Последнее шоу в стриптиз-клубе - Кэролли Эриксон

– Тебя уже пригласили на… прослушивание или что? – Бритт переставила еще одну свечу со столика в первом ряду.

– Или что. – Джесси схватила две свечи и две карты с подноса и проворно расставила на столиках. – Вакансия-то есть. Одна из танцовщиц недавно ушла, и я точно знаю, что Сергей хочет ее заменить.

Сердце у Бритт екнуло. Неужели Джесси говорит о Лианне? Сестра уверяла, что работает официанткой, а не танцует стриптиз, но Лианна не всегда говорила правду.

– Ты уже сказала Сергею о своем желании?

– А ты знакома с Сергеем?

– Нет. На работу меня принимала Ирина. – Вообще Бритт не терпелось познакомиться с Сергеем, но Ирина предупредила, что он беседует только с танцовщицами, а официанток на работу принимает она.

– Да, понятно, почему ты думаешь, что поговорить с Сергеем так легко. – Джесси приложила палец к губам, увидев, что в бар входят другие девушки. – Главное – не попадать ему под горячую руку… и вообще держаться от него подальше.

Официантки и танцовщицы, оживленно переговариваясь, постепенно заполняли бар. Бритт заметила, что многие говорят с сильным акцентом, и решила, что они русские, ведь Ирина и Сергей – русские.

За несколько минут до открытия, снова очутившись наедине с Джесси в конце барной стойки, Бритт спросила:

– Почему здесь работает столько русских? Из-за Сергея?

– Из-за его папаши. Он владелец клуба, вместе с несколькими другими в Долине. У него есть русский ресторан с банкетным залом в районе Ван-Найс; когда там проходят большие приемы, мы и там работаем.

Бритт тронула Джесси за плечо.

– Ты раньше говорила о прослушивании у Сергея… Что туда входит?

– Хочешь спросить, что надо делать на прослушивании? – Джесси закатила глаза. – Используй свое воображение. Вот почему меня пока не берут в танцовщицы. Я набираюсь храбрости.

Клуб открылся, и у Бритт больше не было времени на разговоры.

В очередной раз подойдя к стойке, она перечитала заказ, вписанный в блокнот. Дожидаясь, пока Джером смешает коктейли, Бритт развернулась, опершись локтями о стойку, и стала смотреть на полуобнаженных женщин, которые раскачивались под разноцветными огнями.

– Не хочешь попробовать свои силы на сцене?

Бритт резко повернулась и едва не столкнулась с брюнетом с блестящими черными глазами, который с ухмылкой смотрел на нее.

Она заправила за ухо прядь волос.

– Ну уж нет! Я даже танцевать не умею.

Незнакомец оглядел ее с головы до ног, и Бритт очень захотелось принять душ.

– У тебя фигура танцовщицы. Может, когда-нибудь…

Холодок пробежал у нее по спине, когда она поняла, кто стоит перед ней.

– Должно быть, вы Сергей. Я Барби, новенькая.

– Барби… Куколка Барби. – Он дотронулся кончиками пальцев до лба. – Добро пожаловать в «Ябеду».

Он зашагал к сцене; рубашка обтягивала мускулистый торс, а Бритт прислонилась к стойке и вздохнула с облегчением.

Сжав зубы, Джером поставил на ее поднос последнюю бутылку пива.

– Ты что, в первый раз видишь Сергея?

– Да. По-моему, он… ничего.

– Главное – не попадай ему под горячую руку.

– Сегодня меня предупреждают об этом уже во второй раз. – Бритт взяла поднос. – По-моему, я сумею справиться с Сергеем.

– Так все говорят. – Джером отвернулся, ничего больше не объяснив.

Но Бритт не могла держаться подальше от Сергея, ведь она надеялась выяснить, куда исчезла Лианна.

Бритт собиралась проникнуть в кабинет Сергея и пыталась придумать, как остаться в клубе после того, как все уйдут. Вдруг Джесси схватила ее за локоть.

– Когда обслужишь своих, пожалуйста, возьми столик в первом ряду с краю! – Джесси ткнула пальцем через плечо. – Там уже давно сидит один тип и ждет свой заказ, у меня не было возможности подойти к нему.

– Хорошо.

Поверх полного подноса с напитками Бритт посмотрела на одиночку за столиком. Он сидел, вытянув длинные ноги, откинув голову назад, и пристально наблюдал за танцовщицей на шесте.

– Просто отлично, псих-одиночка, – пробормотала она себе под нос.

Она сновала между столиками, расставляла напитки, брала чаевые. По пути к психу-одиночке Бритт подошла к «своим» столикам и записала заказы в блокнот. Подойдя к его столику, она спросила:

– Что вам принести?

Мужчина повернулся и посмотрел на нее такими синими глазами, каких она в жизни не видела.

– Две водки и стакан воды, пожалуйста.

– Надеюсь, вы не очень долго ждете. Официантка, которая вас сегодня обслуживает, очень занята и попросила меня о вас позаботиться. – Бритт прикусила губу. Она понятия не имела, почему разговаривает с ним – может, чтобы еще минутку-другую посмотреть в его синие глаза?

Он пожал плечами, и его черная кожаная куртка скрипнула.

– Я не заметил.

Ну разумеется, он не заметил! Он слишком занят, пожирает взглядом полуголую танцовщицу. Та извивалась рядом с ним, надеясь на хорошие чаевые.

Не отрывая взгляда от Бритт, мужчина полез в передний карман куртки, достал купюру и сунул в узкие стринги танцовщицы.

Бритт вернулась к стойке и положила перед барменом заказ.

– Джером, у меня все.

Выходки танцовщиц и клиентов нисколько ее не беспокоили. Будучи психотерапевтом, она наслушалась от клиентов всякого и научилась сохранять невозмутимый вид.

Однако в поведении этого клиента она заметила нечто любопытное. Он как будто хотел, чтобы Бритт заметила, как он прикасается к танцовщице. Она убрала волосы со лба и обмахнулась салфеткой. Ее выбила из колеи внешность парня. Можно ожидать, что в одиночку в стрип-клубы ходят только идиоты и неудачники. Возможно, тот тип и есть идиот-неудачник, но он идиот-красавчик.

Смуглое лицо Джерома расплылось в улыбке.

– Да, у нас жарко! И я имею в виду не только девочек.

– Оживленное место.

Он постучал по последнему заказу в ее списке.

– Ему нужна водка какой-то определенной марки?

– Я забыла спросить, а он не сказал, – слишком ее заворожили его глаза.

– Ладно, налью ему водку нашей марки. В следующий раз спроси, Сергей закупил самые лучшие сорта.

– Обязательно спрошу. Спасибо, Джером. – Бритт взяла поднос и разнесла напитки, затем подошла к одиночке.

Она наклонилась над его столиком.

– Простите, я вас не спросила, но устроит ли вас водка нашей марки?

– Вполне. – Он слегка отвернулся от сцены и подался к ней. – Сколько с меня?