим, к-красивым — как ты, обаятельным…

Его мать все еще без ума от этого мерзавца! Очередная волна гнева была готова выплеснуться наружу.

Максимилиан заерзал на стуле и задал вопрос:

— Что за условия?

Антон через силу ответил:

— Я знаю только то, что касается непосредственно меня. — На его губах заиграла странная улыбка. — Я должен покончить с карьерой дамского угодника и стать более ответственным. Должен жениться, стать прилежным семьянином, завести детей…

— Боже мой! — воскликнул Макс. — У него от старости совсем крыша поехала!

Реакция его дяди была абсолютно понятна, ведь он сам был убежденным холостяком.

— Мне очень интересно, что же должны сделать мои братья, прежде чем они смогут встретиться со мной.

— Ты ничего не должен делать, теи querido, — твердо заявила Мария. — У тебя и так достаточно средств. Тебе не нужно…

— Да не нужны мне его чертовы деньги! Я хочу встретиться с моими братьями! — выпалил Антон и увидел, как Мария вздрогнула. Он презирал себя за несдержанность. Его мать права: ему ничего не надо делать. Но поскольку это уже не изменит того, как с ним обошлись, Антон не откажет себе в удовольствии узнать много интересного.

Взгляд его скользнул к бумагам, разложенным на столе. Его зеленые глаза снова пробежали по абзацу, в котором Рамирес обвинял Антона в том, что тот шесть лет назад бросил одну женщину, оставив ее в трудном положении. Рамирес настаивал, чтобы Антон все исправил, и давал ему на это шесть месяцев. После чего Антон должен был появиться в какой-то адвокатской конторе в Рио с этой женщиной в качестве его супруги, которая ко всему должна быть еще и беременна от него. В противном случае его часть наследства будет передана ей, к тому же Антон никогда не увидит своих братьев.

— И ч-что ты собираешься делать? — спросила Мария.

Антон не слышал ее. Он заворожено смотрел на имя, набранное жирным шрифтом. Оно будто обладало магической силой, притягивая взгляд, и одновременно рождало образ его обладательницы. Черные локоны ниспадали до самой талии крупными завитками, обрамляя небольшое личико. На нем кроваво-красным бутоном цвел соблазнительный рот и сверкали черные глаза ведьмы, которые частенько загорались огнем, когда она…

— Антон?..

Он машинально поднял взгляд, повинуясь настоятельному тону Марии. Антон смотрел, но не видел мать — перед его глазами была та женщина, которая так умело находила к нему подход. Все тело Антона сгорало, переполненное страстью и сексуальной энергией, которую он мог направить в нужное русло всякий раз, когда…

— Антон, пожалуйста, скажи нам, что ты намерен предпринять? — умоляла его мать.

— Исполнить его требования, — произнес он Сурово, словно судья приговор.

— Что? Жениться по приказу какого-то мертвеца? — в ужасе воскликнул его дядя Макс. — Ты с ума сошел, парень?

Пусть его считают психом, но он начинает охоту. Антон собирался отыскать и заманить в западню эту лживую шлюшку по имени Кристина Маркес. Он собирался жениться на ней, чтобы превратить ее жизнь в ад…

Старая комната со множеством книг на полках по стенам и явными признаками запустения наполнялась звуками возбужденных голосов. Мужчина и женщина яростно спорили.

— Ради бога, Кристина, послушай меня! Если ты…

— Нет, это ты послушай. — Маленький кулачок с гневом ударил по столу. — Я сказала, нет!

Родриго Валентим в полном разочаровании опустился в кресло.

— Если ты не желаешь следовать моим советам, тогда что я здесь делаю? — нетерпеливо произнес он.